Пономарь
Шрифт:
Света не задумывалась над тем, что “правила” эти знают все наркоманы. Их знание не мешает, плюнув на всех, и, даже, на себя, кидаться в гибельные “марафоны”, безостановочное употребление постоянно растущих доз “кайфа”. Это знание не мешает уделять своей страсти больше и больше времени, пока ни на что другое его просто не остается…
Ее завораживала простота логической цепочки: купить, сварить, “вмазаться”. И тогда жизнь превратится в череду приключений.
– Хорошая штука – “винт”… – Мечтая, произнесла Катя. – Ширнешься – башка ясная, энергия бурлит. По дому всю работу сделаешь, тусоваться пойдешь. А какой секс под “винтом”!.. А? Пробовала?
Света кивнула.
– Ну, скажи, – Продолжала наркоманка, – Чувства совсем другие! Как будто в тебя вся Вселенная входит!.. Это тебе не водка. Водка делает человека тупым и мутным, а “винт” просветляет…
– Да брось ты свою пропаганду! – Вдруг обратилась к девушкам крашеная блондинка, которая спрашивала о светиных пристрастиях. – Ты опия пробовала? Хэш курила? Коку нюхала? Кислоту хавала? Грибы жевала? Серым дышала? Коллапсировала хоть раз? А феном никогда не шмыгалась? Сибишность мазала? Продолжить?
– Скажи, а что ты перечислила? Наркотики? Их так много?
– А ты думала? – Рассмеялась женщина. – Конопля, кокаин, опий да винт? Побольше, милая, раз в сто побольше. Когда все попробуешь, тогда и узнаешь, что лучше.
– Да ты знаешь, что винт каждый раз разный!? – Возбудилась Катя.
– Знаю, знаю. Я уже мульку бодяжила, когда тебя еще в проекте не было. А когда ты родилась – с винта слезла. Вот морфий, это настоящий кайф!
Света с восторгом следила за беззлобной перепалкой. Она уже поняла, что каждая из них хвалит только тот наркотик, к которому привыкла. И в девушке крепло желание перепробовать их как можно больше. Узнать все мыслимые грани эйфории.
Приобщение к наркотической культуре продолжалось и все воскресение. Голова у младшей Дарофеевой разбухла от невероятного количества способов доставить себе удовольствие. От множества самых странных суеверий и мифов, связанных с наркотиками.
2.
Но на следующий день все кончилось.
После утреннего обхода, Свету вызвали к врачу. Там был задан один вопрос: Желает ли она лечиться?
Получив отрицательный ответ, врач, пожилая усталая женщина, казалось, облегченно вздохнула.
Свете тут же сообщили, что за ней пришел отец и ее выписывают под его ответственность.
В палате с ней тепло попрощались, надавали кучу поручений, записок “на волю”. Посоветовали письма, маленькие катышки бумаги, запаянные в полиэтилен, спрятать во влагалище, чтоб не отняли при выписке.
Вскоре Дарофеева уже переодевалась в свои вещи.
Получив какие-то бумаги, девушка вышла в приемное отделение. Но вместо Дарофеева-старшего, ее поджидал какой-то незнакомый мужчина.
– Ну, наконец-то! Пойдем скорее, – Обрадовался он.
– А где?.. – Только и успела спросить Света, как была буквально выпихнута на улицу. За дверью она встала, приняв агрессивную позу:
– Я хочу знать, кто вы, и что происходит?
– У твоего отца – большие неприятности.
– Что с ним? – Всполошилась девушка. Где он?
– Давай все по порядку. Во-первых, я – старый друг Игоря, можешь звать меня дядя Володя. Во вторых, твой отец вынужден скрываться. Он работал с милицией против мафии, и они об этом как-то узнали. Для них нет ничего святого, поэтому и ты в опасности.
– Что же делать?!
– В третьих, – невозмутимо продолжил “дядя Володя”, – Игорь попросил меня забрать тебя к себе. А чтобы запутать всех, сказал, чтоб я назвался его именем.
Он взял Свету за руку, она покорно позволила это сделать, и повел за угол, к поджидавшей их машине, красному “Вольво”. Они выехали на Симферопольский бульвар. Навстречу им, за трамвайными путями, проехал “москвич” с Дарофеевым и его братом, но Света смотрела в другую сторону, и обман “дядя Володи” по чистой случайности не открылся.
“Странно, – подумал он, – неужели Нияма не смог его дольше задержать? Похоже, у него неприятности… Надо будет медитнуть…”
Машина вышла на Кольцевую, затем повернула на Боровское шоссе и, миновав Солнцево, въехала в Переделкино. Там они остановились у высоких железных ворот, за которыми виднелась мансарда дачного домика.
“Дядя Володя” открыл тяжелый навесной замок, распахнул обе створки. Во дворе, среди множества яблонь и еще каких-то деревьев, стоял приземистый гараж, а поодаль, уютная резная беседка.
– Вот твой дом. На некоторое время.
Света разглядывала удручающий пейзаж. Под деревьями лежал ковер из гнилых фруктов, вокруг самого дома тянулись заросли полыни и крапивы.
Чувствовалось, что домом пользуются редко. Но это впечатление исчезло, когда девушка вошла внутрь.
Везде чистота, пол покрывают мягкие паласы, стены оклеены рельефными белыми обоями, финская стенка забита хрусталем. На журнальном столике огромный японский телевизор и видеомагнитофон. Под столиком – кассеты в несколько рядов. Но, что самое удивительное, в доме не было ни единой книги, журнала, или даже газеты.
Но обнаружилось это несколько позже.
– Вот, пользуйся. Продукты на кухне в холодильнике. С газовой колонкой обращаться умеешь?
– Умею.
– Это пульт от “ящика” и видака. Скучать не будешь. Короче, в твоем распоряжении весь дом. Единственное условие: никуда не выходить, вечером окна закрывать ставнями. Чтоб света видно не было.
Младшая Дарофеева хмуро кивала. Оставаться одной на даче… Даже такой роскошной… Когда дома неприятности…
– Я сейчас уеду. Попытаюсь привезти весточку от Игоря, а ты исследуй тут все. Не стесняйся… Да, – Вдруг вспомнил “Вололдя”, – А без наркотиков ты как? Не тяжело будет?