Чтение онлайн

Внутренние тарифы на топливо и, в частности, цены на бензин составляли в советское время доли процента от мировых. Сейчас — приближаются к мировым (не путать с европейскими, существенно более высокими за счет внутренних налогов), в частности — к американским, то есть к ценам в стране, являющейся импортером нефти.

Отмена в России экспортных пошлин на нефть и соответствующее приближение внутренних цен на нефть к мировым было, как известно, одним из требований МВФ (и шире — Запада) к нам. И такое требование Запада вполне соответствует его экономическим интересам.

Во-первых, если суметь распространить порядок ведения дел, принятый в России (отсутствие госмонополии на продажу сырья за рубеж и экспортных пошлин), и на другие страны, экспортирующие нефть, мировые цены на это сырье неизбежно значительно упадут. А это, в свою очередь, существенно снизит энергетическую, сырьевую и транспортную составляющие в издержках производства в странах, являющихся импортерами нефти, прежде всего, в странах Запада.

И, во-вторых, отмена экспортных пошлин на нефть в России неизбежно ведет к повышению в России внутренних цен на нефть и нефтепродукты, что неизбежно делает нашу любую продукцию менее конкурентоспособной, причем как на внешних рынках, так и на нашем же внутреннем.

Не исключено, что если бы отмена экспортных пошлин и снижение акцизов на сырье была только в интересах Запада, но в корне противоречила бы интересам самых сильных внутри нашей страны, то этого бы и не происходило. Но реальность такова, что формально либерализация экспорта энергоресурсов осуществляется под давлением Запада, а фактически — исходя и из собственных интересов наших частных экспортеров нефти. И понятно: кроме экспортных пошлин и акцизов иного эффективного механизма изъятия природной ренты — сверхприбылей, получаемых нефтяными компаниями за счет продажи российской нефти за рубеж — у нас нет.

А что же остальная экономика? Здесь вопрос не просто в снижении конкурентоспособности. Ведь если практически мировые цены на нефть, дизельное топливо, бензин и горюче-смазочные материалы закладываются в цену любого нашего товара, любой услуги, то эти товары и услуги становятся вообще неконкурентоспособными — вследствие того, что и расходование топлива в силу климатических условий у нас чрезвычайно велико, и транспортная составляющая весьма существенна.

Значит, ничего здесь не производить? И вообще здесь не жить?

А где производить и жить? Не отдельным, самым шустрым, а всем нам? Или что — кто-то предлагает вместо этой земли другую? С лучшими географическими и климатическими условиями?

Чтобы понять всю не только абсурдность, но и корыстную суетность вульгарно-либеральной логики (мол, пусть в условиях мировых цен на энергоресурсы в России выживет только то, что действительно экономически жизнеспособно по объективным условиям), надо лишь последовательно довести ее до конца.

Конечно, не только в мире реальном, но даже и в выдуманном нашими самыми «либеральными» экономистами и политиками никто никакой новой замечательной земли ни одному народу не предложит. А если бы предложили? Как вы, читатель, думаете — наши «либералы» согласились бы? И посоветовали бы нынешним «хозяевам России» сняться с насиженного места и вместе со всем народом двинуться куда-нибудь в Юго-Восточную Азию — туда, где все нами произведенное станет (во всяком случае, по объективным условиям) конкурентоспособным?

Рискну предположить, что они предварительно сами посоветуются с нашими «трудоголиками»-олигархами и затем — от их имени — зададут один невинный дополнительный вопрос: «А природные ресурсы там будут все те же, что и в России? И в том же объеме?» И если получат в ответ что-нибудь типа: «Нет. Да и зачем вам эти природные ресурсы? У вас ведь теперь есть другое — самое необходимое для развития: выгодные климатические и географические условия...», — как вы думаете, какое решение примут?

Здесь я уже не предполагаю, а уверен абсолютно — откажутся переезжать под любым предлогом. Почему? Да потому, что наличие в нашей стране колоссальных (особенно по сравнению с численностью населения) объемов природных ресурсов — нефти, газа, угля, руд металлов и т.п. — это ведь и есть с экономической точки зрения компенсация за минусы в климате и транспортные издержки (значительную территориальную протяженность).

Но, может быть, тогда нашим олигархам и обслуживающим их экономистам и политикам должно быть все равно? Какая разница, если одно компенсирует другое?

Нет, не все равно. Не все равно потому, что хороший климат и отсутствие лишних транспортных издержек — это то, что стало бы плюсом для всей экономики и дня всех граждан. Это то, что невозможно приватизировать и на чем не удастся паразитировать. Нашу же компенсацию, которую по экономической логике тоже категорически недопустимо было приватизировать, тем не менее, присвоила ограниченная группа частных лиц, которая затем, естественно, отделила эту компенсацию от всей остальной экономики.

Таким образом, с точки зрения возможностей интенсивного экономического развития и выхода на конкурентоспособный уровень на мировых рынках нашу ситуацию уместно описать так: негативная часть условий экономической деятельности (природно-климатический фактор) распределена по всей экономике и висит на ней тяжелым грузом; позитивная же составляющая, способная компенсировать объективные минусы нашего положения, присвоена узкой группой и на всю экономику не работает. То есть экономическая компенсация за неблагоприятные климатические условия и чрезвычайную территориальную протяженность, данная нам природой и многовековой историей борьбы за существование нашего народа, нами утрачена. И именно это, а не сами по себе неблагоприятные объективные условия, обрекает нашу экономику на неконкурентоспособность.

Итак, мы обречены. Навсегда? Может быть, и не навсегда. Но уж совершенно точно — до тех пор, пока не будет восстановлена здравая логика приоритета общенациональных экономических интересов над любыми частными. И, соответственно, до тех пор, пока наше общество, желающее выжить, а не скатиться буквально в никуда, не научится заставлять свою власть проводить активную энергетическую и транспортную политику, нацеленную не на максимальную прибыльность самих по себе энергетического и транспортного секторов экономики, а на эффективность и конкурентоспособность всей экономики.