Чтение онлайн

— Ты к ней несправедлива. Она меня любит.

Перл была намного ниже Шелдона, но сейчас она с легкостью подняла руку и отвесила сыну звонкую оплеуху.

— Как ты смеешь бить меня, мам? — Шелдон еще пытался защищаться. — Как ты смогла ударить меня?

Перл только рассмеялась:

— Я твоя мать. Ну а теперь нужно решать твои проблемы. Избавься от няньки, не признавай ребенка своим. Тогда, возможно, мы выиграем время, которое используем для того, чтобы победить в суде в деле Си-Джея. Ну а потом мы ей, наверное, заплатим.

Шелдон обиженно потер щеку:

— Нет, мама, я собираюсь действовать по-другому. У меня появился еще один шанс начать новую жизнь, создать новую семью. Этот ребенок мой.

— Чушь собачья, Шелдон. То же самое ты говорил и о Джесс, когда развелся с Кей. Таких девушек, как София, полно на каждом углу. Стоит только немного выждать, и хватай любую из них, какая приглянется. А теперь позови ее сюда, и я разберусь с ней самостоятельно, без тебя.

— Я этого не сделаю, мам.

— Сделаешь. Кстати, Джессика собирается улетать из Лос-Анджелеса. Значит, самое время тебе вернуться в Штаты и подать заявление в суд с просьбой оформить опекунство над Си-Джеем. Поэтому перед судом нужно предстать идеальным человеком. Не стоит терять сына из-за этой дешевки и вымогательницы. — Перл выдержала паузу и добавила, внимательно взглянув на Шелдона: — Ну конечно, все это только в том случае, если ты не жалеешь, что вообще сбежал из дома, прихватив с собой ребенка.

— Конечно, не жалею, — пробормотал Шелдон. Однако при этом он не смог посмотреть матери в глаза, а скромно стоял рядом, потупив взор и мысленно проклиная себя за слабость.

Кембридж, Англия

— Ну вот мы и приехали. Вы уже дома. — Барри повернул голову к пассажирке. Джесс неподвижно сидела рядом, бессмысленно уставившись вперед. После того как они покинули аэропорт, она почти не разговаривала.

— Это не мой дом, — вздохнула Джессика. — Это дом моей матери. В моем доме сейчас живут совершенно не знакомые мне люди. Они там готовят еду, смеются и спят на моей кровати. Они даже играют с моей собакой, черт бы ее побрал. А это… это то место, где мне нужно пожить некоторое время. Не более того.

Джесс говорила и двигалась машинально. С каждой минутой она расстраивалась все сильнее. Джессика перебирала фотографии Си-Джея, которые прихватила с собой. И хотя понимала, что это однообразное действие ничем ей не поможет, она ничего не могла с собой поделать.

Барри пытался уговорить ее поесть и выспаться во время ночного полета, но безуспешно. Она ничего не хотела слушать. Когда Джесс садилась в самолет, она чуть не сошла с ума от горя. Только фотографии любимого мальчика немного успокоили ее.

Прошло уже почти три месяца, как она не видела собственного сына. Теперь Джесс боялась, что забудет, как он выглядит. Находясь в Лос-Анджелесе, женщина считала, что хоть как-то действует и что-то предпринимает, чтобы вернуть ребенка. Но все попытки оказались тщетными. Джесс поняла, что все эти дни она просто напрасно тратила время. Она ничего не добилась, а только разозлила Перл и настроила ее на серьезную борьбу.

На пороге их встречала Сара.

— Джесс, дорогая, я рада снова видеть тебя! Я так без тебя скучала, милая моя!

— Я тоже рада видеть тебя, мам. — Голос Джесс прозвучал равнодушно. — Но я очень устала и хочу сейчас же отправиться в кровать.

Проигнорировав раскрытые объятия матери, Джесс прошествовала мимо. Позади уныло плелся Барри с чемоданом.

— Хорошо, но только сначала я приготовлю тебе кофе. Тебе с дороги нужно выпить чего-нибудь горяченького. — Сара понимала ее состояние, поэтому не обиделась. — Полет прошел хорошо?

— Не совсем.

— А как у вас идут дела? Есть какие-нибудь новости? Джесс повернулась к матери. Плечи у нее опустились, голова поникла:

— Нет. Прости, но мне очень не хотелось возвращаться сюда. Мне кажется, что я должна была оставаться там. Теперь мне нужно хорошенько все обдумать. Меня почему-то не покидает мысль, что я предала Си-Джея, оставив его совершенно одного.

— Ничего подобного! Как ты можешь говорить такое?! Ну, пойдем в дом, ты мне расскажешь все по порядку. — Сара повернулась к Барри. Он выглядел растерянным, словно не знал, как ему лучше поступить. — И вы заходите тоже, Барри. Я верю в то, что вас моей дочери послало само небо. Я, конечно, понимаю, что вы тоже здорово вымотались во время полета, но все же хочу пригласить вас к нам. Выпейте хотя бы чашечку кофе, прежде чем отправитесь домой.

— Спасибо, с большим удовольствием.

— А где вы живете?

— В небольшой деревушке. Она называется Оукфилд. Вы не слышали о такой? Она расположена рядом с шоссе, так что на работу мне добираться довольно просто. Правда, в самой деревне всегда очень уж тихо. Иногда мне кажется, что там уже давно вымерло все живое. Правда, места у нас очень красивые.

Домик с террасой оказался маленьким, но достаточно уютным. Две комнаты на первом этаже и две на втором. Однако с годами к нему пристроили еще комнатки. Сейчас они служили ванной и кухней. На заднем дворике Сара выставляла керамические горшки с растениями и маленькие садовые стульчики.

Это строение служило для Джесс домом с момента ее рождения и до того времени, когда она познакомилась с Шелдоном и вышла за него замуж. Джесс раньше никогда не задумывалась о размерах дома, но теперь он казался ей на удивление крошечным. Она даже начала испытывать легкий дискомфорт, чем-то похожий на приступы клаустрофобии.

И то, что Барри был мужчиной высоким, крупным и представительным, в маленькой прихожей стало особенно заметно. Халстон совершенно не гармонировал с изящной обстановкой небольшой гостиной. Да и сама Джесс ощущала себя в доме матери крайне неуютно. Ей казалось, что он связан исключительно с ее прошлым. Она никак не хотела представлять его в своем будущем.

— Присаживайтесь, Барри. Вы стоите, и от этого мне почему-то кажется, что в доме царит беспорядок. Тут для каждого предмета и человека есть свое место. Займите его и больше никуда не перемещайтесь, пока будете гостить у нас.

Джесс пыталась шутить, чтобы скрыть смущение. Она сейчас ненавидела себя. Оглядевшись по сторонам, она отметила крайнюю убогость этого жилища. Да, комнаты тут небольшие, отсутствовала богатая обстановка. Но больше всего Джесс раздражал старый и никому не нужный хлам, который все эти годы непонятно зачем хранила ее мать.