Последняя битва
Шрифт:
С этими словами говоривший извлек из-под плаща помятый шлем с бронзовыми накладками.
– Ваш ярл Гутрум убит! Вот его шлем! Узнаете?
Хёвдинг нервно сглотнул. То, что ярл с прошлого лета не давал о себе знать, это беспокоило не только его, но и всю дружину. Кнуд прикидывал и так, и сяк, решив, что как только реки откроются, он сам поедет в Альдегьюборг. Но тут…
– Забодай вас Хейдрун! – Дьярвссон в сердцах влупил кулаком по бревну. – Чтоб тебя…
– Я не хочу крови! Это мой град по праву! – продолжил вещать князь руссов. – Все, кто хочет, могут свободно покинуть град! Вы вольны в своих действиях! И клянусь, я не стану мстить и чинить препятствия. Уходите!
– Забодай тебя Хейдрун…
– Даю вам время до полудня!
Князь развернул коня и зарысил обратно. Вершники руссов последовали за ним. А Кнуд не сводил глаз с красного полотнища с золотым трезубцем. Вот стяг руссов дрогнул и поплыл вслед за князем.
Хёвдинг поднял голову. Солнце, набирая разгон, катилось к зениту. Резко подул ветер, ударил по глазам, и Кнуд зажмурился. Но, видимо, поздно, что-то больно кольнуло зрачок.
– Чтоб тебя… – ругаясь, хёвдинг пытался проморгаться.
Первыми подняли бучу чудины. Они собрались во внутреннем дворе и, погорланив несколько минут, гуртом двинулись к воротам.
Тут-то их и узрел Кнуд. По решительным лицам чудинов хёвдинг быстро сообразил, что парни готовы на все.
– Куда это собрались? – грозно вопросил Кнуд.
Чудины загудели. Вперед вышел их старший – Кату.
– Мы уходить! Ярла убит… ярла не придет! – с акцентом, на словенском ответил чудин.
– Кату! Вы что, с ума посходили! – хёвдинг сделал шаг вперед. – Кому вы поверили? Если выйдете за ворота, руссы всех перебьют. Кату, верни людей на стены!
– Не говори! Маи воина не будут битися за тебя! – Кату ткнул пальцем в сторону викинга. – Мы уходить!
За спиной Кнуда громыхнули щиты. Воротная стража сомкнула строй.
– Забодай тебя Хейдрун, Кату! Я не выпущу вас за стены!
Строй чудинов заколыхался. Послышался шелест извлекаемых клинков и буханье щитов.
– Отойди! – Кату сдвинул шапку на затылок. Его лицо налилось краской. – Отойди! Мы уходить!
Хёвдинг посмотрел на стену. Там его лучники, правильно оценив ситуацию, наложили стрелы на тетиву.
– Кату! Добром прошу! – Кнуд решил сделать последнюю попытку остановить союзников. Он понял обе руки вверх, ладонями к чудинам. – Руссы обманут вас! Там, за воротами, вас ждет смерть! Вы клялись богами, что будете служить Гутруму.
– Он мертв! – выплюнул старший чудин. – Нет Гурма, нет клятва! Юмал судил!
– Кату…
И тут дров в костер подкинул прилетевший из-за стены протяжный возглас на чудинском:
– Тягалажетэ [71] !!!
71
Тягалажет – местный, земляк.
Чудины встрепенулись, напрягли слух.
– Эй, тягалажетэ! Бонату линд! Тойка… Эи калма! [72]
Они словно ждали этого призыва.
– Юмал!!! – проревели почти три десятка глоток, и чудины ринулись на ворота.
Кнуд успел отпрянуть в сторону и отбежать к стене. По щитам чудинов забарабанили стрелы, но они ломились вперед, не замечая потерь. Воротная стража, состоящая всего из восьми человек, была буквально раздавлена. Викинги один раз успели взмахнуть мечами, когда их подмяла ярость детей Юмала. Расправившись со сторожей, чудины принялись сбрасывать тяжелое бревно, что держало створки ворот.
72
Дословно – Эй, земляки! Бросайте крепость! Выходите… Нет смерти!
– Хрут! Регин! – взревел хёвдинг, выхватывая меч. – Все ко мне! Один!
Викинги откликнулись на призыв, и во главе с херсиром Хрутом стали спешно спускаться со стены. На этом участке стены их было мало, всего три десятка, но они сумели организовать контратаку.
– Один! – возвал Кнуд к Водителю дружин и первым понесся к воротам.
Но бревно уже пало на землю, и левая створка ворот поползла в сторону.
– Один!!! – вскипели викинги.
Викинги на бегу сумели сплотить строй и мощным тараном ударили своих бывших союзников. Они врезались в строй воинов Кату и принялись изливать свою ярость. Их можно было понять. Дело чести умереть в бою. Мечта каждого воина встретить смерть с оружием в руках, а эти презренные чудины бегут с поля боя, наплевав на честь. Ишь ты, хотели покинуть борг!
– Руби их!
И завертелось…
Послышались стоны, лязг оружия и треск ломающихся щитов. Звонко встречалась сталь со сталью, в поисках плоти. Буц! Железо крошило шлемы. Чпмок! Копье пронзало чье-то тело. Хрусть! Меч колол черепа. Кхей! И двуручная секира дробила кости… Кровь бывших союзников смешалась…
– Один!
– Юмал!
– Сука!
– Кха!
– Обалдеть! – воскликнул Вадим и скосился на друга. – Ты смотри-ка, ворота поплыли!
– Сдаются, – высказал робкое предположение Павел.
– Не знаю… хотелось бы…
– Решили перевыполнить план и сдаться до обеда, – хихикнул глава медвежьего рода.
– Смотри-смотри… выбегают, – князь руссов привстал в стременах.
– Кажись вепсы!
– Точно. Это ты, Паш, ловко придумал, поманить их.
– Смотри!
– Что-то не тоё!
Еще через несколько минут стало очевидно, что вепсы прорываются с боем. Даже сюда, в лагерь, долетали отдельные крики.
– Княже, – воевода едва удерживал коня на месте, – ворота открыты! В самый бы раз вдарить!
– Вершников вперед! Остальные бегом! – быстро сориентировался Вадим и дал своему жеребцу шенкелями. – Вперед! За Русь!
Два десятка, у него было всего два десятка конных, но он решил рискнуть. Теперь главное прорваться в ворота, пока варяги не успели их захлопнуть.
– Вперед!
Красный с золотым трезубцем стяг развернулся на ветру. Вадим перевел коня в галоп, увлекая всех за собой. Князь оглянулся – хорошо идут!