Проводник
Шрифт:
– Да, пожалуй.
Усевшись рядом с огнем, я почувствовала просто волшебное благоухание кофе вокруг. Моя дешевенькая кофеварка варит какую-то муть по сравнению с этим. А может дело просто в окружающей природе.
Тим с улыбкой протянул мне чашку с горячим напитком и отхлебнул из своей. После нескольких минут в тишине, он поднял на меня по-детски озорной взгляд и спросил:
– Всегда так рано просыпаешься?
– Нет… Видимо с непривычки спать в машине…
– Ну тогда, считай тебе повезло…
– Что?....
Не дожидаясь моего ответа, Тим залез в рюкзак и достал из него этот баллончик, в который видимо в самом Хогвартсе спрятали самый несносный в мире звук. Он заговорчески подмигнул мне, поднялся, повернувшись в сторону палаток, откуда доносился храп ничего не подозревающих студентов и, вытянув руку перед собой, нажал на кнопку.
Лес вокруг содрогнулся, а палатка тут же заворочалась, как мешок с котятами.
От зрелища, как из палаток начали вылазить заспанные, растрепанные физиономии и принялись гоняться за Тимом, пытаясь попутно бросить в него все, что попадалось под руки, мне стало искренне смешно.
Утро было просто замечательным. В лучах рассвета мы всей компанией позавтракали тем, что удалось сымпровизировать, выпили кофе и принялись собираться в обратный путь.
Еще два часа в дороге с музыкой и перед нами с Хизер снова предстала наша маленькая затхлая квартирка. После такого отдыха казалось, что это все не наше, словно мы перепрыгнули между двумя абсолютно несвязанными реальностями.
Пока мы выгружали из сумок отсыревшие, из-за мокрых купальников, вещи в стиральную машинку, Хизер спросила у меня разрешения пойти погулять с Майком. Причин возражать у меня не было и, уже через десять минут, она выпорхнула за дверь, сияя от радости. Я не смогла сдержать улыбки от радости за сестру. В таком возрасте для нее все такое… волшебное что ли…
Меня обняла тишина пустой квартиры, давящая на уши, и решение тоже пройтись родилось само собой.
Небольшой парк недалеко от нас оказался почти пустым, что показалось странным для такой погоды. Но тем лучше. Вернувшись в город, я снова почувствовала себя винтиком, не подходящим к основному механизму, и чувствовала себя лучше, когда вокруг людей поменьше. Я сидела на скамейке, подставив лицо ласковому сентябрьскому солнцу, и даже не заметила, как ко мне кто-то подсел.
– С возвращением.
От неожиданности я вздрогнула и чуть не сорвалась в бегство. Разноцветные блики перед глазами постепенно спали и, проморгавшись, я увидела рядом Джастина. Он сидел, закинув ногу на колено, и почесывал за ухом, мирно сидящего рядом, черного пса. В кои-то веки, он не выглядел угрожающе, а просто с довольным видом жмурился от солнца. Я неловко убрала за ухо выбившуюся прядь волос и кивнула ему в ответ.
– Я тут подумал, – я повернулась к мужчине и обратила внимание на то, что он ведет себя очень непривычно: высокомерный и холодный тон исчез, как будто его и вовсе не было никогда. Но мне почему-то стало от этого не по себе: подсознательно я ждала подвоха от незваного гостя моих кошмаров. – Раз уж наши младшие так сдружились, может нам тоже стоит попробовать начать все сначала, с более дружелюбной ноты. Что скажешь?
– Не понимаю о чем ты. Мы даже не здороваемся.
– Об этом я и говорю. Все таки, мы соседи.
Его голос звучал ровно и дружелюбно, но что-то во мне ворочалось. Что-то вызывало странное, скребущее желание держаться от него подальше, и начать прямо сейчас. Джастин протянул мне руку в знак примирения, и тут, внутри меня лопнула струна последних, натянутых до предела нервных волокон. Из под опущенного рукава светло серого свитера проглядывались свежие, рваные царапины…
Глава 4
Я, как ошалевшая, таращилась на его руку. Джастин же, с полными непринужденного дружелюбия глазами, ждал от меня ответного жеста. Я чувствовала странное, неестественное желание поверить ему, хотя здравый смысл вопил против.
Джастин проследил за моим взглядом и, расплывшись в непривычной взгляду улыбке, спросил:
– Что?
Я подняла на него глаза.
– Откуда это у тебя? – спросила я, внимательно наблюдая за реакцией.
Он опустил взгляд на руку и снова посмотрел мне в глаза, слегка хохотнув.
– Поцарапался, когда купал пса, а что?
Не знаю какого ответа я ждала. Уж точно не что-то вроде: "Ты что, не помнишь? Ты же вцепилась в меня, как бешеная кошка, когда я гонялся за тобой в твоем кошмаре." Хотя тот ответ, что я получила, тоже не особенно меня успокоил.
– Ничего…
– Так что скажешь?
– Зачем тебе это нужно?
На лицо Джастина в мгновение ока вернулась привычная холодность и раздражительность. Этот контраст выбивал из колеи, как толчок в грудь, от которого перехватывает дыхание. Он поднялся готовый уйти.
– Слушай, мое дело предложить. Я подумал, раз уж мы живем через стенку, и с тобой и так приходится периодически нянчиться, то может стоит попытаться наладить какое-то подобие соседских отношений. Но раз тебе это не нужно, то мне тем бо…
– Ладно, я согласна.
– Что?
Джастин как будто усомнился в услышанном и переспросил. Я не подала виду, что меня задела фраза про "нянчиться", но твердо решила, что хочу разобраться с тем, как этот парень связан с моими видениями, а для этого придется сблизиться.
– Я согласна. Давай попробуем, – сказала я и, поднявшись со скамейки, дружественно протянула ему руку.
Несколько секунд он стоял и, слегка растерянно, смотрел на меня, словно не ожидал, что я могу согласиться, после чего немного неуверенно пожал мою.
– И что теперь? – в сомнениях спросила я.
Джастин смущенно почесал затылок. Со стороны ситуация выглядела так, словно он отрепетировал только ту сцену, в которой он раздраженно уходит, глубоко задетый моим отказом, и теперь не знает, что делать. Собственно я чувствовала себя примерно так же.