Чтение онлайн

Сержант-охранник нехотя поднял глаза на вошедших. Ну что им тут еще потребовалось?.. Блин, такой классный трах досмотреть не дадут!.. Ордера приволокли, с тоской подумал он, глядя на лейтенанта-десантника с Георгиевским крестом, озабоченно перебиравшего бумаги, и сделал знак своим – убавить громкость страстных стонов, доносившихся из динамика.

Офицер подошел вплотную к стойке пульта.

– Вот наши бумаги, возьмите!..

Это было кодовым словом. Зуботычка, Клещ и Выдирало вскинули оружие. На свою беду, караульный расчет, не ожидая инспекции (о которой, как правило, узнавали заблаговременно и успевали, что называется «погладить шнурки»), не озаботился надеть бронежилеты. За что и поплатился.

Оставив позади себя шесть мертвых тел, отряд Зарубы деловито отправился дальше.

На пульте Юрия погас второй из трех красных огоньков. Капитан-лейтенант жестко усмехнулся и потянул руку к микрофону интеркома.

Камеру, где содержался Попандопулос, Заруба отыскал без труда. Все операции в тюремном блоке, начиная от питания заключенных и кончая раздачей пипифакса, были автоматизированы. Отперев предварительно командой с пульта камеру несчастного грека, Заруба вошел внутрь…

У Юрия погас третий огонек.

Клещ, Выдирало и Зуботычка как раз заканчивали добивать экипаж Попандопулоса, когда в центральной диспетчерской батальона внутренней охраны натужно взвыла сирена. Автоматы наконец-то разобрались в происходящем.

«Проникновение в тюремный блок! Тревога третьей степени!»

В этот самый миг Заруба взял неуклюжую трубку переговорника:

– Все в порядке, босс.

Вместо ответа раздался мощный взрыв. Трубка не зря была столь громоздкой. Упакованный в нее заряд пластиковой взрывчатки высокой мощности превратил тела четырех налетчиков в разбросанные по всему коридору кровавые ошметки.

Пульт в руках Юрия трижды удовлетворенно пискнул.

Теперь можно было и отваливать.

«Стремительный» проревел отход. Согласно примчавшейся из штаба диспозиции ему надлежало занять место в авангарде. Насвистывая веселую песенку, капитан-лейтенант занял свое место на мостике, в командирском кресле. «Все долги уплачены до восхода солнца, – повторял он про себя. – Все долги уплачены…», а когда мы вернемся, можно будет подумать и о таможенниках. Кто-то ж должен ответить мне за потерянную прибыль и конфискованный в казну контрабандистский корабль!»

Сам адмирал Рождественский поднял флаг на «Гангуте». Следом, в кильватер флагману, экономя энергию аутспейс-генераторов, шла «Полтава». Дальше – видавшая виды «Чесма» и гордость флота «Наварин». Авианосец «Варяг» держался чуть поодаль. А вместе с ними – десятка три эсминцев, дюжина тяжелых крейсеров да целая прорва минных транспортов – залатывать прореху в минных полях…

Юра невольно зевнул. Блин, как меня достали эти игры. Есть только одно по-настоящему достойное мужчины занятие – делать деньги. Это квинтэссенция мужского успеха. Потому что деньги невозможно сделать без храбрости, умения рисковать, удачливости, сообразительности – словом, без всех качеств, коими и должен обладать настоящий мужчина. А тут… летай, стреляй, бомби, каждый миг норовя нарваться на шальную жжаргскую мину. К чему все это? Что, тем же жжаргам торговать не нужно? Нет, будь я толстым-претолстым интендантским чином – всем угодникам свечки бы поставил, лишь бы война не кончалась, потому что когда ж еще жиреть интендантам, как не по военному времени, которое, как известно, все спишет? А так… дрались-дрались, пока не сравнялись. А я еще жить хочу. Проклятье, я, пожалуй, выкуплю отель у старика Понтиви! Теми туземными красотками надлежит заняться всерьез. (Неудовлетворенные Зойкой чресла капитан-лейтенанта выразили полное согласие.)

Ну, все, начали прыжок, и капитану можно расслабиться. Удерживать корабль в экранирующем конусе силового поля – дело операторов. Вход завершили успешно – а дальше, как Бог даст. А коли не даст… что ж, не зря же он, Юрий, корпел, оборудуя специальную, личную, капитанскую спасательную капсулу с полностью автономным питанием и системой запуска? А «Стремительный»… его можно и взорвать. Ключ самоликвидатора – вот он, в капитанском брелоке.

Мысль была холодной и четкой. И вновь Юрий ей нимало не удивился.

А что? Вполне здравое соображение. На твоих счетах достаточно денег, чтобы начать солидное торговое дело в Новых Мирах. Надо только улучить момент… «Стремительный» погибнет со всем экипажем, а он, Юрий, спокойно начнет новую жизнь под новым именем – ведь все банковские счета предусмотрительно открыты «под пароль»… Он, бывший капитан-лейтенант, навеки исчезнет из списка живых. А обзавестись новым компьютерным файл-делом при его деньгах не так-то сложно. Месье Понтиви его определенно заждался… А люди, его команда… что ж, на войне как на войне. Они умрут быстро и без мучений. Их семьи получат солидную пенсию…

Он лгал себе. Если «Стремительный» исчезнет в глубоком космосе и ни один корабль не станет свидетелем его последних мгновений, весь экипаж автоматически попадет в категорию «пропавших без вести», не дающую семьям права на государственное вспомоществование…

Юрий замер в кресле, откинув голову и прикрыв глаза. Штурманы и рулевые с уважением поглядывали на командира – ишь, в прыжок ушли, а кэп с мостика не уходит. С ними он, со своей командой. И правильно.

…Нет, сейчас, конечно, он этого не сделает. Не время. Потом, потом, уже после этого боя, когда все так или иначе устаканится и «Стремительный» вновь направят в далекий разведывательный рейд. И там, у какой-нибудь милой планетки, которую мы выберем заранее и соответствующим образом подготовим, все и случится.

Юра улыбнулся. Настроение становилось все лучше и лучше с каждой минутой.

…Следом за «Счастливым» погибла «Керчь». Саша видел ее агонию, видел рвущееся из ракетных шахт пламя – несколько жжаргских плазменных зарядов ворвались внутрь корабля. Катапульты пачками швыряли в пространство спасательные капсулы. И на них коршунами падали стартовавшие с «Ипсвича» истребители. Саша сжег три, но другие, не обращая внимания на потери, с безумной яростью, забыв о контратакующих «Валдаях», гонялись за капсулами, гибли сами – и губили врагов.

Затем настал черед «Изяслава». Его отважный командир, в тщетной попытке спасти гибнущую «Керчь», подошел слишком близко и угодил под концентрированный огонь жжаргских крейсеров. На черной броне эсминца – такой несокрушимой на первый взгляд и такой ненадежной на деле – заалели пробоины. Пытаясь выиграть время, «Изяслав» резко отвернул. И в этот миг его настиг залп с «Конго». Кормовой отсек с двигателями оторвало напрочь, и после этого жжарги уже спокойно расстреляли беспомощный корабельный остов. Несколько спасательных капсул все же успели уйти с гибнущего эсминца – лишь для того, чтобы стать легкой добычей жжаргских истребителей.