Чтение онлайн

Вспышка злости растаяла в печали, которой Клэр не смогла дать определение. Она никогда не слышала столько боли в его голосе. Всем сердцем ей хотелось сделать его мир лучше; однако, она не смогла бы забрать у него это чувство предательства — сначала с её стороны, а потом и со стороны Кэтрин. Ему нужно было высказать всё, о чём он думал. Слёзы заполнили её глаза, но Клэр не отводила взгляда. Даже с болью, которую она видела, его чёрные глаза делали её мир целостным.

Он продолжил:

— И дело не в том, что я не хотел тебе верить, но поверить тебе — значило признать, что Кэтрин обманула…

Его голова склонилась к коленям Клэр.

Когда он не заговорил, Клэр провела пальцами по его волосам и подождала.

Подавив эмоции, Тони поднял голову и снова посмотрел ей в глаза. Чернота раскаяния соответствовала тоске, которую она слышала в тоне.

— Я подверг тебя опасности, — произнёс Тони. — С тех пор, как Роуч объяснил мне всё, я мог думать только об этом. Я забрал тебя из Калифорнии и поместил в самое худшее место, которое можно было придумать. Скажи мне, что понимала, что я не знал! Я никогда в жизни — никогда даже мысли не допускал — что она способна причинить вред тебе или мне… — Он прикоснулся к животу Клэр и погладил его, заставив Клэр улыбнуться, — Или нашему ребёнку.

Ребёнок толкнул руку Тони, и глаза Тони открылись шире:

— Неужели я только что это почувствовал?

Клэр кивнула.

— Удивительно!

На мгновение их волнение и радость затмили тень, вызванную именем Кэтрин.

Несмотря на покрасневшие глаза и залитые слезами щёки, Клэр хихикнула: — Я молилась, чтобы ты успел почувствовать, как наша кроха двигается и пинается. Думаю, у нас растёт футболист.

Тони сел прямее и наклонил голову. Когда их носы соприкоснулись, он сказал:

— Пусть так и будет!

Нежно вытирая её щеки тыльной стороной ладони, Тони провёл губами по её губам.

— Мы оба совершали ошибки, слишком много, чтобы сосчитать, но эта маленькая жизнь у тебя внутри — не ошибка. Он или она не Роулз и не Николс. Этот ребёнок Роулингс! Я много достиг в жизни, но в сравнении с этой маленькой жизнью, всё бледнеет. Вне всякого сомнения, этот ребёнок моё, нет, наше самое великое достижение. Я не заслуживаю, чтобы ты или этот невинный ребёнок были в моей жизни. Спасибо, что смогла уберечь себя и малыша. Роуч рассказал, какой напуганной ты была. Если бы только я был дома…

Клэр прервала его:

— Нет, Тони. Неужели ты не видишь? Всё было спланировано таким образом, чтобы тебя не было дома. Никого из нас не нужно винить за то, что произошло.

Его кивок заставил качнуться и её голову. Его слова вышли едва различимым шёпотом:

— Именно за это…

Пальцы Клэр коснулись его губ:

— Остановись, пожалуйста. Я знаю, что нам о многом нужно поговорить. У нас у обоих есть вопросы, и, я надеюсь, что найдутся и ответы, но прямо сейчас и сегодня, не могли бы мы просто посвятить время только нам?

Тони поцеловал кончики её пальцев, которые только минуту назад заглушили его слова.

— Ты права. Кроме того, нас ждут Мадлен и Френсис.

Клэр встала, однако Тони отказался выпускать её руку из своей. Встав ближе, он посмотрел на неё с высоты своего роста и произнёс:

— Мне нужно знать одну вещь.

Подняв глаза, Клэр увидела потребность в его тёмном взгляде, и её сердцебиение ускорилось:

— Что? Что тебе нужно знать?

— Это изменило наши отношения? Я имею в виду, мы всё ещё помолвлены?

Клэр усмехнулась:

— Нам определённо о многом нужно поговорить; несмотря на это, если малышу суждено быть Роулингсом, а не Николс, я полагаю, у нас в запасе несколько месяцев, чтобы привести нас к браку. — Её глаза сверкнули. Она сделала паузу, — Если это именно то, чего ты всё ещё хочешь?

— То есть, тот факт, что я был мудаком и бросил трубку, не заставил тебя передумать?

— Понимаешь, я привыкла к тому, что ты мудак. А вот факт, что ты признаёшь это, — это что-то новое, и эта та самая причина, по которой я не поменяла своего решения.

Тони притянул Клэр ближе и обнял.

— Итак, как насчёт того, чтобы я поработал над тем, чтобы не быть мудаком, а ты — чтобы приструнить свой дерзкий язычок?

Клэр встала на носочки и поцеловала его в шею. Знакомое рычание зазвенело у неё в ушах подобно музыке.

— У меня создалось впечатление, что тебе нравится мой язычок.

Его губы захватили её в поцелуе. Без колебания она ответила ему с тем же неистовством. Когда сила поцелуя ослабла, их взгляды встретились, его глаза сверкнули, и он ответил: — О, да, без сомнения. Я люблю твой язычок, твои глаза, твою шею и каждую часть твоего тела; однако, некоторые вещи, которые ты творишь своим чудесным ртом, мне нравятся больше, чем другие.

— В самом деле? — подразнила она, прихватив губами кожу на его шее.

Тони схватил её за плечи.

— Ты планируешь вернуться к ужину? Я спрашиваю потому, что, если ты не остановишься, этого не произойдёт.

Клэр улыбнулась. Это было правдой; им многое нужно обсудить и многое выяснить; тем не менее, она чувствовала себя полной надежды. В эту самую минуту она понимала, что ужин мог и не состояться. Если бы она продолжила дразнить, тогда они могли быть голыми и в кровати через секунду; но, всё-таки, ей нужна еда. Где-то на задворках сознания она услышала его совет:

— Думаю, тебе стоит поесть. Тебе нужны силы.

Улыбнувшись, она ответила:

— Я хочу на ужин, и нас, наверное, ждут.

Указав в направлении одной из дверей, Клэр сказала:

— Ванная там. Я умоюсь. Боюсь, зарёванная, я выгляжу не очень.

— Ты, моя дорогая, ни при каких обстоятельствах не можешь выглядеть не очень. Ты ослепительная!

— Что, правда?

Клэр многозначительно улыбнулась Тони.

— Дай мне минутку. — Она поцеловала его в щёку. — После ужина мы вернёмся сюда, и ты сможешь напомнить мне, какие из действий моего языка тебе нравились больше всего.