Чтение онлайн

Вымыв дом после её смерти, Елена обошла комнаты, прощаясь с местом, где провела детство и юность. От потери близкого человека, в груди возник вакуум, и он быстро заполнялся болью и тоской. Замкнув дверь, она закрыла окна ставнями. Это простое действие вызвало новый поток слёз. Дом ослеп, его покинула хозяйка, а теперь и Елена уходила отсюда навсегда. Её вещи родители перевезли на квартиру сразу после похорон, а она ещё два дня горевала в одиночку. Окинув подворье взглядом, повесив сумочку на плечо, Елена бодро пошагала в сторону трассы.

Стоя на остановке автобуса, Елена увидела бредущую по обочине девушку с ребёнком на руках. Незнакомка еле передвигала ноги. Её шатало от усталости, а годовалый малыш, вцепившись в плечи матери, заливался слезами.

Елена бросилась навстречу.

– Вам помочь?

Девушка подняла блестящие глаза цвета чернослива, и еле слышно прошептала пересохшими губами:

– Сын хочет пить, а у меня кончилась вода.

Елена взяла мальчика на руки, удивительно, но ребёнок, пошёл к ней без возражения. Сев на лавку в тени остановки, она достала из сумочки маленькую бутылку воды без газа.

– А как его напоить? – растерялась Елена.

Девушка, со стоном облегчения опустилась на шершавые доски рядом с ней, полезла в рюкзак, вытащила поильник.

Вылив воду в поильник, Елена поднесла его ко рту малыша. Тот сразу цепко схватил ручками и стал жадно пить.

– Почему вы шли пешком?

– Кончились деньги. До Чекона нас довёз попутчик, высадил на остановке. Мы просидели на ней больше двух часов, но никто больше не остановился, а водитель рейсового автобуса отказался брать без денег. Вот я и пошла. Мне бы до Воскресенского добраться, у меня там бабушка живёт.

Елена ахнула.

– Ты десять километров прошагала под палящим солнцем!

– Я несколько раз отдыхала в тени деревьев.

– Но всё же это опасно для твоего крохи.

– А что мне делать? – горько вздохнула незнакомка. – Сдохнуть на дороге вместе с Даном?

Елена пригладила мокрые волосёнки на лбу малыша. От него сладко и приятно пахло.

– Через двадцать минут подойдёт автобус на Анапу. Я заплачу за тебя, а потом помогу добраться до твоей бабушки. Давай знакомиться: я Елена.

Девушка подняла на неё усталые глаза.

– Спасибо. Ася, а это мой сын Дан.

Позже, когда девушки познакомились ближе, Лена узнала грустную историю молодой матери с ребенком.

Выяснилось, что в одиннадцатом классе Ася влюбилась в мужчину на пять лет старше себя. Ему легко удалось соблазнить глупую и восторженную девушку. В этой жизни кроме нищеты и вечно пьяной матери ничего хорошего она не видела. Асе любимый казался прекрасным принцем, редким подарком судьбы: красиво ухаживал, дарил цветы, покупал наряды, водил в кафе и рестораны. А когда позвал замуж, она не поверила своему счастью. Расписаться они не могли, Асе только исполнилось семнадцать. Стали жить так. Через год она родила Дана, и сказка закончилась. Принц превратился в чудовище: начал попрекать куском хлеба, орать по пустякам, устраивать скандалы на ровном месте, гадко обзывать, по неделе не приходил домой. Так продолжалось несколько месяцев, а потом просто выставил Асю с малышом на улицу, даже вещи не дал собрать. Хорошо, что в рюкзаке она всегда носила документы и пару лёгких костюмчиков Дана. В станице у Аси никого не осталось, мама к этому времени уже умерла. Тётка в квартиру не пустила, повертела перед её носом дарственной. Оказалось, однокомнатную квартиру мать отписала ей, своей старшей сестре. Обозвав племянницу шлюхой, даже денег на дорогу не дала. Весь день Ася с Даном кочевала на перекладных. Каких-то сто восемьдесят километров, а они никак не могли добраться до нужного места.

Елена с содроганием смотрела на измученную девушку и уставшего ребёнка.

– Потерпите ещё чуть-чуть, Через сорок минут будете у бабушки.

Она помогла Асе с малышом забраться в подошедший автобус. Подхватив с лавочки свою сумку и рюкзак новой знакомой, уселась на сиденье рядом с ними. Выйдя возле хутора Воскресенского, Елена вместе с Асей отыскала дом её бабушки. Оказалось, та никогда не видела родственницу, мать Аси из-за какой-то крупной ссоры сама не навещала мать и дочь не пускала.

– Что если бабушка меня не примет? – переживала Ася.

Малыш от изнеможения и голода тихонько поскуливал.

– Тогда накормим Дана, и поедем назад в дом моей бабушки. Правда в отличие от Воскресенского, который рядом с Анапой, хутор совсем без цивилизации.

Ася дрожащими руками открыла калитку. Постучала в дверь.

Елена разглядывала ухоженное подворье, палисадник с кустами махровых георгин, небольшой дом из белого кирпича, беседку, увитую виноградом.

– Кто там? Заходите, незаперто.

Ася открыла дверь. Сняв обувь в коридорчике, девушки прошли в комнату. В гостиной на диване обложенная подушками полулежала худенькая седая старушка. Комната пропахла смесью запахов дешёвого одеколона и лекарств. При появлении незваных гостей пожилая женщина потянулась за очками, нацепила их на крючковатый нос.

– Новые соцработники? А Маша где? Уволилась?

– Софья Андреевна, бабушка, это я твоя внучка. Мне негде жить, Пустишь к себе? – с порога ошарашила старушку Ася.

Мотнув головой, Дан вдруг заплакал.

– У вас есть молоко: – встрепенулась Елена. – Малыш весь день не ел.

– Полдня, – уточнила Ася. – У меня была бутылка с молоком и печенье.

Разглядывая пришельцев, старушка ткнула в Елену тонким морщинистым пальцем.

– Ты иди на кухню, возьми в холодильнике молоко и подогрей в кастрюльке. А ты, – обратилась она к Асе, – садись ко мне ближе, рассказывай всё по порядку.

Нагрев молоко, вымыв бутылку кипятком, Елена забрала Дана у Аси. Утомлённый малыш, опустошив бутылку, тотчас заснул.

– Положи его в соседней комнате на кровать, – посоветовала Софья Андреевна. – И это … намочи махровое полотенчико и вытри ребёнка, вон он какой потный да красный. – Повернув голову к Асе, нахмурилась. – Чего молчишь? Объясняйся.

Выслушав рассказ гостьи, старушка потребовала показать документы. Внимательно вчитавшись в каждую строчку паспорта Аси и свидетельства о рождении Дана, заявила:

– Значит так: теперь ваш дом здесь, но я хозяйка. Надеюсь, ты не алкашка, как моя младшая дочь и не жадная ведьма, как старшая.