Чтение онлайн

Я остановилась напротив зеркала и с мученической гримасой запустила пальцы в волосы. Так, Хлоя, давай рассуждать логически. Из-за чего люди чаще всего идут преступления? Легкий вопрос. Конечно же, из-за денег. Но почему Лукасу может быть выгодна моя смерть? Он не имеет никакого отношения к роду Этвуд, то есть после гибели единственной наследницы Элизы все ее состояние отойдет… Кстати, а кому отойдет состояние моей прабабушки, если я не успею вступить в наследство? Надо бы освежить это имя в памяти.

Я резко обернулась к прикроватному столику. Так, насколько я помню, Дуглас оставил мне копию завещания, а я отнесла ее в спальню, чтобы изучить на досуге. Куда же я ее засунула?

Немного подумав, я подошла к кровати и запустила руку под подушку, после чего вытащила кипу смятых листов. Разгладила их и углубилась в чтение, жадно глотая строчку за строчкой. Ну? И кто станет полноправным владельцем всего имущества Элизы Этвуд, если по каким-нибудь причинам ее правнучка не выполнит условия завещания?

«Или погибнет раньше времени», — надоедливо заметил внутренний голос, но я предпочла не обратить внимания на его реплику.

Мой палец скользил по странице, пока мои глаза выискивали необходимое. И вот наконец я наткнулась на нужное. Замерла, не смея поверить прочитанному. Затем медленно, вслух, повторила эту строчку:

— В случае несоблюдения перечисленных условий все мое состояние прошу передать моей любимой и единственной подруге — Амалии Валоно.

Я только сейчас заметила, что на время чтения задержала дыхание, поэтому громко вздохнула. Ну что же, это не может не радовать. Вот если бы в завещании было упомянуто имя Лукаса Одли, то это однозначно бы говорило о его вине. А так… Получается, у него нет причины желать мне смерти.

«Не торопись с выводами, — вступил со мной в спор внутренний голос. — То, что Лукас не получит материальной выгоды от твоей смерти, еще ни о чем не говорит. Убивают и просто так, ради собственного развлечения».

Я опять принялась медленно расхаживать по комнате. Вернемся к первоначальной версии, тем более что она выглядит вполне логичной. Итак, нет никакого демона. Все затеял Лукас. Но к чему такие сложности? Ведь он мог просто убить меня еще при первом ночном визите. Зачем выдумывать охотящегося на меня демона и прочую чушь?

— Ради веселья, — тихо прошептала я себе под нос. — Что, если Лукас безумец? Сошел с ума еще много лет назад, когда погубил свою жену? Что, если ему доставляет удовольствие эта изощренная игра? Сначала он запугивает жертву. Затем предстает в ее глазах спасителем. А потом следует кровавая развязка…

Я содрогнулась всем телом от этой мысли. Да, возможно, я слишком нагнетала обстановку, но нельзя было отрицать очевидные факты. По какой-то причине Лукас хотел, чтобы я думала, будто Анну похитил демон, хотя это было не так. И по какой-то причине история Герды до странности напоминала историю моей семьи, рассказанную мне опять же Лукасом.

Одно было ясно: я больше не желала становиться приманкой в придуманной Лукасом западне для демона. Точнее, сперва я собиралась развеять все свои сомнения по поводу искренности намерений мага. Настоящим безумием будет согласиться на его план, при этом подозревая, что он и является истинным виновником произошедших с моей семьей несчастий!

Я остановилась напротив двери и задумчиво почесала переносицу. Лукас — чужак в Аерни. У него здесь нет друзей и знакомых, более того — его опасаются из-за старого скандала с убийством. Значит, если он похитил Анну, то держит ее у себя дома. Было бы неплохо проверить его жилище, пока сам маг занят чтением книг Элизы. У меня есть около часа времени. Этого вполне хватит.

«И как бы он мог похитить Анну? — неожиданно скептически вопросил внутренний голос. — Ты же видела его все время, пока он проводил допрос духа твоей бабушки».

Я лишь отмахнулась от столь резонного возражения. Лукас — маг. Он вполне мог зачаровать меня в том лесу, раз уж заметил за собой слежку. Сделал как-нибудь так, чтобы я на некоторое время потеряла сознание, а потом забыла об этом. Если мои рассуждения верны и он — преступник, то по какой-то причине ему необходимо, чтобы я согласилась участвовать в этой якобы западне. Хм-м…

От новой идеи меня бросило в холодную дрожь. Если я сама войду в круг для призыва демона — то не начнет ли Лукас ритуал? Вполне возможно, весь этот сложный спектакль для того и задумывался. В книге, которую я успела прочитать, говорилось, что добровольное согласие жертвы многократно усилит выброс энергии. Бр-р… Не хочется даже развивать эту мысль!

Я решительно мотнула головой, отгоняя все посторонние думы. А то эдак дойду до того, что от страха придется залезть под кровать и там тихонько примусь подвывать от безнадеги, пока за мной не явится Лукас и не потащит за шиворот в жертвенный круг. Итак, мне необходимо проверить дом Лукаса. Если Анны там нет, то это будет ощутимым доводом в пользу невиновности мага. А если сестра там — то я прямиком направлюсь к бургомистру и попрошу защиты. Лукаса здесь не любят. Его заключат под стражу и отправят в столицу для дальнейшего разбирательства.

Оставалась самая малость: придумать, как выбраться из дома, не привлекая ничьего внимания. Лукас расположился в гостиной, значит, у меня не получится прошмыгнуть через прихожую — он наверняка заметит меня или услышит звук открывающейся двери. Что же тогда остается?

Я круто развернулась на каблуках, подошла к окну и решительно рванула на себя раму, распахнув ее настежь. Затем высунулась по пояс наружу, с интересом уставившись на зеленое море травы, плескавшееся под стенами дома. Моя спальня находилась на первом этаже. Да, высоковато от земли, но план побега вполне выполнимый.

Решив больше не тратить времени зря, я села на подоконник, перекинула через него ноги, немного помедлила, набираясь смелости, затем соскользнула вниз.

К моему удивлению, тут оказалось выше, чем я ожидала. Видимо, трава скрыла истинную высоту. Нет, хвала небесам, я ничего себе не сломала, но не удержалась на ногах и с приглушенным полувздохом-полустоном уселась прямо на пятую точку, до неприличия задрав платье чуть ли не до ушей.

— Ого! — послышался из кустов удивленный мужской возглас.