Чтение онлайн

Акакий устроился рядом. Интересно, почему это считается, что сидеть дома – самое нудное занятие? Нет, конечно, если сидеть неделями безвылазно, тогда понятно. А вот если иногда лежать на диване, да еще когда рядом пыхтит родной муж с тридцатилетним стажем, да когда можно толкать в рот куски «Графских развалин», пусть даже помятые, это ж совсем другое дело.

– Клава, ну что за ересь ты смотришь, – ворчливо вырвал пульт из рук жены Акакий Игоревич и принялся перепрыгивать с одного канала на другой. – Кстати, я звонил Данилу – его нет на работе. Он тоже куда-то уехал?

– Сто-о-ой! – завизжала Клавдия совершенно поросячьим голосом. – Щелкни обратно!

Акакий послушался.

– Клавочка, это же реалити-шоу «Кто хочет съесть миллионера». Ты давно такие не смотришь, – попытался перескочить на другой канал Акакий Игоревич.

Шоу Клавдия и в самом деле смотрела. Всего двенадцать раз. Передача была не столичного, а краевого телевидения. Скорее всего, создатели насмотрелись на центральные телевизионные забавы и решили – а почему у нас такого еще нет? Конечно, своих игроков режиссеры не закидывали на необитаемые острова, но зато шоу шло в прямом эфире, и никто не успевал вырезать самые закрученные моменты. Суть игры заключалась в том, что двадцать человек помещают в изолированную комнату и морят информационным голодом. Среди двадцати весьма среднестатических молодых людей должен находиться вполне реальный миллионер. Каждую субботу все участники собираются за столом и решают, кто же из них миллионер. Общим собранием выгоняется один участник. Если он обычный игрок, то никому ничего не светит, а если это вдруг окажется настоящий миллионер, то все его миллионы по правилам шоу должны перекочевать в карманы оставшихся счастливчиков.

Акакий миллионера уже давно вычислил, сообщив жене.

– Да вон он, видишь? Тот, который с толстыми губами. У него самые белые зубы, большущих денег, наверное, стоят. Остальным-то не по карману такие.

После этого Клавдия охладела к передаче. Но сейчас, потребовав оставить на экране шоу, она сидела на подушке и нервно толкала супруга в бок.

– Кака, смотри, кто это?

– Кто, кто… Жора. Клавочка, ты мне прямо синяк набила. Клава, это же и правда Жора! – наконец дошло до Акакия Игоревича.

– Значит, у меня не галлюцинация, – еле пошевелила губами потрясенная Клавдия Сидоровна, продолжая толкать мужа. – Кака, а что он там делает?

Акакий Игоревич отсел от жены подальше и закутался пледом.

– А хрен его знает. Может, его выбрали?

– Только ведь шоу уже второй месяц показывают, а я Жору позавчера видела.

На это Акакий Игоревич не нашел, что сказать. И он тоже видел Жору совсем недавно.

– Может, двойник? – со слабой надеждой проговорил он.

– Не-а. Не похоже. Вон, видишь, у него на щеке царапина. Это он неделю назад к нам с собакой приходил, и Тимка тогда его вместе с псом гонял по всей комнате, помнишь? А потом Тимка по Жоре на шкаф взобрался, вот царапина и осталась. Господи, кто ж его в телик-то засунул? – горько запричитала Клавдия Сидоровна. – И ведь ты посмотри, Кака, специально выбрали шоу, где прямая трансляция! Ах ты ж, боже мой!

Акакий Игоревич как-то судорожно всхлипнул и погладил супругу по белому, как простокваша, плечу.

– Да уж… После этого новогоднего убийства у нас какие-то непонятности стали происходить. Мама нашла себе ухажера-младенца, тебя целыми днями дома нет, теперь вот еще Жора в телевизор убежал. Ты вообще-то ведешь расследование или нет? Почему сегодня дома? У тебя что – выходной? – вдруг начал проявлять недовольство Акакий.

– Сегодня не у меня выходной, а у Володи не заводится машина. Чего же я неизвестно куда потащусь на своих двоих?

– А куда нам сегодня надо? – бодро откликнулся супруг.

– В фотосалон, к Зудовой твоей. Она, если хочешь знать, фотохудожницей трудилась. И еще у нее муж есть, между прочим.

Акакий молчком вскочил, нарядился потеплее и направился из дома.

– Я через полчаса машину пригоню, ты будь готова. А то, ишь, лежит она, по телевизору Жорочку смотрит, – ворчал себе под нос Акакий Игоревич.

Этим летом сын Данил помог купить родителям новую «Волгу», и Акакий Игоревич так трясся над светлой красавицей, что ни разу еще за зиму не выводил ее из гаража. Даже в сильные морозы они с женой тащились на автобусе, если появлялась нужда. А вот теперь он решился. И Клавдия не стала упрашивать себя, она была готова уже через пять минут. Через полтора часа со двора до нее донесся родной сигнал, и супруги направились в фотосалон.

Салон находился на правом берегу реки, в доме возле какого-то смердящего завода. Ни отдельного входа, ни богатой вывески заведение не имело, обычная квартира на первом этаже со скромной надписью «Мастерская Зудовой».

– Да, что-то не очень похоже, что эта мастерская пользовалась сногсшибательным успехом, – покачала головой Клавдия Сидоровна.

Акакий молчком воевал с блестящей ручкой – дверь не открывалась.

– Чего бушуете? Не видите – нету никого! – грозно гаркнула пожилая женщина с мусорным ведром.

– А куда они все подевались? – спросила Клавдия Сидоровна.

– Так убили всех. Перестреляли. Говорят, какая-то маньячка за своего мужа мстит. Эх, мне бы эту маньячку встретить! Что за мода такая появилась – за мужиков невинных баб стрелять? А милиция и не чешется. Один только раз приезжали. А нам тут ходи да бойся!

Клавдия Сидоровна набрала в себя побольше воздуха и, резко выдохнув, козырнула:

– Начальник милиции Распузон Клавдия Сидоровна. Прибыла по делу Зудовой Марии… Ага, по ее, значит, делу. – Клавдия совершенно не знала отчества несчастной, потому и запнулась в своем заявлении. – Пройдемте… да вот хоть в машину, там и поговорим. Вы должны помочь следствию.

– Клава, ты ей скажи, чтобы она ведро здесь оставила, а то еще его в салон потащит, – предупредил ее тихонько муж.

Однако женщина не торопилась в машину. Она как раз решила проявить бдительность и, уперев руки в крутые бока, прищурила глаза.

– А документы у вас есть, начальник милиции?

– У нас все есть. Кака, покажи ей свои права и паспорт.

Женщина долго изучала водительское удостоверение Акакия Игоревича, потом паспорт и наконец разочарованно протянула:

– Так здесь же не написано, что вы милицейский начальник.

– Правильно, он просто мой шофер. Женщина! Пока мы с вами здесь будем анкетами интересоваться, преступник может и еще что-нибудь выкинуть. Между прочим, вы соседка потерпевшей, то есть она с вами работала по соседству, одно это уже небезопасно. Если вы не хотите говорить, что ж, мы не заставляем, пожалуйста. – Клавдия Сидоровна оскорбленно повернулась к выходу.

Женщина засуетилась. Ей хотелось мира и безопасности.

– Пойдемте в вашу машину. У вас хоть не «воронок»?

Через пять минут они уже сидели в «Волге», и Вера Аркадьевна, так звали женщину с ведром, охотно рассказывала все, что знала про Зудову. А знала она немало.