Чтение онлайн

Максим беспомощно взглянул на меня — похоже, отказать Свете он не мог. А ведь когда-то Катя говорила, что у них союз по расчету. По-моему, тут любовь в чистом виде.

— Опасно это, — я попытался урезонить рыжую девицу.

— Вам же ничего не стало, — заявила Света.

Ответных аргументов я не нашел.

Начался наш поход замечательно: дошли без происшествий, тележку в одном из дворов я обнаружил почти сразу же, загрузили ее быстро. Рюкзаки тоже заполняли недолго. Пожалуй, управились даже раньше, чем вчера мы с Максимом.

Только Света никак не унималась:

— Максимушка, давай еще семена поищем, ведь не нашли почти ничего! Пожалуйста!

— Пойдем мы, — неожиданно сказала Катя. — А вы догоняйте.

Я покатил груженую тележку.

Катенька шагов через тридцать обернулась и крикнула:

— Давайте побыстрее!

— Ладно, — ответил Максим.

Увы, это слово оказалось последним. В отличие от нас, Максим и Света не вернулись ни вечером, ни следующим утром. Мы с Васильевичем нашли их тела рядом с дамбой. Думаю, им не хватило двух-трех минут.

Света сжимала в руке пакет с семенами, которые она все-таки нашла. Рядом с Максимом лежала лопата. Этой лопатой мы и выкопали могилу, в которой похоронили наших друзей.

Там, где Света копалась на грядках, а Максим делал гранаты, они нашли последнее пристанище. И лежат они вдвоем — соединившиеся по расчету и полюбившие друг друга.

Не сказать, что я на весь белый свет обозлился, но заело меня основательно. Слишком обидным показалось, что Максим и Света погибли, не добившись результата. Ведь даже принесенной одежды на всех не хватило.

На следующее утро я взял тележку и отправился по уже знакомому маршруту.

— Сереженька, ты куда? — бросилась наперерез Катя.

— По делам, — я не стал ничего объяснять. — А ты со мной не ходи!

Катенька, пораженная моей решительностью, сделала шаг назад и ушла с дороги. Больше мне никто не препятствовал.

В деревне я просто зашел в крайний дом, загрузил тележку вещами, которые, на мой взгляд, могли нам пригодиться, и тут же отправился обратно.

— Сережа, ходить за город опасно, — Танечка попыталась отговорить меня от следующего похода.

— Не опаснее, чем на остров плавать, — отрезал я.

На третий день начали поступать заказы.

— Сережа, принеси, пожалуйста, зеркало, — попросила Зоя.

Николаевич наказал поискать запасные втулки к тележкам, Васильевич велел привезти побольше соли, потому что на острове «карась попер».

Катенька ничего не просила, только во сне обнимала меня крепко-крепко, словно боялась, что я от нее убегу.

Я обнаружил еще одну тележку, и в нашем поселении из пяти шалашей появилось постоянное транспортное средство.

Я сновал, как челнок.

Народ копал грядки лопатами, привезенными мной, и сеял пшеницу, которую я нашел в деревне. Соль, сахар, крупы, одежда, постельное белье — я тащил все подряд. Тележек нашлось аж четыре штуки. Инструмент я уже не брал, потому что мы планировали позже раскопать подвал нашего дома. А там еще изрядный запас оставался.

Многие вещи в бесхозных домах испортили мыши. Всего год прошел, а эти маленькие сволочи и продукты погрызли, и гнезда свили везде, куда добрались.

Я ходил и размышлял по дороге. Понятно, что людей и животных убило излучение, наверно, со спутника. Мыши и крысы выжили, потому что были в подземных норах. Значит, и нам, в случае опасности, можно под землей прятаться.

А вот откуда птицы взялись? Ясно, что прилетели, но откуда? Выходит, что смертоносным излучением воздействовали не сразу на большую площадь — обрабатывали участки ограниченного размера. Там-то и выжили птицы, а потом прилетели сюда.

Почему тогда сюда не пришли другие животные — например, кошки и собаки. Уж для кошек здесь настоящий рай — мыши стаями бегают. Может, есть какие-то барьеры, которые только по земле идут, а птицы через них перелетают. Или невидимые преграды возникают лишь иногда, например раз в месяц. А если они двигаются?

Так и на меня поохотиться могут, или на Васильевича с Николаевичем, ведь они каждый день на остров плавают, чтобы морды проверить и дров запасти.

— Огурчика бы солененького, — мечтательно проговорила Танечка.

— Ты что, беременная? — спросил Васильевич.

— Нет. Просто хочется. Сережа, там ведь, наверно, погреба есть. Привезешь баночку?

Погреба в деревне есть: рядом с каждым домом земляной холмик, а в нем дверь. Это сарайчики над погребами для тепла землей завалены.

Банка соленых огурцов, которую я вытащил из подземного хранилища, выглядела вполне прилично: полиэтиленовая крышка сидела прочно, рассол оставался прозрачным.

— Му-у-у! — раздалось совсем рядом.

Откуда здесь корова? А кто его знает! Только здоровенная животина стоит совсем рядом и смотрит на меня. И не корова это, а бык. Башка белая, туловище рыжее с большими белыми пятнами, а рога вниз загибаются.

Я всегда думал, что у коров рога вверх торчат, а у этого бугая они вниз смотрят. Как же тогда он бодается?

Тут мне стало не до бычьих рогов, потому что я заметил в небе черную точку, которая быстро приближалась, увеличиваясь в размерах. Я заскочил обратно в земляной сарайчик, кубарем скатился в погреб, успев захлопнуть за собой крышку, и свернулся калачиком на дне глубокой ямы.

Скрывался в погребе я недолго, а когда вылез, бык лежал и не дышал. Кажется, я вовремя спрятался, а то бы прихлопнули и меня. Я даже оцепенел на какое-то время. Зато потом, подгоняемый страхом, начал двигаться очень быстро.