Чтение онлайн

На учениях целимся в центр креста. А на войне куда будем целиться?

Иными словами, если использование на учениях тихоходного поршневого Ту-4 — это показуха, то использование круга и креста для обозначения цели — двойная показуха, даже показуха в квадрате.

Но и это не все. С первого захода экипаж майора Кутырчева цель не обнаружил. Бомбу бросили на втором заходе.

Какой же противник на войне позволит тихоходному поршневому самолету кружить над своим передним краем?

Для сброса бомбы были выбраны два лучших экипажа ВВС Советского Союза. С 12 августа (целый месяц!) они летали по одному маршруту и метали болванки в тот самый круг. После многих попыток в ходе тренировок оба экипажа добились того, что габаритно-весовой эквивалент ядерной бомбы ложился со средним отклонением 40–50 метров от центра цели. Но как на войне самый лучший экипаж с такой высоты попал бы в цель без десятков предварительных тренировок?

Кстати, бомба оказалась своенравная, с характером. 14 сентября 1954 года в белый круг она не легла — несмотря на все тренировки. Бомба отклонилась от центра цели на 280 метров в северо-западном направлении.

Подготовка к войсковым учениям подобного размаха в Советской Армии во все времена именовалась балетом. Ваш покорный слуга через 13 лет после описанных выше событий принимал участие в войсковых учениях «Днепр». Правда, на этот раз обошлись без настоящей бомбы. Но размах показухи был почти таким же, как у Жукова на Тоцком полигоне.

В сентябре 1967 года в ходе учений был наведен понтонный мост через Днепр. По мосту могли одновременно идти и автомашины, и железнодорожные составы. Их по мосту и пустили. Зрелище потрясающее. Но одна деталь портила картину: под паровозом мост сильно прогибался, а под вагонами — не прогибался вообще. Отчего так? Оттого, что вагоны были пустыми. Во всем эшелоне не было ни одной открытой платформы. Все вагоны были крытыми. Пусти пустые платформы — впечатление испортишь. А если вагоны крытые, создается иллюзия настоящего груженого поезда.

Рядом с поездом шла колонна автомашин. Но ни одна машина не шла рядом с паровозом — под ним понтонный мост и так пугающе прогибался. Машины шли только рядом с вагонами. Интересно, что и машины гнали не какие-нибудь, а с будками, чтобы создавалась впечатление, что они тоже что-то везут. Но если бы вагоны и машины действительно нагрузили, то мост бы провалился.

Учения «Днепр» проводились в честь предстоящей 50-й годовщины Октябрьского переворота. Советский Союз привычно играл надувными мускулами. Намек был таким: если мы пойдем вперед, то никакой Рейн вас, буржуины, не спасет. Мы форсируем любую преграду общевойсковыми и танковыми армиями, тут же в считанные часы наведем мосты, в том числе железнодорожные.

Этими своими наблюдениями я поделился в книге «Рассказы освободителя». Некоторые из тех, кто в том балете участия не принимал, выразили сомнение: да возможно ли так нагло обманывать неискушенных зрителей?

Возможно, граждане. У нас все возможно. Каждый сам может убедиться: снимки той показухи существуют в достаточных количествах, их никто не прятал. А вот материалы учений в Тоцких лагерях секретны и через шесть десятков лет: здесь нашим стратегам было что прятать.

Проблемы на Тоцком полигоне начались задолго до учений. Лето в Поволжье и на Южном Урале бывает свирепым. Каждый день температура в сухой степи далеко за тридцать градусов. Десятки тысяч людей собрали в гигантском лагере. Тренировки до седьмого пота: балет — он и есть балет. Обеспечить всех чистой водой невозможно, потому первой напастью была дизентерия. Она терзала лагерь уже в июле. Но не отменять же мероприятие, которое готовили много месяцев, истратив чудовищные средства, из-за какой-то дизентерии.

Кстати, кем-то объявлено, что в учениях принимали участие 45 тысяч солдат и офицеров, однако самые простые подсчеты дают другой результат. 45 тысяч — это наступающая сторона. Не забудем мощное усиление 128-го корпуса, собранное из различных военных округов, включая артиллерийскую дивизию, артиллерийскую и инженерную бригады и множество частей поменьше.

Но кроме наступающих были и те, кто должен был их остановить. В пяти километрах от эпицентра взрыва в обороне стоял 7-й стрелковый корпус в составе двух дивизий с усилением. Обороняющимся предстояло в окопах, траншеях и блиндажах не только пережить ядерный взрыв в непосредственной близости, но и «быть в готовности закрыть брешь в обороне, образовавшуюся в результате ядерного удара» (Красная звезда. 9 июля 1992 г.). Отчего же целый корпус в статистике не учтен?

Кроме сухопутных войск в учениях принимали участие три авиационных дивизии и отдельный авиационный полк. Их тоже почему-то в число участников не записали.

А дозы хватали все. Газета «Красная звезда» была вынуждена признать:

Как позже оказалось, солдаты, принимавшие участие в секретном мероприятии, а с ними и местные жители, получили немалую дозу радиационного облучения (Красная звезда. 19 июля 1996 г.).

Такие элементарные меры предосторожности, как: дезактивация техники, оружия и обмундирования, не применялись. В учениях принимала участие огромная масса людей. Никакого специального медицинского наблюдения за состоянием их здоровья установлено не было. Засекреченные и забытые, они жили, как могли, без всякого внимания со стороны государства… Каждый дал подписку, клятвенно обязавшись молчать об этом в течение 25 лет (Красная звезда. 9 июля 1992 г.).

Не злобствующий клеветник все это выдумал. Об этом сообщает центральный орган Министерства обороны РФ.

Не все на тех учениях делалось по уму. Накануне учений всем участникам выдали со складов новенькое обмундирование и новую обувь. Зачем? Пусть в старом отвоюют день, сбросят с себя, вымоются, оденутся в новое. Но нет, в новое переодели и переобули накануне. В новом обмундировании бойцы и командиры пошли через эпицентр ядерного взрыва. Потом в этих штанах, в этих новеньких гимнастерках, в этих скрипящих сапогах они поехали в свои гарнизоны. А солдаты и сержанты вскоре и вовсе ушли на дембель, потому как для большинства дембель досрочным оказался.

Участников постригли наголо еще за два месяца до учений и потом стригли постоянно. Некоторые медики считают, что лучше было бы постричь всех сразу после учений, хорошо помыть, одеть и обуть во все новое и поскорее отвести подальше от этих проклятых мест. Но быстро рассредоточить после учений десятки тысяч людей и тысячи машин, используя небольшие железнодорожные станции в районе Тоцкого полигона, было невозможно. Лагерь, постепенно сворачиваясь, стоял до конца октября. Сразу после учений по лагерю вновь поползла дизентерия. Но вдруг врачи сообразили, что вместе с дизентерией распространяется еще какая-то болезнь, симптомами дизентерию напоминающая, но ею не являющаяся.