Чтение онлайн

Мало у кого из нас хватило бы духа пустить в ход молоток и зубило. Эллен решилась на это. Порой меня смущала человеческая симпатия. «Ей хуже от этого», — хотелось мне сказать им всем, но я не смог. А потом, после того, как они стали добрее ко мне, предлагали сопровождать меня на прогулках, как малого ребенка, бесцеремонно пытались втянуть в разговор для моего же блага (почему они решили, что я не знаю, что для меня лучше?), и мне наконец было позволено посидеть в одиночестве и подумать о ней. Я же старался думать о буре с градом в 1835 году, о разбитых окнах, погибшем урожае, сорванных шпалерах и уничтоженных часах в виде арбуза. Есть ли на свете что-либо глупее часов в виде арбуза? Приветствуйте град камней, разбивающих ваши окна. Люди быстро сообразили, зачем нужно солнце. Оно нужно не только для того, чтобы росла капуста.

В последние годы экзаменующим стало очевидным, что кандидатам все труднее видеть разницу между Искусством и Жизнью. Каждый из них утверждает, что понимает эту разницу, но понимание ее у всех самое разное. Для некоторых Жизнь богата и подобна пирогу с кремом, изготовленному по старинному крестьянскому рецепту и только из натуральных продуктов, а Искусство — в основном это бледное коммерческое изделие из искусственных красящих веществ и запахов. Для одних Искусство это самое правдивое изображение богатой, бьющей ключом, приятных полной эмоций действительности, а Жизнь — скучнее плохого романа: лишена сюжета, населена или скучными, серыми персонажами, или откровенными мошенниками; все они лишены живого ума и остроумия, стремятся делать только пакости, и все кончается вполне предсказуемой развязкой. Приверженцы последней точки зрения на Жизнь любят цитировать Логана Пирсола Смита: «Люди считают, что жизнь это самое прекрасное, что может быть; а я предпочитаю читать книги». Кандидатам, отвечающим на вопросы, не советуют пользоваться этим высказыванием.

Подумайте над мнениями о связи Искусства с Жизнью, высказанными в нижеприведенных двух цитатах или ситуациях.

а) «Третьего дня я нашел в Тукском лесу, в прелестном местечке возле источника, окурки сигар и объедки пирога — здесь был пикник! Я описал его в „Ноябре“ одиннадцать лет тому назад! Тогда это был чистейший вымысел, третьего же дня я его пережил. Уверяю тебя, что во всякой выдумке скрыта правда, а поэзия — предмет столь же точный, как и геометрия… Наверное, моя бедная Бовари в это самое мгновенье страдает и плачет в двадцати французских селениях одновременно».

Письмо к Луизе Коле, 14 августа 1853 г.

б) ВПариже Флобер пользовался закрытыми колясками, чтобы его не узнала и не соблазнила Луиза Коле. В Руане Леон, чтобы соблазнить Эмму Бовари, пользуется закрытой коляской. Через год в Гамбурге после публикации романа «Мадам Бовари» можно было снять коляску для любовных встреч; эти коляски известны как «бовари».

в) (Когда его сестра Каролина умирала.) «Мои глаза сухи, как мрамор. Как странно, что скорбь в прочитанном романе заставляет меня широко открывать глаза и они готовы наполниться слезами печали, а настоящее горе оставляет мое сердце твердым и лишь переполненным горечью, а слезы, едва навернувшись, превращаются в осколки хрусталя».

Письмо Максиму Дю Кану, 15 марта 1846 г.

г) «Ты утверждаешь, что я серьезно любил эту женщину (мадам Шлезингер). Нет, я не любил ее. Когда я писал ей, то с моей способностью при помощи пера рождать в себе всевозможные ощущения, я начинал относиться серьезно к субъекту, которому пишу: но только когда я пишу. Многие вещи, оставляющие меня совершенно холодными, когда я вижу их или о них слышу, могут тем не менее глубоко тронуть меня, раздражать или причинять боль, когда я сам об этом заговорю или — особенно — напишу. Это одна из особенностей моей шутовской натуры».

Письмо к Луизе Коле, 8 октября 1846 г.

д) Джузеппе Марко Фиески (1790 — 1836) стал знаменитым потому, что завладел каким-то клочком земли, принадлежавшим Луи Филиппу. Он снял квартиру на бульваре Тампль и с помощью двух членов Общества прав человека построил «дьявольскую машину», имеющую двадцать ружейных стволов, из которых можно стрелять одновременно. 28 июля 1835 года, когда Луи Филипп с тремя сыновьями и немалой свитой проезжал мимо участка Фиески, тот произвел выстрел по высочайшей компании.

Несколько лет спустя Флобер поселился в одном из домов на этом же участке бульвара Тампль.

е) «Да, действительно! Период (Наполеона III) дает богатый материал для основательных книг. Впрочем, во всемирной гармонии вещей дворцовый переворот и его результаты были специально задуманы для кучки бумагомарателей, умеющих красочно описывать привлекающие внимание сцены».

Высказывание Флобера в «Литературных воспоминаниях» Дю Кана

Проследите на основании следующих замечаний, как у Флобера смягчается отношение к критикам и критике вообще.

а) «Это действительно глупые вещи: 1) литературная критика, какой бы она ни была, хорошей или плохой; 2) „Общество трезвенников“…

«Личный блокнот»

б) «Это настолько смешно касательно жандармов, что я не в силах сдержать смех; эти блюстители закона всегда производят на меня такое же комичное впечатление, как стряпчие, мировые судьи и профессора литературы».

«Над берегом и полем»

в) «Ты можешь судить о человеке по количеству его врагов, а о произведении искусства по количеству отрицательных отзывов. Критики словно блохи: им нравится свежее белье, и они обожают кружева любого плетения».

Письмо Луизе Коле, 14 июня 1853 г.

г) «Критика занимает самое последнее место в иерархии литературы: что касается формы, то всегда, а если говорить о морали, то это неоспоримый факт. Она стоит ниже игр в рифмованные фишки и акростихи, требующие хотя бы чуточку изобретательности и воображения».