Чтение онлайн

— Нам не стоит углубляться в горы Кангр! — повторила Этайа.

Биорк свернул карту и сунул ее в футляр.

— Если ты скажешь идти через Тангр, мы пойдем через Тангр, — отвечал он.

— Будущее скрыто от меня, — медленно проговорила аргенета. — Не могу я даже сказать, кто из нас достигнет цели. Может быть, собственный мой путь кончается здесь, в Конге.

— Не хочешь ли ты сказать, что оставишь нас, светлейшая? — обеспокоился туор. — Неужели ты пришла сюда только ради мальчишки? Беда касается всех. И твоей страны тоже!

— Мальчишки? — повторила Этайа. — Он — величайшее сокровище, Биорк. И его место в будущем определено.

— В том, которое туманно? — не удержался туор.

Этайа засмеялась. Смех ее был как музыка.

— Когда оно туманно, — сказала она, — это не значит, что его нет. Если юноша не займет в нем места, то оно останется пустым. И это будет плохо. Для всех.

— Мы вытащим его! — заявил туор уверенно.

— Пожалуй. Сильные наблюдают за нами.

— Оставь в покое то, чего нет! — отмахнулся Биорк. — Ваши боги…

Аргенета снова рассмеялась.

— Наши боги? — проговорила она. — Наши боги… Что знаешь ты о наших богах, смертный?

— Довольно, чтобы усомниться!

— Будь по-твоему, — уступила Этайа с улыбкой. — Я сказала — «сильные», не «боги».

— Если так, пусть вмешаются до того, как прольется кровь! — сказал туор.

— Что им до нашей крови! Они вмешиваются, когда им заблагорассудится. Быть может, уже вмешались… — Она замолчала, прислушиваясь к себе.

— Не будь ты той, кто ты есть, — проворчал туор, — я решил бы, что ты пытаешься меня запугать. Слишком похожи твои речи на болтовню моей покойной жены, да уснет ее душа в Нижнем Мире. Она была пророчицей, как ты помнишь. И она была красивая. Красивым женщинам многое прощают, хотя, видят ваши боги, ее предсказания сбывались куда реже, чем мои!

— Мои предсказания сбываются всегда, — уронила Этайа. — Прости, меня утомил разговор. В нем нет света.

— Может, выйдешь на палубу? — предложил туор. — Здесь душно.

— Нет, — отказалась аргенета. — Слишком много глаз, а я устала. Не будешь ли ты так любезен позвать сюда Эака? Я чувствую: ему нелегко сейчас.

— Ему всегда нелегко! — проворчал туор. — Он как бык. Выставил рога — и вперед. Пока не получит дубиной по лбу.

— Биорк! — укорила Этайа. — Я не узнаю тебя!

— Позову, позову! — сказал туор. — Но вы с Нилом слишком нянчитесь с этим аристократом! Дино был не столь изнежен. Впрочем, это ваше дело! — И вышел из крохотной каюты.

Этайа легла на узкую подвесную койку и закрыла глаза. Маленький хиссун выбрался из-под кровати и лизнул ее свесившуюся руку. Этайа погладила его по голове.

Ветер спал. Кумарон еле двигался. Казалось, все силы его уходят на то, чтобы удержаться на месте.

— Отец! — сказал Асихарре Филон. — Не нанять ли упряжку? Того гляди — назад поплывем.

— Пустое, — откликнулся разморенный Асихарра. Щеки его и прежде были красными, а от выпитой харуты пламенели, как закатный Таир. — Не будет ветра — бросим якорь. Слышь, Нил? — обратился он к дремлющему великану.

— И-и-и! — отозвался тот.

— Да, знавал я одного мага, кусай меня в… Ты чего, сынок?

— Надо, говорю, упряжку нанять!

— От настырный! Вели прибавить парусов!

— Все поставлены, отец.

— Ну, так. А кто у руля?

— Пигус.

— Добро. Ну так сядь и не маячь. Слышь, Нил, знавал я одного мага, кусай меня в задницу. Вез его с севера. На Хоран мы шли. Так весь рейс ветер был — что харута. Ровный, крепкий. В самую меру. Всю дорогу. Так он, когда сходил на берег, обещал: назад пойдем — такой же будет. И надо же — не соврал. — И добавил подумав: — А плату я б с него и так не взял. Что ж я сам себе враг? У мага деньги требовать!

— Угу, — сквозь сон пробормотал Нил.

— Он те так заплатит! Обратит, скажем, во фрокка! Или еще в какую дрянь — вот и вся плата! Так я к чему: вот бы нам такого мага, а? Что скажешь, Филон, сынок?

— Упряжку надо брать, отец. Не будет ветра.

Нил проснулся, поглядел на краешек белесого неба.

— Будет ветер! — пообещал он. — Погоди чуток, парень, хороший ветер будет. — И вновь закрыл глаза, погружаясь в сон.

Филон сплюнул за борт (на море — дурная примета, здесь — добрая. Речную воду презирать — моряку заслуга) и пошел дать команду — бросить якорь.

А Нил оказался прав. Меньше чем через полхоры задул ровный крепкий ветер, и кумарон быстро пошел вперед, делая не меньше двух лонг в хору. Все оживились. Даже Асихарра соизволил подняться и самолично проверить, чем занимается команда.

Только Нил как спал, так и остался спать. Филон, чье уважение к ториону возросло почти до вершин Черных Гор, строжайше велел: не беспокоить гиганта. И Нил благополучно проспал до самого вечера. Да и вечером проснулся, должно быть, только от голода.

Быстро темнело. Асихарра велел зажечь огни: и ночью Марра несла на себе довольно судов.

Этайа, сопровождаемая Эаком, вышла на палубу. Аргенет жадно втягивала ноздрями густой теплый воздух.

— У тебя такой вид, светлорожденный, будто тебе не терпится прорубить чью-нибудь голову! — сказал Биорк.

— Огорчусь, если это будет твоя! — мгновенно отреагировал аргенет.

— Пожалуй, — произнес Биорк, отступив на шаг и кладя руку на эфес суорта, — пора про…

— Хотите устроить представление для матросов? — холодно бросила Этайа. — Светлорожденный Эак Нетонский и мастер меча Биорк…

— Хо-хо-хо! — Огромный Нил внезапно возник между отцом и Эаком. — Вы непрочь подраться? А вот и я! Отлежал себе бока в гамаке! Валяйте, сениоры, я — к вашим услугам!

Туор и аргенет, сконфуженные, одновременно убрали руки с мечей.

— Не ошибусь, сениоры, если скажу: вам надо развеяться! Немного перекусить — это в самый раз, сениоры!

— Ой-мей! — вскричал из темноты Асихарра. — Поддерживаю, торион! Кухарь все приготовил, не так уж он ленив!

— Пойдем, сениор! — позвал Нил. И Эак послушно двинулся за ним.