Побочный эффект
Шрифт:
– Нам повезло, что здесь вас знают, баронесса! – улыбнулся Артем. – Иначе нас так просто не отпустили бы.
– Цените это, мэор Темалл, – с долей кокетства ответила та. – А я только возвращаю долг за спасение. Но способна и на большее.
Это было уже незавуалированное предложение, и Артем даже опешил. Эта гордая и самодовольная дамочка за словом в карман не лезет.
«Откуда такая страсть? – опять спросил себя Артем. – Шок от пережитого? Непохоже. Это не Земля, здесь женщины привыкли к крови и не отворачиваются, когда рубят головы. Им томные переживания не знакомы. Во всяком случае, смутить такую молодку крайне сложно. Значит, просто потянуло к мужику? Муж погиб, сердечный друг на попечении знахаря, а природа требует свое! Но она не похожа на похотливую самку. Не настолько! Так в чем дело-то?»
Артем ловил на себе внимательный и насмешливый взгляд зеленых глаз и не находил ответа. Это ему не нравилось. Работа приучила искать причину в любом событии, даже самом незначительном. А баронессу Этур назвать «незначительной» язык не повернется.
Город – от «огороженный», то есть обнесенное оградой поселение. Оградой могло служить что угодно, от частокола из жердин до каменных стен. Синонимы города – бург, град, сите. И так далее. Слова разные, смысл один.
На Асалентае город называли датхаам – защищенное место. А чаще – датар. Что так и переводилось – город.
Стоявший у реки город носил название Белеяр. По имени местного хозяина некоего Белеяра, основавшего поселение в прежние времена.
Здесь, в доминингах, переняли традицию империи вести счет годам. Но так как единой точки отсчета не было, в каждом владении считали по-разному. И только королевствах – одинаково. Недавно к ним присоединился граф Мивус. Так что теперь здесь считали, что идет сто сорок четвертый год от появления Лота Аверу – Искры Неба. Кометы то бишь.
Так вот незабвенный мэор Белеяр жил сто лет назад, следовательно городу…
– Уже сто зим как срубили! Валы насыпали, засеку поставили и ров отрыли! А до того поселенное место тут было. Но как его называли, никто не помнит. Зато теперь гулять и пить будем. Сам хозяин граф Мивус обещал приехать и одарить жителей. Ведь это второй после Мерога город. Тут уж точно полтысячи народа живет. А сколько приезжает?!
Владелец харчевни, низкорослый тучный мужик лет сорока, с длинными усами и седыми волосами, вздохнул, вспомнив что-то свое, поставил на стол кувшин с вином и поднос с мясом.
– Так что, если мэоры… и мэонда пожелают, у нас найдется, где заночевать.
– Граф Мивус едет сюда?
– Так говорят, мэонда. Торговцы, что два октана назад приезжали, сказали, будто им сам граф обещал.
– Благодарю, нэрд. Лови. Иди.
Хозяин харчевни поймал брошенный серебряный овал, покрутил в руке, отвесил легкий поклон и отошел от стола.
– Если граф…
– Тихо, баронесса. – Артем огляделся по сторонам, отметил двух небедно одетых мужчин в углу помещения и длинные ножи на их поясах. – Не думаю, что в нынешних обстоятельствах граф прибудет сюда. Сто лет – это дата, но на границе стоит дружина Хорнора, а кочевники разоряют поселения. Так что, если Мивус не решит дать бой неподалеку отсюда, он вряд ли приедет. И нам не стоит здесь задерживаться. Вы можете продолжать путь?
Баронесса одарила Артема долгим взглядом и легонько улыбнулась.
– Геро устал. Ему нужен хотя бы небольшой отдых. Да и мне, честно говоря.
– Если вы так хотите увидеть графа, стоит поспешить. Мальчик выспится в повозке. Подумайте.
– Но скоро вечер. Может, заночуем здесь, а утром выедем?
Артем пожал плечами. Ему хотелось как можно скорее сбагрить баронессу и взять курс на полночь. С другой стороны, присутствие мэонды Этур обеспечивает легенду и снимает необходимость доказывать, что поисковики не враги. Что лучше?
– Сделаем так, – решил он. – Вы с сыном и служанкой займете комнаты, а мы проедемся по городу, пополним запасы.
– Вы нас бросаете, мэор Темалл?
– Оставляем на попечение хозяина харчевни. Он хвастал, что может разместить благородных людей, вот пусть и размещает. Мы скоро приедем.
И опять Артема окатил волнующий взгляд, способный растопить даже камень. А не ради ли горячей ночки хочет остаться баронесса? Ведь лучшего места не найти. Ох уж эти проблемы с неудовлетворенными женщинами!
А парни скалят зубы и делают вид, что ничего не замечают.
– Мы проводим вас, мэонда.
В Белеяре сидел наместник графа мэор Лас-Кошаг. Под его рукой было два десятка стражников и два помощника, ведавших сбором налогов и контролем торговли. Этого скудного управленческого штата хватало и на город и на окрестные поселения.
Сам город не имел настоящей крепостной стены, но был обнесен тыном в полтора человеческих роста. Из города вели два выхода – двустворчатые ворота, висевшие на больших металлических петлях, которые подпирали бревнами в случае осады.
Белеяр не годился для долгой обороны, но и осаждать его было некому. Потому и двух десятков стражников хватало для поддержания порядка, и тын мог задержать налетевшую шайку.
Город уже перерос свою ограду, самые смелые и предприимчивые строили дома за рекой и рвом. Почти вплотную к городу примыкала пристань – деревянный настил. Сюда заходили гребные ладьи, сплавные плоты и долбленки. Ладьи шли из империи, плоты и долбленки были местными.
И хотя речной путь изобиловал трудностями и опасностями, какая-никакая торговля здорово повышала статус города и помогала ему развиваться быстрее даже, чем столица графства.
Поисковики разбились на пары и прошли город вдоль и поперек. Благо на это ушло мало времени. Повстречали стражников, почтительно взиравших на всадников, для тех любой конный – дворянин и господин. Стража набиралась из молодых мужчин лет до двадцати пяти. Вооружение – небольшие дубинки, ножи, рогатины. Но рогатины в городе не носили. Зато таскали кнуты.
Потом заехали на торг. Его недавно вынесли за тын, ибо на площади он уже не вмещался. Торг – полтора десятка навесов и настилов, где продавали мясо, овощи, зерно, кое-какую утварь. Поисковики приценились к мясу и фуражу.