Покинутые
Шрифт:
потому что я больше смотрел на Кейси, а не следил за игрой.
И когда Мэдок не смотрел тебе в глаза, это означало, что он будет говорить что то серьезное
или неприятное. Поэтому я просто ждал.
Он наклонился за своей стопкой – Она знает, что ты работаешь на ее отца. Джекс, Киаран
Пирс может быть милым парнем, но он опасный человек. Зачем ты это делаешь?
Я закрыл глаза, пытаясь успокоиться.
– Джекс? – я был уверен Мэдок сейчас смотрел на меня. – Фэллон это не нравиться. Мне это не
нравиться. И Джареду это определенно не понравиться.
Я выпрямился, ведь его слова прижали меня к стенке. Конечно, Джареду этого не понять.
Он был
идеальным. Он поступал правильно, даже если делал что то плохое. Он осуждал, преступал
закон, и поступал так, как считал нужным. Для него не существует серого. все было черным или
белым. Без вариантов.
Поэтому я давно понял, ему не следует говорить о некоторых вещах. Он не знал, чем я
занимался по ночам в Чикаго. Он не знал, как я с помощью компьютера взламывал и создавал
нелегальные программы для отца Фэллон, который жил в Бостоне и работал вне закона.
И он не знает, что произошло 6 лет назад в подвале дома нашего отца.
– Джаред видит мир только черно-белым – сказал я, наклоняясь за стопкой. – Не надо ему об
этом говорить.
– Он твой брат, а я твой друг. И мы действуем из лучших побуждений.
У меня вырвался смешок и я покачал головой – Вы считаете что я еще маленький и не могу
сам о себе позаботиться?
Дойдя до стены, я сел на барный стул, не вытаскивая руки из карманов. – Я может и моложе
вас на год, но я больше и сильнее чем вы. Я с 5 лет сам добывал себе пропитание, и тебе лучше не
знать как именно, так что отстань от меня.
Меня начало немного трясти от злости, и мне стало наплевать услышать ли наш разговор
или нет.
Мой брат и Мэдок, как бы они не старались, даже не представляют каким поганым был наш
мир. Какая разница чем я зарабатываю, если эти деньги меня кормят?
Когда им было по 5 лет, им было достаточно открыть холодильник и достать еду и газировку.
Я же в то время рылся в помойке рядом стоящего МакДональдса и пил пиво, потому что воды была
постоянно отключена.
И когда Кэтрин, мама Джареда заботилась обо мне, я старался не быть ей обузой, хотя она
никогда так обо мне не думала. Она старалась баловать меня одеждой и гаджетами, думая что мне это
нравиться, но я также радовал ее, только по своему.
Мэдок сузил глаза, возможно он был в шоке от моего откровения. Он к такому не привык, но
и я не жалел о своих словах. Меня оскорбляло их оспаривание моих решений.
– Джекс – начал Мэдок.
– Не надо – прервал я его – Мне не нужны ни твое сочувствие ни твоя забота, так что отвали. –
Я начал напрягаться – Я хочу чтобы ты заткнулся и думал только о том, какие шорты тебе одеть во
время следующей поездке к Канкун, договорились?
Он отвернулся, но я видел как он разозлился. Он поставил кий на место и остановился передо
мной, прежде чем выйти из комнаты.
– Ты мой брат, хочешь ты этого или нет. Я хочу чтобы ты это знал.
Я смотрел как он ушел, но он был прав. У меня были возможности, шансы и планы. Я не
хотел возвращаться в приюты, в которых провел целый год, и не хотел жить в кошмаре, который был
в доме моего отца.
Именно поэтому я работал на отца Фэллон. Чтобы быть уверенным, что не вернусь к прежней
жизни.
Я потерял Кейси из виду. Она вышла но не ушла, ей лучше не уходить с вечеринки, иначе я
пролезу в окна комнаты Тэйт и верну ее.
Мэдок поднял очень неприятную тему, о которой я не хотел сегодня вспоминать, и сейчас
мне
хотелось просто увидеть красивые глаза и губки Кейси.
Куда она ушла? Свет в ее доме не горел. Поднявшись по лестнице я заметил парочку,
заходивших в комнату Кэтрин, поэтому я закрыл дверь и пошел проверять свою комнату. Ее там
точно не было, но я все еще мог на это надеяться. Пусто. Народ знал, в мою комнату заходить нельзя.
Я слышал как открылась дверь позади меня, я обернулся увидев как она выходит из ванной в
другом конце коридора. Она подняла глаза, увидела меня и замерла.
– Я думал ты ушла – крикнул я.
Она стояла и не двигалась, будто боялась дышать или смотреть мне в глаза. Она почесала
лодыжку пальцами другой ноги, и я сжал кулаки, пытаясь держать себя в руках. Блять, каждое ее
маленькое движение заводило меня и я был рад, что она пока об этом не догадывалась.
Я прочистил горло – Ты уже пьяная? – улыбаясь спросил я.
Она нахмурилась, словно я какой то дурачок – Нет, лишь слегка захмелела.
Она прошла мимо меня, убирая прядь волос за ушко, но я поймал ее за руку – Но ты
счастлива?
Я вытянул руку и вытащил ее волосы, и позволил пальцам пробежаться по ее щеке. О руке
побежали мурашки. Как мне перестать касаться ее? Я хотел схватить ее и руками огладить ее нежную
кожу.
– Да- прошептала она – Мне уже лучше. – И затем она снова заправила волосы за ухо. Я
усмехнулся над ее вызовом. И впервые с нашего знакомства, я понятия не имел, что делать дальше.