Чтение онлайн

Он как-то странно посмотрел на меня, а потом пробормотал, что просто подумал немного, соотнес одно с другим – мол, раз «кондер» против живой силы противника придуман, то реагировать может на электропроводимость белка, но при этом пташка над ним пролетала, а прибор ее не шлепнул, следовательно, одного белка мало, нужно еще что-то, а у всех солдат обязательно есть оружие или броники с касками, то есть железяки разные, а раз так – консервная банка с содержимым могла бы…

Он говорил, похлопывая себя по карману шорт, а я недоверчиво его разглядывал. При чем вообще «кондер», если облако из капли образовалось? И что значит – «подумал»? Да Резак на мыслительную деятельность в принципе не способен! Скажи наша ходячая энциклопедия «Полигон от А до Я», что нейтрализацию «кондера» ему показали в научно-фантастическом кино, я бы враз поверил, а так…

Улыбаясь в тридцать два с эмалью, Милена шагнула ко мне с распростертыми объятьями:

– Максим, любимый!..

Я улыбнулся ей в ответ.

И тут же схлопотал увесистую оплеуху.

– Край, ты совсем уже охренел?! Тебе что, жить надоело?! Так я тебе – вместо суицида! – сама казнь устрою!

– Египетскую?

– Да хоть турецкую с тайской!

Усевшегося прямо на землю Резака – при каждом удобном случае он усаживался – явно забавляла наша перепалка.

А еще я заметил, что парнишка частенько кладет ладонь на правый карман шорт. Вряд ли это просто невинная странность. Скорее всего, хранит так что-то очень важное для него. И постоянно опасается эту вещь потерять.

Да, я знаю: любопытство – не порок. Именно поэтому я решился на поступок, который истинно верующие считают смертным грехом. Подумаешь, всего-то одним хреновеньким поступком на моем счету станет больше. Душа Максимки Краевого уже настолько испорчена, что большой разницы не будет.

– Слушай, дружище, а давай-ка посмотрим, где мы находимся, – со смартфоном в руке я подошел к Резаку, сел рядом и как бы невзначай коснулся плечом его плеча.

Конечно же он, как всякий порядочный гетеросексуал, тут же отодвинулся.

Но сделал это не так быстро, как я залез к нему в карман и реквизировал оттуда нечто небольшое, размером с одноразовую зажигалку и, судя на ощупь, неправильной формы, с гранями. То ли керамическая штуковина, то ли камешек обычный. Ничего интересного. И потому меня это насторожило. С какой целью молодой человек из клана «Африка» таскает гравий в кармане и беспокоится, чтоб камешек не потерялся?.. И если поначалу я просто хотел выяснить, что же прячет Резак, и сразу вернуть вещь на место, то теперь решил не спешить.

– Сейчас включим GPS, определим наше местоположение… – к моему удивлению, телефон вполне себе работал на прием, пиктограмма связи показывала все четыре полоски, а ведь мы отошли на пару километров от Стены, не меньше, и тут точно никто никогда не ставил ретрансляторов. Медленно, но уверенно начала загружаться карта.

– Телефон работает? – Резак очень заинтересовался моим девайсом. – Странно, на территории Полигона – так в учебном фильме сказали – со всей электроникой большие проблемы.

– Дружище, ты уверен, точно со всей? – я опять придвинулся к Резаку.

Надо ли говорить, что наши плечи вновь соприкоснулись? Наивный парнишка даже не понял, что это просто отвлекающий маневр, а не предложение чистой мужской любви.

– Только самая примитивная техника работает, – он вскочил и сверху вниз гневно уставился на меня: – Слушай ты! Не лезь ко мне! А не то…

– Да без проблем, дружище! Извини, если что не так! – спрятав телефон в карман, а вместе с ним и позаимствованную вещицу, я поднял руки, показывая, что не хочу неприятностей, сдаюсь, больше не буду.

Рефлекторно, поддавшись привычке, Резак хлопнул ладошкой по карману и…

И успокоился.

А чего ему было нервничать, если при втором нашем близком контакте я презентовал ему похожий по размеру и весу камушек, который подобрал с земли? В молодости мне довелось немного пожить в ИТК, где я приобрел некий ценный опыт – век мне воли не видать, – о котором не распространяюсь в приличной компании.

На роже моей сама собой нарисовалась самодовольная улыбка.

И тут я поймал задумчивый взгляд Милены.

Прищурившись, она смотрела на меня так, будто подозревала в чем-то, но не могла доказать мою вину.

Я послал ей воздушный поцелуй.

Она показала мне средний палец.

Я хохотнул. Надо же, кисо обиделось. Она хочет праздника жизни с метанием супниц и тарелок в мужа и обратно?! Так я только за, любая драчка мне в радость, я устал уже терпеть ее наезды, я – мужчина, в конце концов, а не тряпка половая!..

Однако до разборок дело не дошло.

Не до того нам стало.

Справа, рядом совсем, слонопотам протрубил в мегафон-хобот. Арию гигантского мутанта вторым голосом поддержал его ничуть не мелкий сородич, пасшийся у нас в тылу. Заодно он начал приближаться к нам, ломая деревья. К громкой парочке присоединился третий слонопотам, слева. Своим ревом он заглушил первых двух вместе взятых.

Воздух содрогался, и деревья трещали со всех сторон.

Мутанты что, окружили нас?!

Судя по встревоженным лицам моих спутников, им в голову пришла та же мысль.

Они стояли по стойке смирно.

Не дыша.

Не смея смотреть на хозяина, которого спешно, но без суеты переодевали слуги.

Обнажив мускулистое тело, посеченное шрамами, с него аккуратно срезали черный костюм и белую рубашку с галстуком. Все было заляпано кровью. Чужой кровью. На замену принесли точно такие же вещи, будто клонированные, но чистые. Затем настал черед избавиться от безнадежно испорченных туфель – сидя в громадном кожаном кресле, точно на троне, Новак брезгливо морщился, когда их стаскивали, а потом зашнуровывали на нем сменные.

А когда слуги растворились в пространстве, точно тени в полдень, он весомо обронил:

– Здравствуйте. Рад встрече.

И тут же все пришло в движение, люди наконец-то осмелились выдохнуть и вновь вдохнуть, даже стены просторного вестибюля, пропахшего манной кашей и мясной подливкой, казалось, чуть расслабили кирпичную кладку под штукатуркой.

От строя женщин среднего и преклонного возраста – светлый верх, темный низ – отделились толстая коротышка и тощая каланча. «Комики. Сейчас частушки затянут». – Новак снисходительно осмотрел румяный каравай на рушнике и кивком принял поклоны и мольбы чувствовать себя как дома. Разновеликая парочка работала на него с тех пор, как Новак открыл в Вавилоне филиал своей транснациональной корпорации без юридического адреса и уставного фонда. Однако Новак никогда не виделся с дамами лично: все переговоры велись по защищенным от прослушки и взлома каналам.