Половинка
Шрифт:
Когда Елена приблизилась, Ася тотчас представила подруге своих спутников
– Олег Суров.
Елена протянула руку Олегу.
– Лена.
Он осторожно пожал её пальцы, так словно боялся их раздавить.
На смуглом загорелом лице мужчины кусочками льда сверкали серые глаза, левую щёку пересекал длинный шрам. Чёрные брови домиком придавали Олегу грустный вид, кривоватый нос удивительным образом не портил его мужественное лицо.
– А это мой друг и коллега Матей Свободин, – отрекомендовал Олег другого незнакомца Елене.
Она подала руку и Матею.
Тот тоже аккуратно и нежно сжал её ладонь.
Матей одного роста с Олегом, но казался не таким вырубленным из камня, выглядел поизящнее. Густые совершенно белые волосы сильно контрастировали со смуглой кожей, зато сочетались с голубыми глазами. Немного странно рядом с таким цветом волос смотрелись чёрные брови вразлёт и тёмные пушистые ресницы. Чувственные губы и треугольный подбородок довершали образ серцееда.
– Ну раз познакомились, не будем мёрзнуть на улице, – приятным баритоном произнёс Олег. – Дамы, прошу. – Он открыл дверь и, придерживая её, пропустил Асю и Елену вперёд.
Пока усаживались, делали заказ, все немного испытывали неловкость. Но стоило попробовать первое блюдо и выпить по бокалу шампанского, атмосфера за столом потеплела. Матей рассказал несколько смешных историй из их общей с Олегом юности. У него оказался лёгкий, своеобразный юмор, Он незлобно подкалывал серьёзного друга, заставляя его смущаться. Ася и Елена искренне смеялись над шутками Матея. Елена заметила как тепло и нежно Олег смотрит на её подругу, буквально ловит каждое слово, а в его глазах горят огоньки страсти. Суров говорил мало но, словно растение к солнцу, был весь повернут к Асе. Отшутившись, Матей посерьёзнел, коротко расспросил Елену о семье, увлечениях, хобби. Немного поведал о себе и Олеге.
Постепенно за разговором выяснилось, что жена Олега умерла от пневмонии в период коронавируса, у него осталась двадцатидвухлетняя дочь студентка Маша. Он, как и Матей, занимается ремонтом мотоциклов и раритетных машин. У мужчин имелась своя небольшая автомастерская. Матей никогда не был женат и в ближайшее время не собирается. Услышав это, Елена не сдержала усмешки. Это в сорок пять женщину списывают со счетов, а мужчины в этом возрасте считают себя ещё ого-го.
Заметив красноречивое выражение лица Елены, Матей улыбнулся.
– Считаете, что все должны вступать в брак и заводить детей?
– Нет. – Сделав глоток шампанского, Елена продолжила: – Каждому своё. Некоторым одиночество во благо. А тем, кто не желает возиться с детьми, лучше их вовсе не рожать. Меня улыбнуло то, что ты пока не собираешься жениться. Значит, в планах всё же это есть. Интересно во сколько? В пятьдесят? Семьдесят?
– Без разницы. Главное, найти человека, с которым захочется состариться. Как там, у Пушкина: любви все возрасты покорны.
Елена усмехнулась.
– Почему-то все предпочитают забыть продолжение этого стиха. – С лёгкой улыбкой на губах она процитировала полный отрывок из знаменитого произведения[1].
любви все возрасты покорны;
Но юным, девственным сердцам
Её порывы благотворны,
Как бури вешние полям:
В дожде страстей они свежеют,
И обновляются, и зреют —
И жизнь могущая даёт
И пышный цвет и сладкий плод.
Но в возраст поздний и бесплодный,
На повороте наших лет,
Печален страсти мёртвый след:
Так бури осени холодной
В болото обращают луг
И обнажают лес вокруг.
Матей поднял бровь.
– Значит, на повороте наших лет, печален страсти мёртвый след? Но моя умная и начитанная собеседница забыла: во времена Пушкина сорок лет уже считались старостью, а сейчас мужчины в пятьдесят обзаводятся наследниками.
– Не буду спорить, но для ребёнка лучше иметь молодых родителей, чтобы разница между поколениями ощущалась не так остро. Впрочем, дело твоё. Заводи наследников, когда хочешь.
Матей смешно хрюкнул.
– Благодарю за разрешение, но такого желания у меня никогда не возникнет. Предпочитаю остановить на себе продолжение своего рода. И на это есть причина.
Елена не стала спрашивать о причине, полагая, что её не касается.
– А я бы очень хотел ребёнка, – вдруг заявил Олег. – Если Ася решится на это, всячески её поддержу.
Ася закашлялась.
Елена похлопала подругу по спине.
– Я же уже сделал тебе официальное предложение? Дан со мной согласился, – растерялся Олег.
– Но я-то ещё не приняла решение, – хмыкнула Ася. – А ты уже с козырей пошёл. К моему сыну подход отыскал.
Елена улавливала исходящий от Олега целый шквал сильных, будто штормовое море, чувств. В них преобладали любовь и страсть, смешанные с боязнью, страхом и опасением. Этот сильный мужчина панически боялся отказа и едва держал себя в руках. Он побаивался Елену, догадываясь, что Ася прислушивается к её мнению. Олег явно находился на грани срыва.
– Ась, выйдём на минутку, – предложила Елена.
Подруга послушно поднялась.
В туалете ресторана удушающе пахло лавандой. Кажется, уборщица переборщила с освежителем воздуха. У Елены запершило в горле.
– Твой пират тебя очень любит, поэтому хватит его мариновать, а то он слетит с катушек от чрезмерного переживания. Не дай бог ещё инфаркт схлопочет.
Лицо Аси вспыхнуло от радости.
– Никакой ошибки? Правда любит? И почему это он пират?
– Правда. Пожалуйста, больше не используй меня в таких делах. Это нечестно. А пират из-за шрама. – Елена чихнула. – Пошли отсюда. И почему это люди обожают запах лаванды, как по мне так ужасный аромат.