Чтение онлайн

— Вот, значит, кому я обязан тем, что обо мне вспомнили, — элегантно поклонился Сайнс, глядя на меня.

— Знаете что, магистр, — я ответила ему широкой улыбкой, — ваши «мины» очень пригодились. Я просто мечтала проучить одного зловредного бастарда.

— Ха-ха-ха… — весёлость вернулась к Сайнсу, — всегда говорил, что умных женщин сердить не следует!

— Никаких не следует, — поддержала я его тон и сразу же посерьёзнела: — Так вы вернётесь в академию? Адепты бунтуют, не желая слушать лекции Олеандра. Вся надежда на вас.

— Что ж, заманчиво… — собеседник вздохнул и обвёл взглядом комнату. — Но так сразу ответить не могу. Нужно посоветоваться с женой. Она сейчас в Голландии, любуется тюльпанами. Вернётся, тогда и поговорим.

Отдохнуть в уютных купеческих апартаментах мы отказались. Я хотела заехать домой и как минимум по телефону поговорить с мамой, чтобы она не пугалась, когда я снова исчезну на неопределённый срок. Стали прощаться. Перед уходом Алуст попросил:

— Магистр, надеюсь, не откажетесь помочь? Нужно будет передать в академию информацию о том, что пора открывать портал для нас.

— Без проблем. Когда планируете убыть?

Мы с Алустом переглянулись.

— Пока не решили, — я достала из сумочки телефон. — Продиктуйте номер, мы вам позвоним, как только будем готовы.

— О! — восторженно воскликнул Сайнс, — Какие продвинутые сталкеры пошли, уже и мобильник раздобыли!

Забив цифры в контакты телефона, я набрала новый номер, чтобы у наблюдателя определился мой, на этом мы и распрощались.

— Спасибо, Инна, — поблагодарил меня Алуст, как только мы пересекли двор и свернули к метро, — без тебя бы я не справился.

— Ещё пока неизвестно, убедили мы магистра или нет.

— Он обещал посоветоваться с женой. Я на девяносто процентов уверен, что она мечтает вернуться в академию.

— Кто у нас жена?

— Она работала в оранжерее. Такие шикарные экскурсии водила! Рассказывала о ядовитых растениях всех освоенных миров. Жизненно необходимая информация для сталкера.

Что ж, я не раз слышала, что за спиной гениального мужчины всегда стоит сильная женщина. Хотелось надеяться, что это тот самый случай и направляющая сила нам поможет.

Метрополитен произвёл на моего спутника неизгладимое впечатление, а вот лифт совершенно не понравился. Хотя лифты в нашем доме стояли новые и вполне комфортные, прозрачным сияющим трубам академии они, разумеется, проигрывали.

На шум открывшегося лифта и возню около моей двери выглянула соседка.

— Здравствуете, Елена Евгеньевна, — на автомате сказала я.

Женщина изогнула брови и придирчиво осмотрела незнакомую парочку:

— Кто такие, осмелюсь поинтересоваться.

Я ни секунды не сомневалась, что соседка, заподозрив неладное, может и полицию вызвать.

— Я сестра Инны. Двоюродная. — Дверь я успела отпереть и кивнула Алусту: — Проходи, Антоша. — Прежде чем закрыть дверь перед носом бдительной Елены, улыбнулась ей: — Тётя Шура в курсе, что мы здесь.

Елена Евгеньевна горестно покачала головой:

— Бедная Инночка, бедные родители. Такое горе! — добавила уже в едва заметную щель: — а всё этот прохвост молодой! Заморочил мозги нашей красавице, уволок…

Я не дослушала. Заперла дверь и пробормотала под нос:

— Ещё неизвестно, кто кому заморочил.

Стажёр академии ядра миров Алустон Диор заслуживал многих наград. Лично я вручила бы ему медаль за стоическое терпение. Он даже не вытащил ноутбук из привезенной моим отцом коробки, хотя я предложила скоротать время за игрушками или фильмами. Ходил по комнатам, стоял около окна, сидел на диване — ждал, стараясь не мешать. Мой телефонный разговор с мамой слушать не стал, вышел на лоджию и любовался московским небом.

Родне я сообщила следующее: мы с «Антоном» возвращаемся за границу и попробуем найти клинику, где мне согласятся вернуть прежнее лицо. Деньги на операцию наскребли, нужные документы собрали. Увы, времени потребуется много, пока трудно сказать сколько. Придётся проходить полное обследование, потом операция, реабилитация и всё такое. Этакая элегантная легенда.

— Инуша, — сокрушалась мама, — может, не нужно? Возьми какую-нибудь справку, что тебе насильно сделали пластику, выправишь документы и будешь жить с новым лицом. Зачем лишние проблемы?

— Мама! Давай, я сама буду решать, что делать со своим лицом! Скажи спасибо, что я вообще объявилась. Так бы и рыдали над чужим человеком.

— Хорошо-хорошо, не сердись, пожалуйста. Ты же знаешь, как мы волнуемся за тебя.

— Волнения ещё никому пользы не приносили, мам. — Дабы как-то сгладить резкий тон, я перевела разговор, посетовав, что так и не увидела племянника: — Поцелуй за меня Артёмку. И Ване с женой привет передавай.

Ну всё! Достаточно соплей. Я осмотрелась. На этот раз взяла с собой больше вещей. А что? Раз командировка на Землю официально разрешена, имею право отовариться здесь по полной. В пакете лежали джинсы — две пары, футболки, толстовка, свитер, перчатки. Жаль, кроссовки не годятся, хотя ботиночки у Милаины вполне удобные. Теперь я хорошо экипирована, могу даже в горы отправиться за тайными знаниями.

Взвесила в руке объёмный пакет, поставила на пол, обвела внимательным взглядом помещение. «Пора в дорогу, старина?» Осталось только позвонить «резиденту» Сайнсу, попросить его передать по своему каналу, что мы ждём Паулу около портала номер один. Тащиться в клинику не хотелось. Мало ли, могут и не пустить, если явимся не в часы приёма. Что же ещё? Что-то ещё нужно сделать! Я бродила по квартире, хотелось бы верить, что прощаюсь ненадолго. На кухне заметила торчавшее из-под салфетницы письмо Милаины. Ах да! Беглецы так и не вернулись сюда, соответственно моего ответа не видели.

— Что собираешься делать с этим? — спросил Алуст, когда я взяла бумаги.

— Оставлять нельзя. Родители могут прочитать. Повезло, что ещё не прочитали.

— Порвёшь?

Я пожала плечами. Письмо — единственная улика, доказывающая вину Вэллар и мою невиновность. Мало ли как оно может пригодиться? Размышлять было некогда, в комнате раздался весёлый голосок Паулы:

— Эй! Сталкеры, вы здесь?

Я поспешно сунула письмо в карман и побежала на зов:

— Здесь! Быстро ты.