Чтение онлайн

Даг начал отползать от края ущелья, но вдруг замер. На дорожке появились трое глиняных людей. Неужели первый из них... как это Злой нашел в здешних краях волка? Даг думал, что крестьяне выбили хищников в окрестностях Глассфорджа; впрочем, эта гряда холмов, слишком крутых, чтобы их склоны можно было вспахать, служила убежищем для самых разных животных. Что мы и видим... Глаза Дага широко раскрылись, когда он узнал второго – это был тот самый человек-енот, который сбежал от него утром. Третий, еще более огромный, был, должно быть, раньше бурым медведем. Даг заметил знакомое синее платье на фигуре, которую нес на плече человек-медведь, и сердце у него замерло.

Искорка. Они нашли Искорку! Каким образом?..

Более или менее прямой путь через холмы отсюда до разграбленной фермы был одной стороной треугольника, сообразил Даг, а он сам проехал по двум другим сторонам – чтобы сначала выбраться на большак, а потом двинуться по следам человека-енота.

Глиняные люди нашли ее потому, что искали. Это объясняло и отсутствие прочих подручных Злого, вроде той пары, что Даг видел на тропе. Злой, несомненно, отправил всех глиняных людей на поиски сбежавшей добычи, а о ферме Злой и его приспешники наверняка знали, раз нападали на нее совсем недавно. Уважение Дага к сообразительности твари еще увеличилось: тот явно долго не трогал ферму, чтобы не вызвать паники в окрестностях. Сколько же силы он накопил, раз начал действовать открыто? Или прибытие отряда вызвало у него панику и заставило преждевременно выдать себя?

Одетая в синее платье фигура, висевшая на плече глиняного человека вниз головой, брыкалась и извивалась, колотила по спине своего врага маленькими кулачками. Видимого эффекта это не производило: человек-медведь только подвинул пленницу на плече да ухватил ее покрепче.

Девушка была жива. В сознании. Наверняка перепугана.

Но перепугана недостаточно. В отличие от Дага... Он хватал ртом воздух, сердце его бешено колотилось. Теперь Злой получил то, что ему необходимо для следующего превращения. Стоит Дагу подать ему на десерт Стража Озера – и к тому же такого опытного, – и сила Злого станет полной.

Даг сам не мог бы сказать, дрожит ли он от нерешительности или просто от страха. Все-таки от страха, решил он наконец. Да, он мог помчаться к отряду и привести сюда их всех, как предписывали правила. Так было бы надежно... Ведь Стражи Озера должны побеждать всегда, каждый раз. Только к тому времени, когда они прибудут, Фаун может уже погибнуть.

Погибнуть она может в ближайшие же минуты... Трое глиняных людей скрылись за скальным выступом. Значит, там, внутри, их трое. А может быть, и все десять.

Проникнуть внутрь и выбраться из пещеры... Нет. Ему нужно только попасть внутрь.

Даг смутно удивился тому, что мозг его все еще отчаянно пытается просчитать риск, потому что правая его рука уже действовала: снимала лук, колчан и вообще все лишнее. Передвигала на место ножны с разделяющими ножами. Вывинчивала из крепления крюк и заменяла его боевым клинком. Проверяла, легко ли вынимается из ножен второй нож.

Даг поднялся и начал спускаться по склону ущелья, ловко и бесшумно, как змея.

Все произошло так быстро...

Фаун висела вниз головой, ее тошнило. Интересно, будет ли синяк от удара, который она получила по второй щеке, таким же черным, как первый? Плечо глиняного человека с каждым шагом врезалось ей в живот; он не остановился даже тогда, когда Фаун вырвало прямо ему на спину... дважды.

Когда Даг вернется на ферму... если Даг вернется на ферму, сможет ли он понять, что произошло, по тому разгрому, который ее сопротивление оставило в кухне? Он ведь следопыт, наверняка заметит следы в сливовом варенье на полу: Фаун разбила банку и заставила глиняных людей погоняться за собой. Только не слишком ли много ожидала она от Дага – чтобы он спас ее дважды в один и тот же день? Мысль была невеселой. Представив себе ожидающие ее мерзости, Фаун еще раз попыталась вырваться из хватки чудовища и заколотила кулаками по его спине. С тем же успехом она могла бы бить мешок с песком...

Стоит поберечь силы до лучшего момента.

Только какие силы? И для какого момента?

Горячие лучи вечернего солнца неожиданно сменились серой тенью и прохладным запахом земли и камня. Глиняный человек сбросил Фаун с плеча и поставил ее на ноги. Несмотря на головокружение, Фаун смутно разглядела пещеру, наполовину заполненную то ли мусором, то ли припасами на случай осады. Фаун попыталась разогнать темные пятна, плавающие перед глазами, выпрямилась и, моргая, огляделась.

Еще двое глиняных людей поднялись с пола, словно приветствуя тех, что захватили Фаун. Девушка подумала, что сейчас все они набросятся на нее и разорвут, как стая собак, окружившая кролика. Кролик кролика... хоть Фаун в этом вполне уверена не была, ей показалось, что самый маленький из глиняных людей когда-то был кроликом.

– Подведите ее сюда, – сказал Голос.

Слова прозвучали более отчетливо, чем бормотание глиняных людей, но тон, которым они были сказаны, заставил Фаун почувствовать себя так, словно ее кости растаяли. Она внезапно обнаружила, что не в силах повернуться в сторону этих ужасных звуков. Голос словно лишал ее способности думать... «Пожалуйста, отпустите меня пожалуйста отпустите пожалуйстаот...»

Человек-медведь схватил ее за плечи и наполовину потащил, наполовину понес в заднюю часть пещеры – к длинному неглубокому углублению в скале. И повернул ее лицом туда, откуда раздавался Голос.

Это могла бы быть еще одна глиняная тварь, пусть и более крупная, более высокая и массивная. Формой она напоминала человека – голова с двумя глазами, носом, ртом, ушами, широкая грудь, две руки, две ноги. Однако кожа чудовища не походила на шкуру животного, не говоря уже о человеческой коже. Фаун представила себе ящерицу или какое-то насекомое, а может быть, каменную пыль, смешанную с птичьим пометом. Волосы отсутствовали. На голом черепе виднелось что-то вроде гребня. Существо было нагим и, по-видимому, этого не осознавало; странные выпуклости в паху не походили ни на мужские, ни на женские гениталии. Двигалась тварь странно – как слепленная ребенком из глины фигурка, а не живое существо из плоти и костей.

У глиняных людей были глаза животных, и казались они ужасно опасными. Этот же... у него были человеческие глаза на лице, которое не могло присниться Фаун и в самом страшном сне. Нет, такой кошмар мог привидеться разве что Дагу... Глаза загнанного, измученного человека, и все же, несмотря на всю переполняющую их боль, столь же лишенные милосердия, как скала. Точнее, как камнепад.

Злой ухватил Фаун за платье и приподнял, так что они оказались лицом к лицу, и долго, долго смотрел на нее. Теперь уже Фаун плакала, не стыдясь слез. Как бы ей хотелось, чтобы на помощь пришел Даг... да хоть кто-нибудь! Она охотно согласилась бы снова оказаться во власти разбойника-насильника. Она готова была молиться любому богу, дать любое обещание... «Отпустите меня отпуститеменя...»