Чтение онлайн

Тут тоже действовал принцип из старой, доброй физики, который говорил, что ничего не происходит из неоткуда и не исчезает в никуда. Если ты нашёл подкову, значит кто-то потерял её с копыта. Если ты использовал прану чтобы прыгнуть на два метра вверх в полной броне, то она тоже откуда-то взялась. И если вампиры, которые оказывается в этом мире тоже присутствуют, сосут её из крови своих жертв, продлевая своё богомерзкое существование, то мы, ассоны, запасаем её в духовном хранилище, чтобы использовать в нужный момент. Запасалась она у меня отлично, объём «кладовки» рос, но вот с использованием наличествовали некоторые проблемки. Энергоканалы, отвечающие у меня именно за энергию жизни, обладали весьма скромной пропускной способностью. То есть восстанавливать свою выносливость я ими мог без проблем почти бесконечно, но вот с тем чтобы совершить что-то за пределами человеческих возможностей был затык, единовременно не пролезало столько праны, сколько нужно на некий рывок. Хорошо хоть пропускная способность могла быть натренирована и проблема решалась со временем. Правда тут мы с наставником тоже подозревали привет от эльфийской крови, у ушастых-то долгожительство скорее всего как раз завязано на огромный объём праны, что очень долго поддерживает организм в оптимальном состоянии. Только в чудовищной физической силе и прочем пауэрлифтинге мои родственнички никогда замечены не были. Но как бы там ни было, а каналы я тренировал и в последнее время регулярно косил под варвара из второй Диаблы, делая длинные прыжки, от вида которых Тормод всякий раз бесился. Страшно подумать, что будет, когда я освою умение крутиться юлой с каким-нибудь тяжёлым двуручным дрыном, взламывая вражеский строй, наверно брательник позеленеет, как мастера клинка из третьего варика, практиковавшие похожую фишку.

Но до этого славного момента было ещё далеко, сейчас же я сидел в засаде, поджидая снежного скорпиона. Гринольв может и не был фанатом прям системного университетского образования, но всё же подход к обучению имел обстоятельный. Во-первых он весьма доходчиво разъяснял мне сами основы и принципы волшебства, некую общую концепцию для всей магии. Разобраться в ней, это как разобраться в принципах работы двигателя внутреннего сгорания. Там дальше могут быть разные клапана цилиндров, два или четыре такта, дизельные форсунки или бензин с карбюратором, рядная схема или звезда, мерседес или москвич, но это всё уже частности, основа одна. На неё тут по большому счёту и накручивается всё от волевой магии до ритуальных схем. Вторым же китом образования по ассонски было закрепление теории практикой. Вот я и закреплял.

Мной сейчас поддерживалось заклинание воздушного покрова, которое во-первых грело меня, а во-вторых не давало моему запаху распространяться вокруг, что может насторожить добычу. Получалось у вроде неплохо, но мне мягко говоря было куда расти, со слов наставника некоторые умельцы с его модификацией могут пыльцу снотворного занести прямо в лёгкие часовому на посту так, что тот ничего не почувствует. Вторым заклинанием был отвод глаз, маскировка под заснеженный камень это конечно хорошо, но неидеально, к тому же снежные скорпионы не жалуются на память. Добыча может тупо заметить, что раньше булыжник так высоко не торчал и решить, что это жу-жу-жу неспроста. Однако если первые два приёма были диетическими в плане расхода маны и не особо эффектными, то гвоздём программы сегодня было довольно энергоёмкое заклятие ледяного шипа. Настоящая атакующая магия! К тому же идеально подходящая для нынешних условий, всё таки зимой в метель огненные шары затратней, а в знойной пустыне не очень-то экономно применять ледяную магию, тут уж каждой грядке свой плод. Если конечно речь не идёт о драке с каким-нибудь пустынным ифритом, эти огненные джины как раз огонь всасывают почище, чем алкоты с бодуна пивас, а вот вода и лёд крайне вредны для здоровья этих гениев. В общем экономия не всегда на пользу и о многих исключениях я уже был осведомлён.

