Пономарь
Шрифт:
– Рыбак, – Сказал Дроздов.
– Да. – Отозвался Николай Николаевич. – Давненько нам не попадались его ребята. Подозрительно давно. Видать чего-то он замышляет. Крупное.
– Жаль, не допросишь его теперь.
– Они смертниками были. С гарантией.
– Эх, раньше бы сообразить, что они на башне засели!..
– Вот тебя бы на наше место, – Буркнул какой-то спецназовец, – По тебе палят с одной стороны, а ты жопу под огонь подставь и… – Он злобно сплюнул. – Соображай!
Вскоре, волоча по земле труп, завернутый в плащ-палатку, группа вернулась к пепелищу. Бронницкие пожарные уже уехали. Из-за взрыва загорелось три соседних дома. Спасти их не удалось, но пожару не дали распространиться на весь поселок.
Раненых увезли в ближайший госпиталь. За погибшими вот-вот должны были приехать из Москвы.
Бойцы уложили их в длинный ряд, и они лежали серыми неподвижными мешками, едва различимыми в наступившей темноте.
Трупы бандитов погрузили в “газик” и, в сопровождении Игнатенко, отправили на Петровку. Синельников и Дроздов, вооружившись мощными фонарями, обыскали взорванный дом, заново обошли вокруг упавшего бака водонапорной вышки. – Вот, – Указал Дроздов на кусок опоры. – Видишь, перерублено взрывом. “Тюльпанчик”. Здесь заложили небольшой но мощный заряд. Они подорвали дом и, одновременно, себя.
– А для надежности, им еще выдали ампулы с ядом. Или они не знали, что там отрава?
– Вряд ли… На ампулах надпись “морфин”, им не было смысла сомневаться. Наркоманы жизнь любят…
Они нашли джойстик, приобщили его к собранным уликам.
– А Дарофеевой в доме не было. – Сказал Николай Николаевич.
– И не могло быть. Эти подонки хорошо подготовились к нашему визиту. Словно наперед все знали. Один вопрос – откуда?
– Когда Игорь нашел этот дом, на него напали.
– Как?
– Не знаю, но он потерял сознание, его выгнуло… Короче, страшно было смотреть…
– Ну, и?..
– Он сказал, что тут замешан еще один экстрасенс. Мощный и злой.
– Но ты же говорил, что экстрасенсы злыми быть не должны…
– Не должны-то не должны… Но черная магия, вроде как, существует… Лучше подумай, – Сменил тему Синельников, – За каким им надо было нас задерживать?
Ведь особого смысла в этом нет. Приехали мы – дом пустой. Ну и укатили бы восвояси. А тут стрельба и двое бандитов, как визитные карточки…
– Может, это благородный жест: ”Я, Рыбак, начал действовать!”
– Не похоже это на него. Надо бы у спецов по наркомафии спросить, жив ли он вообще, Рыбак. Может его место уже другой занял?
– Может быть… Этот “крестный отец” довольно стар, но хитер, сука. Сталинской закалки преступник. Его трудно подсидеть. Но даже если руководство сменилось, это нам не важно. Главное, какие планы у них относительно Дарофеева и его жены? И что с ней будет?
– Если ее отсюда увезли, значит, она нужна. И нужна живой. Остается надеяться только на это. А если она жива, Игорь ее и под землей отыщет. А мы отобьем!
Пришли автобусы. Спецназовцы погрузили в них убитых товарищей, расселись сами, и уехали. Дроздов и Синельников – укатили вслед за ними.
На месте боя остался только что проснувшийся старик-сторож, потрясенный картиной разрушения.
4.
Желтая “волга” с потушенными огнями стояла на обочине Рязанки. Сидевший в ней Нияма терпеливо наблюдал.
Сначала мимо него проехали возвращающиеся в Бронницу пожарные.
Потом вырулил “газик” “раковая шейка” и бодро покатил в сторону Москвы. Почти сразу подъехали ЛАЗовские автобусы, которые быстро вернулись. В окнах виднелись понурые бойцы сецназа. Вскоре после автобусов появились “жигули” с двумя ментами в форме.
Подождав немного, Нияма завел двигатель и поехал к месту боя.
Остановившись в сотне метров от пожарища, бандит вышел. Прокравшись мимо зевающего милиционера, стоящего в оцеплении, Нияма нашел дерево, на котором спрятал видеокамеру. Взобравшись по густорастущим веткам на несколько метров, он наткнулся на скворечник.
Вскрыв его боковую стенку, извлек портативную “восьмерку”.
В машине он проверил кассету. Запись была почти черная. Автоматика подвела, и режим съемки при плохом освещении не включился.
Поиграв кнопками, Нияма установил максимальную яркость. После этого в видоискателе зашевелились фигуры, но разобраться кто что и как делает было трудно. Но бандит знал, что в лаборатории запись “вытянут”, так что получится еще один учебный фильм об успешно проведенной операции.
Развернувшись, но погнал автомобиль в Москву, докладывать и отдавать пленку.
Радостный, он не заметил спрятавшегося за забором милиционера, который видел все его манипуляции.
5.
Приехав в Москву, Синельников первым делом позвонил Дарофееву. У Игоря Сергеевича был включен автоответчик и Николай Николаевич надиктовал на него краткий отчет о провале операции и просьбу о немедленной встрече.
В соседнем кабинете кто-то не выключил радиоприемник и оттуда донеслись удары Курантов: наступило воскресенье. Капитан достал из ящика стола кучу бланков и начал писать рапорт об атаке пустого дома.
В это время Дарофеев был занят не менее важным делом.
Для раскачки, экстрасенс выполнил сначала платное задание: вычислить компромат на депутата Городской Думы.
Депутат немало накуролесил на своем веку, и медитация на него прошла легко. Дарофееву лишь пришлось отобрать наиболее значительные и пикантные детали.
К работе с Рыбаком, Игорь Сергеевич приготовился с максимальной тщательностью. Предельно расширив сферу восприятия, расставив вокруг себя множество астральных ловушек и слоев защиты, биоэнергетик стал вглядываться в компьютерную распечатку портрета старого мафиози.
Сначала ничего не получалось. Потом Пономарь понял, что на Рыбаке блок защиты.
Как и у любого жесткого блока, у него должны были быть уязвимые места. Ухватившись за тепловое излучение тела преступника, Дарофеев осторожно проник под энергетическую оболочку.