Чтение онлайн

Так, сейчас главное – Ивана заткнуть. Достаточно одного говорящего по-русски в этой компании. Подошёл.

– Ваня, ты сейчас откликаешься только на имя Хуан, а ведёшь себя, как немой. Чтобы я от тебя ни одного звука не слышал. Понял?

– А…

– Ваня, ты – немой. Понял? Сейчас говорить только я буду. Иди, забери оружие и разгрузки, выбери, что тебе больше понравится. И - громко - энтиндес? – Иван закивал и побежал выполнять. Поднял и убрал с дороги мотоциклы, покрутил в руках оружие, выбрал Маузер. И правильно.

Долго вспоминал, как по испански сказать «садись в машину» – так и не вспомнил. Поступил проще: освободил Васыля и ему сказал – сидай! Остальные сообразят.

Доехали быстро. Точно, метрах в двадцати от дороги, внизу, довольно приличная заводина с удобным выходом к воде и плавным подъёмом в лес, к дороге. В берег приткнулось корыто Гуннара, во всю длину положен настил, на берег уже спустили кран – современный, в отличие от стоящего там же грузовика. Тонн на двадцать пять. Раздвижная стрела, база – вроде что-то китайское. Их сейчас не различишь – конструкция у всех примерно одинаковая.

Внизу засуетились. Сколько их там? Шестеро, вроде. Двое с автоматами, трое с гладкостволом. У одного только кобура висит. Со мной один Васыль остался, остальные заранее спрыгнули. Поставил машину так, чтобы надпись была хорошо видна, помахал белым платком. Отправил его к своим с напутствием прислать для переговоров старшего.

Встретились мы на середине подъёма. Карабин наверху оставил, стою с одним платочком. Подошёл парень, молодой довольно, лет тридцать с небольшим, белобрысый. Холёный, другого слова не подберёшь.

– Ду ю спик инглиш?

– Это вы аргентинца спрашиваете? – и сую ему в морду своё удостоверение. Как говорит ваш друг Васыль – собачою мовою не розмовляю. На русском говорите? Или предпочитаете украинский? На немецком пойму, но говорю не очень.

– Давайте по-русски – акцент классически прибалтийский.

– Представитесь? Как к вам обращаться?

– Зовите меня Петрас. Про документы мы как-то не додумались. Так в чём дело?

– Вы проникли на территорию Аргентины, более того, собирались украсть нашу собственность.

– Мы никогда не слышали ни про какую Аргентину.

– Теперь слышите. Должен признать, вначале у нас были… некоторые сложности. Народ южный, горячий… Но это время закончилось. Государство оформилось, у руля стали правильные люди, к нам присоединились другие. Канал вновь заработал. И только потому, что мы раньше были малоизвестны, сейчас предлагаем вам просто уйти, без… Без силового воздействия. Ваше место там – за Рио-Гранде.

Петрас стоял… Ошарашенный, мягко говоря.

– Я не могу принять сам такое решение. И вы не слишком самоуверенны? Про силовое воздействие? Про наши Вооруженные Силы вы что-то слышали?

– Господин Петрас, решение о том, что вам надо отсюда уйти, примете или вы, или я. Прямо здесь, и быстро. Только если это сделаю я, уйти вряд ли кому-то удастся. Что же касается вашей армии… Не смешите. Видел я ваших викингов, ещё там, на той Земле. Посмешищем для всей Африки были. Здесь же шансов для вас просто нет. Так что можете забрать своё оружие – я по пятницам несуразно добрый, – садитесь на свой катер и двигайтесь восвояси. Остальное всё остаётся здесь. И времени на всё вам – пятнадцать минут. Вы – внизу и прижаты к воде. А своими пукалками до нас даже не достанете.

– А ведь вы, господин Андрес, я правильно прочитал ваше имя? – наёмник. Мы могли бы договориться.

Уф, ты меня просто выручил, а то уже и не знал, под кого косить! А, понятно, это тебя Африка надоумила...

– Господин Петрас, вы совсем не знаете жизнь. Наёмника нельзя купить. Его можно арендовать. Но только после истечения предыдущего контракта. У нас тоже есть свой кодекс чести, если вы знаете значение этого слова.

К тому же вон то всё – я махнул рукой в сторону локалки – уже (выделил голосом) принадлежит одному очень уважаемому человеку. И поверьте, этот человек вообще не знает слова «гуманизм». А здесь находится его дочь – она приехала лично осмотреть свой актив и очень недовольна происходящим. Так что у вас есть пятнадцать минут, и время пошло. На шестнадцатой – мои люди начнут стрелять.

В это время рация на плече ожила и голосом Сандры произнесла какую-то фразу. Договаривались мы об этом заранее. Блин, надо было хоть какую-то фразу на итальянском выучить. Ладно, есть универсальное:

– Донна белль амаре, кредере кантаре. Дамми иль моменто.

– О чем вы говорили?

– Сеньорита Сандра сказала: «Я его сейчас пристрелю, если не хочет договариваться». Я попросил дать мне ещё немного времени.

Собрались они быстро. Но когда вышли на реку, я всё-таки выстрелил. В двигатель. Так что, даже если пришлют катер, всё равно дня три минимум у нас есть. Пока отбуксируют, пока поменяют движок… А если полезут по короткому пути ножками – есть шесть гранат на растяжки. Пыл сразу пропадёт.

Ну что же, пока наш блеф прокатил – играем дальше...

Глава 18. Написанному – верить!

Написанному верить

Сел, выдохнул… Налил. И закурил потом. – Не, с минами проще.

Сижу с трубочкой, отхожу от стресса… А вся команда стоит и ждёт решения. Вроде как оно у меня по определению быть должно. А в голове пусто-пусто. Только показывать нельзя. Командир должен в глазах подчинённых выглядеть мудрым! Ладно, не знаешь что делать – делай необходимое.

– Так, народ. Водить все умеют? Тогда – Сандра, выбирай, на чём поедешь.

– Это, конечно. – Подошла к кабине крана, похлопала по двери по-приятельски.

– Ты – кран?

– Это называется «кран»? По-итальянски – «гру»… Почему ты удивился? Я тебе говорила: это моя работа – продавать таких машин: эскаватори, гру, карикатори...

– Да, менеджером по продажам. В том костюмчике. – Сандра засмеялась.

– Нет, я надевала униформа – синий штаны такой, – показала руками, как комбинезон. – Для меня делали. Я продавать больших машин на выставках. Димострате. Маленькая женщина и большие машины. Люди покупать – нравится. Они думают – это лёгкая работа. И покупают.