А ещё чертовски рад. Поразмышлять наедине с собой конечно тоже приятно, но добыча наконец-то показалась на горизонте, заставив меня мысленно подобраться, сохраняя прежнюю неподвижность. Выслеживал я эту падлу три дня, но с местом для засады не прогадал, скорпион обосновался в глубокой скальной расселине, куда сейчас и двигался, таща волоком молодого кабанчика. Всё таки у этих тварей крайне мощные клешни, да и сами они физической силой не обделены, могут тягать веса в разы превышающие их собственный. Этот правда уже оттаскался.

Дождавшись максимального сближения с целью, тщательно прицелился, высунув кончики пальцев из под плаща и выпустил ледяную сосульку, вонзившуюся в основание скорпионьего хвоста, в результате чего тот повис на лоскуте кожи. Насекомое издало противный, басовитый визг и бросив добычу, ринулось на меня. Двигалась тварь быстро так что десяток метров преодолела меньше, чем за секунду, а мне пришлось очень резко прыгать вверх и назад, чтобы не распрощаться с ногами. Однако клешни скорпиона щёлкнули впустую, а я угостил его ещё одной сосулькой.

Будь всё сделано безупречно, на этом бой бы и закончился. Я целил в главный нервный узел насекомого, расположенный за его глазами, но чуть затянул и животинка умудрилась переместить одну из клешней в защитную позицию. Хватательную конечность скорпиону повредило, но сам он помирать не собирался. Я досадливо цыкнув, приземлился на заранее присмотренный выступ скалы, что была у меня за спиной, только вот для многолапого насекомого вертикальные стены не препятствие. Так что через пару мгновений я снова вынужден был сигать дальше, но в этот раз хоть окончательно выведя одну из клешней из строя.

Правда настырную тварь это не остановило. Я приземлился рядом с дохлым кабанчиком, накаченным ядом, скорпион же спрыгнул с скальной стенки и опять побежал на меня. Маны осталось маловато, так что я достал с пояса топор имитировав им встречный удар, но вместо него таки вогнал в нужное место острый ледяной шип, размером с предплечье взрослого мужчины. Инерция пронесла скорпиона немного вперёд, где он и начал дёргаться в конвульсиях, наконец помирая. Я же сделал дюжину шагов в сторону и достал из под снега копьё со словами:

— Ну хоть до плана «Вэ» дело не дошло и то хлеб.

Впрочем Гринольв мне обязательно устроит головомойку. Надо было действовать чётче, первым ударом сделал бесполезным самое опасное оружие противника, напав со слепой зоны. Вторым ударом убил, когда скорпион повернулся ко мне не только глазами, но и своей уязвимой точкой, а потом подбежал на расстояние, где ему уже не удастся увернуться. Но я тупанул и шип полетел слишком поздно, в результате времени врагу на защиту хватило. Со скорпионом справиться можно и так, что собственно было успешно проделано, но настоящий враг имеет в схожей ситуации все шансы летально наказать меня за ошибку. А жить хочется, на новое же перерождение пока лететь совершенно нет желания.

Пока я предавался самобичеванию, насекомое наконец перестало дёргаться, отправившись в гости к своему насекомьему богу. Потыков в тушу копьём и убедившись, что тварь не притворяется, я вновь взялся за топор и отрубил сначала жало с мешочком яда, а затем обе клешни. В них есть мясо, не без причин считающееся деликатесным, а сам хитин сгодится для работы отца. Может ножи сделает, а может пустит на богатую рукоять какого-нибудь меча. Затем мой топор вскрыл брюхо перевёрнутого насекомого и я извлёк несколько внутренних органов. Хорошо, что сейчас зима и лютый мороз, удалось почти не заляпаться кровью.

Закончив с делами здесь, я вернулся к своим лыжам и котомке, после чего начал спуск с гор вниз, который затянулся до позднего вечера. Впрочем грех жаловаться, вверх я пёр гораздо дольше. Гринольв встретил меня своей обычной улыбкой, прячущейся в усах, внимательным прищуром глаз, своей кружкой чая и словами:

— С возвращением. Ну, рассказывай как всё прошло.

— В целом неплохо, только в одном месте слегка замешкался — ответил я, беря ёмкость в руки и начав поглощать горячий напиток, который мне предложили хлебнуть с мороза, заодно повествуя о своих недавних приключениях.