Чтение онлайн

Таким образом, чтобы политика «открытых дверей» при решении задачи создания условий для модернизации своего производства могла привести к желаемому результату, эти двери должны быть не открытыми нараспашку или, тем более, напрочь выломанными, а очень хорошо регулируемыми твердой рукой — открываемыми лишь для того, что соответствует интересам развития своего производства. Применительно к данному случаю — для ввоза производственного капитала, оборудования и технологий, но не для готовой продукции, произведенной за рубежом. И плюс — жесткий контроль за собственниками и деятельностью стратегически важных, инфраструктурных и высокотехнологических предприятий.

Но самое интересное: как подсказывает неидеологизированный здравый смысл и свидетельствует известный зарубежный опыт, эти два подхода вовсе не противоречат один другому, а, напротив — наиболее эффективны тогда, когда взаимодополняют друг друга. Это примерно то же, что противопоставлять одну ногу другой. Можно спорить о том, на какой ноге лучше прыгать, но ведь идти или бежать, используя обе ноги, значительно легче и быстрее.

Например, какую политику проводит в этой части наш сосед Польша? Для стимулирования модернизации и развития собственной экономики в этой стране был применен ряд либеральных рецептов. В частности, были широко открыты двери для иностранного капитала, зарубежных технологий и предприятий. Кроме того, введены конкурсные «общественные» закупки, единый установленный специальным законом порядок которых распространяется не только на закупки продукции для госнужд, но и на закупки, осуществляемые органами местного самоуправления и даже предприятиями и организациями с госучастием. Причем в конкурсах на поставки могут принимать участие не только свои польские производители, но и зарубежные. Одновременно были введены и разумные заградительные меры — импортные пошлины и налоги на ввоз зарубежной готовой продукции. В вышеупомянутых конкурсах на поставки продукции для государственных/общественных нужд зарубежные поставщики хотя и вправе принимать участие, но только после уплаты всех таможенных пошлин и налогов. И сверх того, произведенное на территории Польши имеет в конкурсе установленную законом двадцатипроцентную фору по цене. То есть, при прочих равных условиях, польская продукция стоимостью, например, сто двадцать тысяч злотых за единицу, побеждает зарубежную, стоящую после уплаты всех пошлин и налогов всего лишь сто тысяч за единицу...

Польша — страна немаленькая: население — тридцать миллионов человек. При разумной экономической политике — это рынок перспективный. Значит, хочешь на него проникнуть — ввози свое оборудование и строй свои заводы, производи продукцию в Польше.

Результат такой политики известен: со второй половины девяностых годов прилавки российских, и прежде всего московских магазинов оказались просто завалены разнообразной продукцией самых именитых европейских и американских фирм, но произведенной не в странах, где расположены головные офисы компаний, и не у нас в России, а в Польше. Более того, и популярные чешско-германские «Шкоды», собранные в Польше, и чисто немецкие «Мерседесы», собранные опять же в Польше, и многое-многое другое экспортируется из Польши уже и в Западную Европу.

Конечно, такой подход не может быть распространен на производство продукции оборонного или иного стратегического назначения, так же как и вообще на производство продукции, находящейся на самых передовых рубежах современной техники и технологии — здесь никакого либерализма в мировой торговле, передаче технологий и перемещении капитала нет и в помине. Но применительно к производству основной массы серийной промышленной продукции и особенно продукции широкого потребления, опыт Польши по разумному сочетанию либеральных и госпатерналистских методов развития своей экономики — весьма актуален.

Третья задача: создание условий для опережающего развития тех или иных перспективных отраслей, как их иногда называют, «локомотивов экономики». Это задача, наверное — самая спорная с точки зрения либерального подхода, противопоставляемого подходу госпатерналистскому. «Какие могут быть „локомотивы“, главное — чтобы государство не вмешивалось, а рынок — сам все отрегулирует», — примерно такую позицию в публичных дискуссиях отстаивают некоторые наши политики и государственные деятели. Но при этом интересно, что если предложить им привести в пример хотя бы одно интенсивно развивающееся государство, в котором был бы фактически реализован подобный подход — вряд ли они найдут. В тех же США государственные ассигнования на перспективные научные и технологические разработки, осуществляемые через военные заказы, составляют десятки миллиардов долларов ежегодно. И плюс — жесткие ограничения на экспорт ключевых технологий, определяющих передовые позиции американской экономики в современном мире.

Не моя задача здесь определять, какие отрасли нашей экономики являются перспективными и могут стать «локомотивами» развития, а какие — нет. На то и существует наука и институты публичной дискуссии о путях и направлениях развития, чтобы в их рамках это рассматривать. Хотя, конечно, очевидно, что если не прозябать, а жить и дать жить детям и внукам, то перспективны не продажа за рубеж непереработанного сырья и полуфабрикатов, а, как минимум, его глубокая переработка, а также развитие, прежде всего, наукоемких отраслей и инфраструктуры экономики.

Но важно и другое: если уж какие-то направления определены как приоритетные и/или жизненноважные, то уж здесь-то механизмы и защиты отечественного производителя, и привлечения капитала, и стимулирования спроса, а также необходимые финансовые средства — все должно находиться вовремя и направляться по назначению. Но именно этого-то у нас и не происходит.

Так, сколько копий было сломано вокруг лизинга отечественной авиационной техники, без которой на наших необъятных просторах жизнь буквально замирает. И что же? До настоящего времени не только не выделяются сравнительно небольшие средства на лизинг современной авиатехники (небольшие — даже по сравнению с масштабами просто прямо разворовываемого: например, в одном только «Кредобанке» при его «неожиданном» банкротстве пропало около трехсот миллионов долларов государственных средств, которых хватило бы на закупку, например, восьми современных самолетов ИЛ-86Т), но нет даже надлежащей таможенной защиты своего производителя. Более того, после всех красивых разговоров о развитии нашего авиационного производства, тем не менее, даже контролируемый государством «Аэрофлот — международные авиалинии» вновь и вновь подписывает контракты на закупки зарубежных самолетов...

Другой показательный пример — наше автомобилестроение. Здесь, казалось бы, ситуация лучше. На протяжении длительного времени действовали весьма приличные заградительные барьеры, а теперь еще и принята специальная программа развития отрасли, предусматривающая усиление защиты своего производителя на определенный период времени с тем, чтобы вывести отечественный автопром на новый уровень. Хорошо?

Казалось бы, хорошо. Но возникает несколько вопросов, в том числе тех самых, которые мы сформулировали выше.

Итак, вопрос первый. Действительно ли автомобилестроение у нас — это именно та отрасль, которая насущно нуждается сейчас и на ближайшую перспективу в дополнительной защите? На самом ли деле, при условии полного порядка в производстве, сбыте и бухгалтерии, у основных автопроизводителей не хватит доходов на инвестиции в развитие?

То, что производство и «Жигулей», и «Волг», и «Газелей» сейчас весьма и весьма рентабельно — это известно.