Половинка
Шрифт:
Он поднялся из-за стола, принёс гитару, припрятанную в прихожей. Сделала небольшой проигрыш и чуть хрипловато запел:
Не забудь
Поздравить с днём рождения меня.
И не забудь
Пожелать мне счастья.
И не забудь
Поздравить с днём рождения меня.
И не забудь.
Я буду слишком рада.
Я – вечный Питер, ты – Москва,
Нью-Йорк, Париж и Магадан.
И мы уже не мы. Вперёд –
Нас ждут другие города.
Едва смолк последний аккорд, раскрасневшаяся и довольна Надя захлопала в ладоши. Отец Филиппа крепкий мужчина, похожий на киношного Тараса Бульбу, ухмыльнулся.
– Вот не понимаю я современных песен. Толи дело наши народные всё ясно и понятно.
Сидящая рядом с сестрой молчаливая Катя вдруг как школьница подняла руку.
– Папа, мама, сестрёнка и остальные гости хотите послушать хорошую песню? – А затем почему-то поглядела на Елену. – Крёстная, пожалуйста, разреши я включу запись с конкурса? Можно?
Гости недоумённо переглянулись. Юля удивлённо уставилась на дочь.
– С какого конкурса? И причём здесь Алёна?
Елена догадалась, Кате каким-то образом на глаза попалось видео из караоке-бара. Крестница так умоляюще смотрела на неё, что она не выдержала.
– Если хочешь, включай. Я не возражаю, тайны из этого не делаю.
Катя всплеснула руками.
– Хочу-хочу. Пусть все увидят, какая у меня крёстная. – Девочка бросила короткий сердитый взгляд на Дмитрия, поджав губы, подала флешку отцу. – Папа поставь, пожалуйста.
Филипп вставил в проём флешку.
– Заинтриговала. Надеюсь, тут не стриптиз под весёлую песенку, – пошутил он. – Конечно, кума Алёна дама талантливая, но…
Катя возмутилась:
– Папа включай.
На экране телевизора появилась изображение какого-то бара, Елена, одетая по-простому в белую футболку и джинсы, поднялась на сцену, крутнула рулетку, стрелка остановилась на песне «Сон, где мы вдвоём». Елена провела рукой по слегка растрепанным волосам, было видно, что она слегка подшофе. Её выдавал плывущий взгляд и расширенные зрачки. Выглядела она так, словно словила кураж.
– Интересно. Но тут как бы взгляд со стороны мужчины. Не хотите что-то иное? – задал вопрос ведущий.
– Никакой дискриминации по половому признаку, – возмутилась Елена и покачнулась.
Зал засмеялся.
Полилась мелодия.
Елена подняла глаза на экран – её голос взлетел.
Я меняю роль на роль
А ты меня не видишь.
Согреваю страстью боль,
Ну, стань немного ближе.
Да, я жадная на любовь,
Знаю, что не важно,
Кровь свою отдать готова,
Мне уже не страшно.
Когда ролик закончился, наступила тишина.
Гости переглядывались.
– Ну что? – Катя улыбалась. – Крёстная произвела фурор. Мои подружки ролик смотрели раз сто, не верили, что тетя Лена так умеет петь. А потом на сайте бара-караоке весь конкурс проглядели и тогда поверили мне.
Юля сдвинула брови.
– Ну ты даёшь, кума. Почему скрывала такой талантище? Когда в компании заводили песню и просили тебя поддержать, ты всегда отказывалась. Мол, слоняра уши оттоптал. В чём настоящая причина?
Елена после того выступления в баре, побеседовала с психологом и та пояснила причину внезапного возврата нормального слуха.
– Вы отпустили ситуацию, плюс спиртное расслабило, но главное не боялись опозориться, вам было плевать на мнение окружающих, поэтому психологический зажим исчез.
– Получается, чтобы нормально петь, я должна быть в подпитии, – пошутила она.
Психолог покачала головой.
– Главное, быть независимой, не нуждающейся ни в чьём одобрении. Это легко сказать, но трудно сделать.
Прежде Елену больше всего волновало суждение и точка зрения мужа, но теперь оно для неё ничего не значило. Как-то враз отпустило. Если она ему не нужна, то и он для неё больше не важен.
– Аллё, кума, о чём задумалась. Не желаешь раскрывать свои тайны, – поторопила её с ответом Юля.
Решив объясниться, Елена не стала вдаваться в подробности.
– В детстве на дне рождения матери я запела не ту песню, которую она просила. Едва я произнесла первые строчки, получила в ответ такой испепеляющий, недовольный, сердитый взгляд матери, что у меня перехватило горло. Из упрямства я продолжила своё выступление, но из-за волнения и страха сбилась с ритма и нот. Гости лишь посочувствовали первокласснице, не стали заострять внимания на неудачном выступлении, а вот мама жёстко заявила, чтобы больше никогда не открывала рот и не срамила их. С того времени у меня и начались проблемы со слухом. Чужую фальшь я улавливала, свою не замечала.
Алла усмехнулась.
– Наша ледяная принцесса всего лишь трусишка. На тебя так повлияла мать, что ты на долгие годы скрыла свой голос.
Елена спокойно заметила.
– Думаю, почти у каждого есть фобия. Я ничем не отличаюсь от других людей. Может мне когда-нибудь удастся побороть свою.
Алла засомневалась.
– Это вряд ли. Фобии не так легко испаряются. У меня на душе прямо полегчало: у нашей идеальной домохозяйки есть свои скелеты. А ещё как оказалось, ты не так уж и хороша, раз Дима заменил тебя другой женщиной. Ваш развод как бальзам на сердце.
Юля ахнула.
– Как ты смеешь в моём доме оскорблять мою гостью!
Алла развела руками.
– Я сказала хоть слово лжи? Разве от хороших и любимых жён уходят? Значит, Диме не так-то здорово жилось с Леночкой, как он всех уверял. Я видела его новую избранницу: она полная противоположность Ленке. Во-первых, моложе намного, во-вторых, высокая и рослая, в-третьих, темноглазая брюнетка. Его выбор о многом говорит.
За столом все разом зашумели, пытаясь заставить замолчать Аллу. Перекрывая голоса, громче всех крикнула Надя.