Чтение онлайн

— Да… Идут немцы… У них черные петлицы… Все горит… Столбы… висят люди… трупы…

— Офицер. Подойди к нему.

— Да… Это офицер «СС». Гауптштурмфюрер. Голубые глаза… Это… Это… Господи, это…

— Спроси его.

— Я не могу. Я не знаю немецкого.

— По-русски. Ну!

— Силь-вестр!!! — закричала Таня. — Сильвестр… Дед, Господи. Почему… Почему…

— Он отвечает тебе. Что? Говори!

— Это особое задание… штаба… партизанского… движения…

Таня проговорила эти слова и рухнула на руки Сергею.

— Очнись… — он похлопал ее по щекам. — Он сказал тебе правду. Он не был предателем. Он был коммунистом. Чтобы поднять жителей оккупированных районов на борьбу с немцами, группа чекистов, переодевшись в форму «СС», жгла и убивала, вызывая протест и ненависть… Так просто все… Двоих-троих оставляли в живых. Они свидетельствовали потом. На языке коммунистов это называлось: «Проведение специальной операции „ненависть к врагу“».

— Зачем… Зачем ты рассказываешь… — Она заплакала.

— Ты идешь по волосу, натянутому над бездной. Открой глаза и укрепи дух. Иначе я не смогу тебе помочь…

— Ты?

— Совсем немного и нужно, девочка… — сказал он тихо. — Победи себя, и ты перейдешь мост. Помоги… — Он приподнял капитана, вышиб пробку из бутылки и, как-то очень по-особенному изогнув податливое тело, легко влил содержимое бутылки капитану в рот. То же самое проделал со старшим лейтенантом. — Принеси два костюма и мешок, если есть.

Она взяла его за руку:

— То… что я видела… Что это было?

— Это была правда.

— Гипноз?

— Это была правда.

— Тогда кто ты? На самом деле? Ты Сергей? Я иногда смотрю на тебя, и у меня меркнет в глазах. Ты похож… Я видела тебя. Видела!

— Я не причиню тебе вреда. Не бойся. — Он снова подошел к велосипеду, провел ладонью по раме и вдруг улыбнулся: — Ступай. Нужны два костюма.

В эти костюмы Сильвестра он ловко обрядил обоих боевиков. Столь же ловко запихнул в мешок их форму и оружие. В кармане форменной рубашки капитана он нашел плоскую пластмассовую коробочку. В ней было шесть красных таблеток…

— Ответ на твой вопрос… Любая судмедэкспертиза подтвердила бы твою смерть от инфаркта…

— Что теперь? — Она смотрела отрешенно и печально. — Что?

— Там, внизу, еще один. — И заметив, как она в ужасе закрыла глаза, добавил непререкаемо: — У меня нет выхода… — сказал: «у меня», потому что понял ее состояние и пожалел ее. Это странное чувство он обнаружил в себе с некоторым удивлением. — С меня не спросится, Таня… — покачал головой. — Не бойся.

— Не спросится? Почему?

— Уже близко… Ты поймешь. Потом… Иди в третий двор, там машина, заведи ее и жди, вот ключи…

— А… ты?

— Я скоро вернусь. Иди по черной лестнице. — Он вдруг замолчал: взгляд выхватил на мешке с формой какую-то несообразность, нечто такое, чего вроде бы не должно было быть…

Ткань остро приподнялась, какой-то предмет был внутри мешка или в форменных костюмах. Под недоумевающим взглядом Тани он вытряхнул из мешка содержимое и сразу же увидел колпачок шариковой авторучки — он торчал из внутреннего кармана кителя. Аккуратно вынув авторучку целиком, Сергей все понял с первого взгляда: это была портативная рация. Почему же она молчала?.. Впрочем, и здесь не было загадки. Они были уверены в себе, в легкости предстоящей работы — шли-то ведь к обыкновенной девушке, которая, конечно же, не могла оказать ни малейшего сопротивления.

— Ступай… — непререкаемо произнес он. — Машину подгони к черному входу. Иди. — Он ничего не стал объяснять. Это было еще рано.

Она ушла. Сергей дождался знакомого щелчка дверного замка и аккуратно повернул головку авторучки. Сразу же послышался взволнованный голос: «Я — третий, почему молчите, отзовитесь. Отзовитесь».

— Я — первый, — сказал Сергей: слава Богу, позывные были примитивные и присвоены только на эту «операцию». — Квартира 87, повторите.

«Восемьдесят семь, понял, иду».

Сергей открыл оба замка и встал к стене. Дверная створка должна была прикрыть его и дать свободу маневра. Послышался шум приближающегося лифта, хлопнула дверь шахты, потом торопливо застучали по плитке пола подковки на каблуках, и двери открылись.

— Ч-черт… — только и услышал Сергей.

— Документы… — Он вышел и встал прямо перед сержантом милиции, который обернулся профессионально-резко и готов был нанести удар, но слова Сергея смутили, да и опыта еще никакого не было — выпускник специального учебного заведения КГБ был хотя и отличником боевой и политической подготовки, но разве всему научишь… Это была ситуация, которая разве что в кино бывает.

— А вы… Кто такой? — почти возмутился «сержант» (на самом деле он был, конечно же, офицером). Это возмущение захлестнуло его, и коронная фраза Паниковского из «Золотого теленка» вылетела из него непроизвольно, он даже забыл на мгновение, что в двух шагах лежат на полу какие-то люди в штатском. Может быть, именно это обстоятельство и не позволило действовать сразу. Ведь он никак не мог соотнести этих «штатских» со своими старшими товарищами.

Сергей улыбнулся и ударил. Сержант отлетел к стене, сшиб велосипед и рухнул, накрывшись рамой и колесами словно одеялом.

Теперь надо было придумать, каким образом спустить их всех вниз, к машине. И что было делать с милицейским «Газиком»…

Сергей пошел на кухню. Здесь стоял старинный дубовый буфет, на полке которого поблескивал боками добрый еще десяток бутылок «Столичной». Видимо, «фронтовых друзей» было у покойного Сильвестра несчетное множество, а скорее всего — глушил он этой водкой свое дурное настроение и никому неведомые уколы не то совести, не то ее иногда всплывающего невесть откуда призрачного и невнятного подобия…