Чтение онлайн

Однако скоро всем стало не до веселья.

— Что это? — В голосе Шазад звучал ужас.

Мне редко доводилось видеть подругу испуганной, но сейчас я точно знала, что она вспоминает, так же как и я, вагон поезда и юношу в бронзовых доспехах, прикосновение огненных ладоней и пронзительный вопль несчастного Бахи.

Какой-то галан в страхе отскочил от нависшего над ним шагающего истукана, и в памяти у меня всплыл разговор с султаном о слугах из глины, вылепленных джиннами ещё до людей. Абдалы подчинялись любым приказам. А ещё до того он жаловался, что переоценил свою возможность управлять хитрыми демджи, которые могли обратить свою магическую силу против него.

«Так вот оно что! Султан вовсе не отказался от магической силы — он решил добавить к ней абсолютное послушание».

Глиняные фигуры, одетые в бронзу, неумолимо надвигались со всех концов сада. Почему-то они аккуратно обходили мираджийцев, но не давали себя обойти чужеземным гостям. Сгоняли их в кучу! И тут я вспомнила другой разговор с султаном. Он говорил, что военные силы Мираджа не смогут выстоять в одиночку против всех враждебных государств разом.

Всё это ловушка — Ауранзеб, мирные переговоры и союзы — всё ложь! На самом деле султан хотел заманить к себе чужеземных правителей и…

Я резко обернулась, услышав дикий вопль. Один из альбов, охранявших королеву, вытащил меч и сделал выпад в сторону бронзового истукана, который теснил его. Солдат был объят пламенем с головы до ног, лицо мучительно искажено — как у Бахи, когда до него дотронулся Нуршем.

«Огонь джиннов!»

Глава 38

Вопли слышались по всему саду, обрываясь один за другим. Абдалы наступали. Теперь в сад ворвались и мираджийские солдаты, убивая чужеземцев, которым удавалось выскочить из жуткого кольца. Воздух наполнился запахом крови и горящих тел.

Я поймала себя на том, что жду приказа от Шазад. Приказа не было. Прижавшись спиной к стене, подруга застыла в ужасе рядом со мной, наблюдая, как горят заживо люди, повторяя участь нашего друга Бахи.

Кто-то должен был принять командование на себя. Я окинула взглядом сад в поисках Жиня, но не нашла его.

— Сэм! — повернулась я к альбу. — Выводи, кого сможешь, через стену, а потом уходи сам… Шазад! — Она вздрогнула, ощутив мою руку, сама не своя от страха. «Что ж, значит, кто-то должен стать ею». — Шазад, соберись! — Бледная как мел, она кивнула. — Сумеешь взорвать ворота своим порохом?

Ворота находились на другом конце сада, до них надо было ещё добраться через царящий вокруг кровавый хаос.

В глазах подруги появилось осмысленное выражение. Я понимала, о чём она думает: абдалы мираджийку не тронут, чего нельзя сказать об озверевших солдатах, рубящих направо и налево.

— Мне нужно оружие, — выдавила наконец она, приходя в себя.

— Вот, держи! — Рядом появился Рахим в окровавленном мундире и протянул непривычного вида чужеземный меч. — Ты правда так хороша в бою, как говорила Амани?

— Я ещё лучше, — буркнула Шазад, берясь за рукоятку. — Идём вместе?

Султан был прав: они составляли прекрасную пару. Меч и сабля мелькали в воздухе в такт, словно ими орудовал один человек, прорубая дорогу к воротам. Сэм уже исчез в толпе, сбрасывая на ходу свой альбийский мундир.

«Где Тамид?» Мысль поразила меня как громом. Его должна была вывести Хала, но всё поменялось, и ей поручили Лейлу. «Надо срочно добраться до Тамида! Как будто мало Пыль-Тропы — не хватает ещё бросить его в беде снова!»

Ещё не додумав, я бросилась бегом вдоль дворцовой стены, увёртываясь от мечущихся в панике людей, с ходу проскочила в дверь и бросилась по коридору. Однако затихающий шум за спиной тут же сменился топотом погони. Бросив взгляд через плечо, я увидела троих солдат с ружьями, а когда заворачивала за угол, вслед раздался выстрел, и пуля врезалась в стену, осыпав меня осколками камня. Похоже, брать меня живой не собирались.

Я устремилась к следующему повороту, оскальзываясь босыми ногами на гладком мраморном полу. Глянула за угол и обмерла: в конце следующего коридора стоял Жинь с револьвером в руке! С колотящимся сердцем я кинулась к нему, но сапоги за спиной топали всё громче. Он повернулся и поднял револьвер, но не мог выстрелить в преследователей, чтобы не задеть меня. Я припустила изо всех сил, ожидая в любой миг пули в спину.

Позади уже слышалось щёлканье взводимых курков. На полном ходу я врезалась в Жиня, он обхватил меня и развернулся, прикрывая своим телом, но я тут же выхватила у него револьвер и сразу почувствовала себя как дома. Оружие трижды дёрнулось у меня в руке, и больше стрелять нужды не было. Ни у кого.

На полу валялись три трупа. Мы с Жинем стояли в коридоре одни.

— Ты вся в крови! — Его руки лихорадочно ощупывали моё тело. Меня трясло от облегчения — и от близости Жиня. «Мы снова вместе!»

— Не знаю, чья это… — Я и правда не имела понятия. — Бежим скорее! Надо выводить людей…

— Уже выводят. — Он схватил меня за руку. — Шазад занимается воротами, а Имин вытащила твоего друга Тамида. А нам надо…

Мы завернули за угол к лестнице и встали как вкопанные. Путь загораживал Кадир, два абдала у него по бокам слепо таращились бронзовыми лицами, навеки искажёнными болью. Как у Нуршема, только без глаз, и вообще без плоти и крови внутри — и без единого человеческого чувства. Солдаты, не знающие сомнений. Точно такие, как мечтал султан. Демджи, которые никогда не предадут и не ослушаются приказа.

Я выстрелила инстинктивно. Пуля глубоко ушла в глиняное тело в том месте, где было бы сердце, но истукан даже не шевельнулся. Патронов в барабане больше не осталось.

— Ну что, сучка демджи? — прошипел Кадир, поднимая свой револьвер. — Теперь никакой мой брат-изменник тебя не спасёт.

— Ты уверен? — Жинь шагнул вперёд, загораживая меня и сжимая кулаки.

Однако султим не собирался драться честно. Его палец уже нажимал на спусковой крючок… но тут пол под ногами тряхнуло. Это взорвались ворота в саду. Рука Кадира дрогнула, пуля ушла в стену. Я дёрнула Жиня за руку, и мы кинулись назад за угол и вверх по винтовой лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Кадир пыхтел следом, но мы успели выскочить в коридор — и только тут мне стало ясно, куда попали.