Победители
Шрифт:
Поднявшись на несколько пролетов вверх, Даксель вывел их в такой же пустынный и темный коридор. Дойдя почти до конца, он остановился перед дверью, из-под которой пробивались лучики света, и отстучал по ней некий сложный ритм. Ответа не последовало, и он решительно толкнул дверь вперед. Оттуда пахнуло теплом.
Перед ними открылась большая комната, тесно заставленная темной старинной мебелью. Среди этого антиквариата весьма дико смотрелась железная печурка с трубой, выведенной в форточку. В печурке горел огонь, а перед ней сидела в высоком кресле, кутаясь в шаль, колоритная пожилая леди в длинном черном платье с кружевной оторочкой.
– Ах, Дилер, мой мальчик! Как хорошо, что ты пришел!
– поднялась она им навстречу.
– Но какой сегодня ужасный день, какой трагический день!
Пожилая леди достала из складок шали большой клетчатый платок и приложила его к глазам, уже и так красным и припухшим.
– Тетушка Мурри, перестаньте рыдать и займитесь делом!
– строго произнес Даксель, прикладываясь к ее руке.
– Во-первых, Териа жива! Во-вторых, ей нужна ваша помощь!
– Жива?!
– пожилая леди резко выпрямилась.
– Эта информация надежная?!
– Более чем надежная!
– вышел вперед Эргемар, снимая шапку.
– Жертвами покушения стали наши двойники. Териа осталась невредимой, но сейчас находится в больнице...
– В седьмой на Фанстонской?!
– быстро спросила леди.
– Да.
– Ох, не доберетесь вы туда!
– пожилая леди грустно покачала головой.
– Там сейчас все оцеплено солдатами. Толпа родственников стоит у входа, но никого не пускают и не выпускают. Даже свидания разрешают только в присутствии военных.
– Мы попробуем, - твердо сказал Даксель.
– Есть у меня один способ, как вывести ее оттуда.
– Только ей нужна новая одежда!
– вспомнил Эргемар.
– Наверное, все, кроме белья...
– Кроме того, новая одежда и, возможно, новые личины нужны нам!
– добавил Даксель.
– Такие, чтобы можно было сейчас ходить по городу, не вызывая интереса у патрулей.
– У вас нет документов?
– поинтересовалась леди, садясь обратно в кресло.
– Есть, но такие, что лучше их не показывать. Мы все, наверняка, находимся в списке.
– Это непросто, - задумчиво покачала головой леди.
– Вам надо обязательно идти всем вместе, втроем?
– Боюсь, что да, - Даксель покосился на Гилдейна, пока делающего вид, что его тут нет.
– Я понимаю, что по одиночке замаскировать нас было бы проще.
– Да уж! Ты, Дилер, сошел бы за возвращающегося домой рабочего, лорду, - махнула она рукой в сторону Гилдейна, - мы подобрали бы подходящую спутницу, а вы, молодой человек... Богема, конечно же, богема! Будем делать из вас музыкантов!
– Музыкантам нужны инструменты, хоть один, - заметил Даксель без особого энтузиазма.
– Увы, тащить с собой рояль или хотя бы клавесин мне будет трудновато.
– Могу повесить барабан на шею, - не удержался Эргемар от шутки.
Возможно, она была не очень смешной и не слишком уместной, но все, включая Гилдейна и пожилую леди, рассмеялись. Наверное, им была нужна эта разрядка.
– Если у вас найдется, я бы мог взять саксофон, - неожиданно предложил Гилдейн.
– Меня, знаете ли, когда-то учили на нем играть.
– Вот и прекрасно!
– молодым, свежим голосом воскликнула леди и трижды громко хлопнула в ладоши.
Очевидно, это было сигналом, потому что на ее зов из смежной комнаты выбежали три девушки. Две темненькие, похожие друг на друга - очевидно, сестры и пухленькая светловолосая милашка.
– Девочки мои милые, соколята мои верные!
– обратилась к ним леди.
– Требуется наша помощь!...
Выслушав распоряжения, сестрички убежали, а блондинка занялась Гилдейном, из которого надо было сделать "настоящую богему". Заставив его снять пиджак и усадив на табуретку, она увлеченно занялась его прической. Прежде чем лорд успел опомниться, его шевелюра оказалась выкрашенной во все оттенки рыжего и золотого так, что его натуральный цвет стал тоже казаться краской, и покрыта лаком, образуя живописный беспорядок.
– Да как вы посмели?!...
– аж задохнулся от возмущение Гилдейн, увидев свое изображение в зеркале.
– Что вы из меня сделали?!
– Вымоете один раз голову, и вся эта красота смоется без остатка, - отрезала пожилая леди.
– Дайте-то взглянуть на вас... Рубашка пусть остается, а пиджак и брюки снимайте!... Не беспокойтесь, ничего с ними не случится, ваш костюм еще завтра в "Поединке" сыграет, если спектакль не отменят...
Повинуясь, Гилдейн покорно отправился за ширму переодеваться, вернувшись оттуда в узких штанах, заправленных в высокие остроносые ботфорты с пряжками и бахромой и стильный пиджак из темно-коричневого крупного вельвета. Его образ дополнило длинное кожаное пальто и бело-коричневый шарф, обмотанный вокруг шеи.
К тому времени переоблачились и Эргемар с Дакселем. На представителя Межкома надели лохматый черный парик, толстенный пушистый свитер и мелко-пятнистый меховой жилет, а Драйден обзавелся черной банданой со стилизованными изображениями черепов и такой же черной короткой курткой с многочисленными металлическими заклепками, набойками и пряжками.
– Что же мне придумать для...
– Нашей подопечной, - быстро вставил Даксель.
– Да, для нее... Конечно, идеальным вариантом была бы тоже артистка или певица, но...
– Никаких "но"!
– решительно произнес Даксель.
– В конце концов, сейчас зима, так что одеться совсем неприлично просто физически невозможно!
Однако пожилая леди все-таки не решилась на такую вольность. Эргемар получил в руки вместительный саквояж, в котором под концертный костюм, обшитый блестками, была сложена обычная женская одежда, подходящая по сезону и отвечающая всем приличиям. Единственное, что должно было нарушить образ примерной студентки или супруги одного из музыкантов, это дамская сумочка, выполненная в традиционном заморском стиле с узорами и аппликациями. Внутрь нее, как понял Эргемар, были положены всякие полезные мелочи.