Чтение онлайн

— Постарайся не слушать. Она зовёт не тебя.

Мы замерли, прижавшись спинами к прохладной стене, прикрыв глаза и вслушиваясь в песню, похожую на португальский фаду[1]. Жёны моряков выходили на берег и обращались к волнам в надежде, что океан вернёт любимых.

[1] Фаду — португальский музыкальный жанр. Буквально слово «фаду» означает «фатум», «судьба»

Голос пристани, тоскующей от вынужденного одиночества и зовущей супруга из чужого мира, совершенно зачаровал. Стряхнуть оцепенение я смогла лишь, когда мелодия прервалась радостным возгласом. Следом зазвучал усталый, но довольный басок:

— Всё-всё… ну что ты, милая моя. Цел. Видишь? Всё хорошо.

Послышались звуки быстрых поцелуев. Через минуту мимо нас прошла обнявшаяся пара. Женщина прильнула к мужу, она не смотрела по сторонам, не отрывая взгляда от его лица. Сталкер профессионально стрельнул чёрными зрачками в сторону замерших студенток, но не сдержал шага, уводя жену по коридору. Паула проводила их печальным взглядом, покачала головой и сказала:

— Не каждой повезёт встретить любовь. Чаще случаются вынужденные союзы.

Её слова окончательно привели меня в чувство. Я резким движением оттолкнулась от стены и устремилась к знакомой двери. Нужно торопиться, чтобы застать Милаину дома. Потеряв счёт времени, я не могла сообразить, есть ли в расписании что-то на этот день.

Дождавшись, когда я перенесу линии со своей шпаргалки на отпирающую пластину и, увидев, что портал активирован, Паула стремительно обняла меня и прошептала:

— Дай бумагу, я подстрахую, Вдруг Вэллар задержится.

— Хорошо, спасибо. — Я стиснула подругу в ответ, оставила шпаргалку ей и, распахнув дверь настежь, ринулась в проходную комнату своей квартиры.

Вздохнула с облегчением и обернулась, помахав Пауле, мол, всё в порядке. Я так и рассчитала: вместо кладовки был портал. Можно заглянуть и в спальню, и на кухню, не закрывая его.

Сердце колотилось как после часовой пробежки на выносливость. Я торчала в центре комнаты, озираясь и не веря, что всё происходит на самом деле.

Сумела! Получилось! Я крутая!

Знакомое до мелочей пространство. Родной запах. Всё тот же вид за окном: дома, деревья, серое начинающее светлеть небо. Шум проезжающих машин, отсветы фар на потолке. Разговор за стенкой. Соседи… Звукоизоляция здесь не то, что в академии. Хотя… Это не соседи. Звук доносится с кухни. Голоса знакомые. Женский — мой, как я его слышу не внутри себя, а на записях — и мужской приятный, знакомый. Кто это там?!

Я неслась с таким топотом, что парочка замолчала. Они стояли неприлично близко, только-только отстранились, чтобы обернуться.

Видя своё тело со стороны, на сей раз не восприняла его как отражение. Было чувство, что это невероятно похожая на меня близняшка, и всё-таки другой человек. Никогда не замечала в своём лице такой растерянности и досады, даже обиды. Ни зеркало, ни снимки ничего такого не показывали. Разглядывать не стала, посмотрела на парня, не успевшего убрать руки с МОЕЙ талии. Олег… староста семнадцатой группы… как это возможно вообще…

Неловкое молчание прервал мой крик:

— Что он тут делает? Вы свихнулись оба? — До боли прижалась спиной к притолоке и выбросила руку по направлению к входной двери: — Вон! Немедленно вон!

Ага, сейчас прямо все меня послушались.

Парень обнял женщину за плечи и, легонько выгнув бровь, поинтересовался:

— Кто это, Инна?

Йо-о-о… ма-й-о-о… Инна! Далеко же у них зашло! Как теперь выпутываться?

Не опуская руки, я судорожно облизала губы. Во рту пересохло. Молчала, опасаясь, что голос сорвётся на визг.

Иномирянка в моём теле протяжно вздохнула и, отведя глаза в сторону, спросила:

— Ты вернулась? Извини, не ждала, — она легонько погладила руку студента, тихо пояснив: — Это моя сестра, Олег. Совсем забыла, что обещала ей Москву показать. Жаль, но с уик-эндом ничего не получится. Поезжай без меня.

— Ка-а-ак? — разочарованно протянул парень и посмотрел на меня очень грустными глазами. — Специально договаривался, чтобы… Давай, и сестрёнку с собой пригласим, а? Столицу потом ей покажем… вместе.

Интриганка, всё ещё не поднимая взгляда, покачала головой и попыталась отстраниться:

— Нет. Мила не очень-то компанейская. Иди, пожалуйста, Олег.

Я, наконец, совладала с голосом и произнесла сурово:

— Слышал, что тебе сказано? Убирайся сейчас же.

По лицу парня промелькнуло знакомое мне выражение. Так обычно студенты реагировали на сердитые замечания. Он тут же справился, быстро поцеловал МОЮ щёку, получил в ответ лёгкую улыбку от Милаины и, сдержанно попрощавшись, выскользнул в прихожую. Меня передёрнуло. Я уставилась на иномирянку ненавидящим взглядом. Мы молчали, прислушиваясь к тому, как одевается Олег. Вот скрипнули липучки на ботинках, вот зашуршала доставаемая из стенного шкафа куртка, вжикнула молния, щёлкнул язычок дверного замка. Шаги, звук открывающегося лифта, гул… тишина.

— Завтракать будешь? — Вэллар установила в кофе-машину мою любимую чашку с медвежонком и пчёлами.

— Сама сварю, не тяни время, — я шагнула к ней, протягивая руки. — Давай-ка меняться обратно.

Милаина шумно вздохнула, наблюдая за струёй, льющейся в чашку:

— Не получится. Ты же не думаешь, что можно вот так просто, без подготовки.

— Какой ещё подготовки? — возмутилась я. — В прошлый раз ты схватила меня за руки без всякой подготовки, и я оказалась в твоём теле, а ты в моём.

Иномирянка криво улыбнулась:

— Я сварила и выпила специальное зелье. Его действие давно закончилось.

— Зелье? — я села на табурет и облокотилась на стол. Ё моё. Достала эта магия! Подышала, успокаиваясь, и заговорила в апробированной много раз манере, не допускавшей возражений: — Послушай меня, детка! Сейчас мы вместе пойдём в академию, ты изготовишь зелье, выпьешь, и мы вернём себе собственные тела. Потом я уйду на Землю, а ты останешься там.

Вэллар с печальным видом покачала головой: