Чтение онлайн

— Ты, Ростик, берега попутал. Ты как с матерью общаешься? Ты, кажется, забыл, что она при смерти была?

— Вы, дядь Саш, на меня с таким видом не набрасывайтесь, ясно? — осадил. — Я ведь и ответить могу. Или, что, думаете, только вы имеете право на защиту любимой женщины встать? Так ведь и я с мамой закусился по тому же поводу. Причем, предупреждал по-хорошему, убеждал, объяснял! Не лезьте, мама, не маленький, сам разберусь, какую девушку хочу видеть рядом с собой. Послушала ли она меня? Нет! Нос свой сунула, развела грязи, блять, до конца дней бы отмыться! Разве можно такое простить?! — спросил напористо. — Нет? Вот и я думаю, что нет, нельзя. И это не обида, это взвешенное решение. Мне противно находиться с человеком, который, не разобравшись, грязь развел. Мама бы так не поступила. А кто эта женщина… — махнул в сторону палаты. — Я не знаю.

Тяжело на сердце, предательство родных всегда сложно воспринимается, но, думаю, Марфе еще тяжелее. Не зря мой Одуван за бравадой Медеи прятался, она эти колючки даже со мной наедине выставляла, в защиту себя.

Ох, моя девочка, как мне к тебе хочется, маленькая. Ты бы только знала…

***

Марфа

— Я ради благих намерений это сообщение написал! — оправдывался Павлуша.

— Уверена, мама Роса тоже так думала. И про суд ты зря наплел! Не буду я на эту старую склочницу в суд подавать, но на кое-кого другого с удовольствием бы подала. Но сначала соберусь с духом и мыслями. В общем, не лезь, Павлуша. Люблю тебя, как брата, просто не лезь, прошу. Не надо ничего делать у меня за спиной, хорошо? — попросила со слезами.

— Давай обнимемся, лишнего приписал, признаю. Хотел дать понять, что Росу не мешало бы кучу всего узнать.

— Марф, там Виола с тобой поговорить хочет! — заглянула в комнату Сенечка.

— Иди сюда, — махнул ей Павлуша. — Обнимаем Марфу, успокаиваем. Двойные усилия всегда эффективнее!

— Ой, конечно! — Сеня подбежала доверчиво, обняла меня, поцеловала в щечку и завопила возмущенно. — Эй, что твоя лапа делает на моей папе, ты… Марфа, твой Костик придурочный снова меня лапает!

Сенечка отошла с сердитым видом и стряхивала невидимую пыль с попы с таким видом, будто Павлуша мог ее запачкать, а у того глаза, как два фонарика, еще больше зажглись, даже облизнулся, явно желая довести мою подругу до нервного срыва:

— Я тебе даю понять, что пора бы уже, ну… Все твои подружки давно на мужских членах поскакали. Одна ты за свою пёздочку, ой, прости, звёздочку трясешься! — заржал пошло. — Мхом скоро покроется, сиятельная!

— Не покроется, у меня полное бикини.

— Тем более, к сексу готова! Отлично… Найдем тебе годного… трахаля!

— Уйди, противный! Я жду свою судьбу, я все про свое будущее знаю! — начала браниться подруга. — А ты, кретина кусок! Озабоченный! Марф, его скоро даже в венерологию запускать перестанут! Потому что не знают таких болезней, которые он на свой конец подцепил! Нам бы тоже его не пускать сюда, он же везде трется.

— Я тебе сейчас устрою… — сощурился Павлуша и с деланно грозным видом вынул из джинсов ремень. — Иди сюда!

Сеня взвизгнула и бросилась бежать, я схватила Павлушу за руку.

— Быстро сунул ремень, куда надо! Оставь Сеню в покое. Над другими подтрунивай. Или, что, твоя философия “Позволить каждому быть тем, кто он есть” в этом случае не срабатывает, что ли?!

— Не бранись, я же шутя.

— В каждой шутке есть доля правды. Так что… Осторожнее с нашей звездной мечтательницей! Лучше скажи, ты со мной на выставку пойдешь?

— Разумеется, будет весело, улыбнись…

Глава 45

Глава 45

Марфа

Спустя время

Организатор выставки меня предупредил об ажиотаже. Казалось, я была готова увидеть много людей. Но когда мы с Павлушей и Сеней проехали по улице вдоль главного входа в галерею, я была поражена: очередь выстроилась длинная, даже на улице.

— Вот это да! Как будто за бесплатной колбасой… — ахнула Сенечка. — Марфа, ты станешь еще более знаменитой!

— Бесплатную колбасу, моя прекрасная Арсения, раздают в другом месте и на других основаниях, — хмыкнул Павлуша. — Могу подсказать одну-две точки… — сверкнул глазами, явно облизывая подругу взглядом.

Вынуждена признать, сегодня мои друзья выглядели великолепно. Павлуша сбрил свою бороду, слава богу! Она ему не шла, добавляла возраста. Плюс мой друг обновил прическу. Кажется, очередной период затяжного бездействия и пофигистичного отношения к собственной внешности прошел, и теперь мой друг Константин Павлов снова блистал — привлекательный молодой человек в черном костюме и белоснежной рубашке.

В нагрудном кармане свернут платок алого цвета, под цвет помады Сенечки. Она тоже выглядела так, словно была кинодива на красной ковровой дорожке. Ей невероятно шло элегантное черное платье на простых черных лямках, русые волосы уложены красивыми волнами, макияж придал лицу остроты и загадочности. Словом, от них было сложно отвести взгляд. Они невероятно хорошо смотрелись вместе. Еще бы не ссорились постоянно…

Я немного нервничала, признаю. Плюс сегодня не было Виолы.

Ей много раз звонил Громов, потом Дубинин, потом еще Гордей Мерзликин. Словом, все боссы корпорации, проект которой вместе с Громовым должна была представлять Виола.

Я не выдержала и сказала подруге, чтобы она летела. Будет нехорошо, если она пропустит важный момент или, того хуже, проект провалится. Вроде бы приняли, подписали контракты, но чем черт не шутит.

— Марфа, как же я одну тебя оставлю? — сомневалась Виола.

— Но я же вижу, как тебе хочется. И надо!

— Умом хочется, Марфа. Душой я здесь, с тобой.

— Ты уже поддержала меня. В самый сложный период. Пора подумать о себе. Тем более, я не хочу, чтобы твой невыносимый босс меня винил.