Чтение онлайн

Патрон продолжал гнуть свою линию.

— Судьба не имеет к этому никакого отношения. Мы партнеры. Я не могу позволить, чтобы вы бесчинствовали и прибегали к убийству как средству решения своих проблем. Мы должны кончать с этим.

Даже на слух я ощутил напряженность атмосферы.

— И потому я ставлю условие в наших взаимоотношениях, — продолжал Фьюлла. — Город Сен-Жан существует во благо своих жителей. Он вовсе не является входным отверстием сточной трубы, через которое вы можете вливать в мир свои грязные деньги.

— Грязные деньги? — повторил Креспи. — Что вы имеете в виду?

— Шесть недель назад мне позвонил Тибо, в большом смущении. И сказал: «Ваш партнер Артур Креспи явился ко мне и предложил деньги компании на постройку моей яхты. Зная, что это грязные деньги, полученные от наркобизнеса, проституции и Бог знает чего еще, я отказался. Но, обдумав все, решил, что деньги не пахнут, а яхта есть яхта. Так что я возьму их, извольте».

— Продолжайте, — сказал Креспи.

— А я сказал ему... я сказал ему, чтобы он не был бараном. И что я — ваш партнер в Сен-Жане во благо города, но вовсе не компаньон в наркобизнесе и проституции. И что если он вновь произнесет эти слова, я сдам его в полицию.

— Браво! — изрек Креспи. — Очень справедливо.

Тибо лгал мне, утверждая, что это государственная субсидия. Заем был средством отмывания грязных денег Креспи.

— Леду запоздал с платежами, и вы убили его, — подытожил патрон.

— Тибо погиб, потому что представлял для нас очень серьезную угрозу. Он испортил важную сделку своей частной коммерцией. Результаты могли оказаться катастрофическими.

Креспи говорил о «Поиссон де Аврил».

— Кроме того, Тибо был ненадежен в платежах, что правда, то правда. Более того, вы рассказали ему о наших... трудностях в партнерстве, что не было мудро, поскольку он имел обыкновение делиться подобными сведениями с англичанином.

Ирландцем.

— К тому же вы ревновали, поскольку Бьянка предпочла Тибо вам, — заявил патрон.

— Вы просто выживший из ума старикашка!

В голосе Креспи ощущались новые нотки. И несмотря на то что в кладовой неожиданно похолодало, руки мои стали липкими от пота.

— А вы педераст! — парировал Фьюлла.

— Патрон, вы все решили за меня, — изрек Креспи.

— Решил что?

— Партнерство расторгнуто.

— Карло, иди сюда, — позвал патрон.

— Карло уже знает это, — вкрадчивым голосом сообщил Креспи.

— Но это невозможно, — заявил патрон. — Невозможно без моего согласия. Я старшин партнер.

— На сорок лет, — уточнил Креспи. В его голосе чувствовалась усмешка.

— Что вы имеете в виду?

— Когда один из компаньонов умирает, партнерства более не существует.

Патрон выпалил нечто на диалекте, который звучал как пулемет, стреляющий отравленными пулями.

— Патрон! — укорил его Карло.

Тот закашлялся.

— Легкие пошаливают? — притворно посочувствовал Креспи. — Выпейте!

Я услышал, как распахнулась дверь.

— Карло, — сказал Фьюлла.

— Сожалею, патрон, — ответил тот. — Времена переменились.

— Дерьмо! — в сердцах выпалил Фьюлла.

— В кладовой — англичанин, — объявил Карло.

Меня прошиб пот. Я сунул магнитофон на самый верх винного стеллажа, где его не было бы видно.

— Достань-ка его оттуда, — приказал Креспи.

Я сунул ключ в замок и наполовину повернул его. Не очень надежная защита.

— Выбей дверь, — сказал Креспи.

Что-то ударило по двери. Но она выдержала.

— О Господи, растяпа, это всего лишь щепки. Дай-ка я.

На дверь обрушился тяжелый удар. Она распахнулась внутрь, впуская поток света из комнаты. На пороге стоял Карло.

— На закуску? — вопросил я.

Карло улыбнулся. У него была добрая, лучезарная улыбка.

Желудок мой опять прихватило. Я слишком много слышал. Теперь они непременно убьют меня. Оставалось лишь надеяться, что, пока я здесь, в их руках, им не будет смысла убивать Фрэнки.

Патрон сидел за столом. Его лицо было гадкого синюшного цвета, а дыхание — хриплым и затрудненным.

— Ах, дерьмо! — вскричал Креспи. — Мы должны покончить с ним сейчас же!

Я посмотрел на его гладкое лицо, на вьющиеся черные волосы и сказал:

— Есть люди, которые знают, где я нахожусь.

— Ах, да, — сказал Креспи. — Вы наводите справки для своего дружка в мире страховки, господина Пибоди. Я-то думал, что пока ваша дочь — моя гостья, у нас нет проблем. Похоже, я ошибался.

Он рассмеялся.

— Отлично, Жан-Клод. Несчастный случай, пожалуйста.

— Позвольте мне сделать это, — встрял Карло. — А то он свернет себе шею.

— Отвали, дедуля, — рявкнул Жан-Клод.

— Он справится.

Карло издал возглас, выражающий профессиональное недоверие.

— Ублюдки! — изрек патрон.

Жан-Клод схватил меня за руку.

— Идем, тесть, — сказал он. — Пришло время несчастного случая.

У него был револьвер в руке, но она дрожала. Жан-Клоду не по нутру пришлись поддразнивания Карло.

— Выходи! — указал он на дверь.

Я вышел из комнаты в ослепительный блеск покрытого кафелем вестибюля. По-прежнему на фоне синего Средиземного моря играла струя фонтана.

Мне был ненавистен этот звук и цвет теплого безприливного моря. Я ненавидел и пот и ослепительный блеск. И саму мысль, что должен умереть.

— Надеюсь, ты не боишься высоты? — глупо хихикая, сказал Жан-Клод.

Мне было ненавистно и это.

— Вниз! — приказал он.

Я спустился по ступенькам на один лестничный пролет. Внизу не было ни кафеля, ни стекла, ни мрамора. Здесь был мир голого бетона, пыли, кабелей, свернутых кольцами подобно змеям, и мешков с цементом.