Чтение онлайн

— Проклятье! — Найл уселся рядом, и схватился за голову. Ему стало ясно, что в одиночку, с помощью только двух женщин, вырубить зародыш Богини из морского дна он не сможет до конца жизни.

В тот день они наслаждались удивительным ужином: персики, груши, виноград, яблоки, слива. К флотилии Назии вернулся посылавшийся в город за пополнением припасов корабль. Теперь он заступил на дежурство где-то на поверхности, а два других пошли в город на отдых и за свежими продуктами.

Впрочем, в полной мере наслаждалась только Скользкий Плавник. Все без исключения виды лакомств она видела впервые в жизни. Впервые в жизни видела еду самых разных цветов, вкуса. Ее язык первый раз ощутил вкус сладкого.

Дикарка брала в руки персик, долго рассматривала его желтоватую кожу с розовым бочком, гладила нежный пушек, растущий на поверхности, нюхала, лизала языком. Потом подтягивала губы, выставляя напоказ безупречно белые зубы, и запускала их в брызгающую соком плоть. Откусывала кусок, и замирала, прислушиваясь к тому, как во рту растекаются сладкие струйки. Потом пару раз двигала челюстью и снова прислушивалась к незнакомым ощущениям — и на лице появлялось глупо-умильное выражение предельного восторга.

Прикончив персик, она потянулась к груше, долго рассматривала коричневую, с крапинками, кожицу, потом осторожно подковырнула ногтем. Обнажившаяся белая мякоть глубоко изумила женщину. Она извлекла свой костяной нож, аккуратно счистила с фрукта всю шкурку, сложив ее кучкой на коже сброшенного вниз свертка, подумала, и быстрым движением переправила в рот. Результат понравился — и она с той же жадностью слопала грушу целиком.

Дольше всего Скользкий Плавник жевала палочку — но в конце концов проглотила и ее. Опасливо оглянулась на Найла и потянулась за кистью винограда.

Посланник Богини, медленно пережевывая подсунутые Нефтис яблоки думал, естественно, совсем о другом, и вкуса угощения не замечал.

— Нужно передать Назии, чтобы скинула двух гребцов, мой господин, — посоветовала телохранительница. — Пусть даст каждому по крепкому долоту, привяжет камень на шею, и в воду. У нас есть две маски. Мы их тут встретим, сразу оденем, и поставим долбить камень. — Утонут, — кратко ответил правитель.

— Пусть десять гребцов сбросит, — небрежно пожала плечами воспитанница смертоносцев. — Хоть кто-нибудь, да уцелеет.

— Все погибнут, — покачал головой Найл. — Хоть сто скинь, хоть тысячу. Ты думаешь, если бы можно было так просто спуститься вниз, я бы пошел пешком через все море? Здесь слишком большое давление. Мы его не замечаем потому, что погружались медленно. Привыкли. На самом деле оно огромно. Способно завязывать в узел железные корабли и сплющивать бронзовые гвозди. Или наоборот. Вот насчет долота ты хорошо придумала. Тут не песок выкапывать нужно, а колодец выдалбливать, по диаметру Семени. К тому же, двумя гребцами тут не обойтись. Нужно не два, а два десятка работников. Но здесь ни нанять, ни купить некого…

— А в Холодных горах?

— В Холодных горах? — вскинул голову правитель. Потом вдруг схватил женщину за плечи, привлек к себе и несколько раз крепко поцеловал. — Умница! Точно, Холодные горы! Туземцы уже и к давлению привыкли, и маски у них есть, и платить найдем чем. Про золото они, конечно, не слышали, но уж всяких орехов мы им наберем без счета. А еще лучше, какую-нибудь курагу или изюм покажем. На них они точно согласятся, пусть только попробуют! И Назия от застарелых корабельных запасов заодно избавится! Решено, идем. А морячка пока пусть судно за инструментом отправляет. Нам нужно два десятка прочных бронзовых долот, и столько же тяжелых кувалд.

— Зачем так много, мой господин? С двумя десятками кувалд тут будет не развернуться.

— Сломают половину, Нефтис, — покачал головой правитель. — Что потом, ждать, пока корабль опять туда-сюда плавает? Эх, не удается тебе в будущее смотреть, никак не удается!

Довольный собой Посланник Богини откинулся на спину и громко окликнул дикарку:

— Эй, Скользкий Плавник, угости хозяина фруктами! А то уже половину в одиночку стрескала…

В обратный путь тронулись поутру, проснувшись, и позавтракав. Удаляясь от наполненного воздухом шатра, дикарка каждые несколько шагов оглядывалась на свой дом во владениях мертвых, и ее не могли успокоить даже клятвенные уверения Найла в том, что они очень скоро сюда вернутся. Но постепенно светлое облако над прибежищем Семени уходило назад, растворялось во мраке, становилось все бледнее и бледнее, пока не исчезло окончательно. Мир становился таким, каким Скользкий Плавник видела его с детства: черным и холодным.

К тому же, столь вкусных и нежных свежих фруктов сверху больше не падало. Отправленные в город корабли еще не вернулись, и пока что Назия сбрасывала путникам только копченую рыбу, мясо и свежую воду.

Копченое рассыпчатое мясо дикарке тоже понравилось — но все же в нем узнавалась частица ее, морского мира. А персики и виноград принадлежали иному миру — миру мертвых, миру сказок и небытия. Или, как сказали бы далекие предки: «это было райское угощение».

Снова под ноги ложилась пустынная каменистая равнина, снова они спали в масках, лежа прямо на земле, снова переход тянулся за переходом. Правда, теперь люди знали, куда они идут, зачем, как далеко — и оттого дорога казалась хоть немного, но легче.

Путь до Холодных гор занял девять дней. Девять дней по камням, по холоду и без глотка воздуха и возможности просушить лицо. А потому Найл думал только об одном: об отдыхе.

Узнав на ментальном уровне спускающиеся к равнине крутые отроги, он сосредоточился и вскоре заметил алые точки разумов. Около полутора десятков. Мало — но помимо рабочих рук там должна была быть мягкая постель и свет. Все то, по чему успели истосковаться путники за время долгого пути. Посланник Богини решительно повернул туда, не собираясь останавливаться на ночлег до тех пор, пока не войдет в пещеру.

По счастью, внешний склон горной гряды в этом месте оказался слоистым, и походил на множество грубо сработанных ступенек. Каждая имела высоту в полтора роста — но ловкая дикарка, не имеющая на себе тяжелой кирасы, легко всплывала на такую высоту, просто посильнее оттолкнувшись от камня и пару раз взмахнув руками. Потом она ложилась, опускала ладонь и помогала забраться своим спутникам.

Перед матовым светлым прямоугольником они немного постояли, переводя дух, а потом Посланник Богини решительно поднырнул под пленку и выпрямился внутри, сдернув маску и строго спросив: