Победитель
Шрифт:
Пока обнаруживший их противник не помешает.
А дальше все зависит от слаженной работы экипажей и опыта капитанов. Такая это будет война. Все вместе, но и каждый сам по себе. Впрочем, любая война такова. В Древности в окопах тоже были все вместе и каждый сам по себе.
Смерть-то у любого человека своя… Хотя о смерти не будем! О смерти – после победоносного окончания битвы!
Две минуты пять секунд… четыре… три…
Скоро узнаем, как дела и у фрагербритцев с новобагдадцами. Выполнили ли они свою задачу, оттянув на себя часть мерканского флота и облегчив нашу участь?
Потом таймер отсчитал до нуля, и пульт системы связи взбесился. ИскИн ее получал, обрабатывал и отправлял информацию сразу по десяткам каналов.
Никакой кап-три Добровольский со всеми своими подчиненными тут бы никогда не справились.
Впрочем, ИскИны врага, надо полагать, точно так же сейчас спасают мозги мерканских офицеров связи.
– Засечены многочисленные каналы информационного обмена противника, – подтвердил Колесов.
Ну, что ж… Теперь диспозиция противостоящих сторон известна – и нам, и противнику.
И он наверняка отметил оживленный информационный обмен между росскими кораблями.
Приднепровский обернулся к Осетру:
– Ваше императорское величество, пора предпринять то, о чем мы договорились ранее. Сейчас как раз самое подходящее время.
Осетр усмехнулся про себя: его опять собирались сослать с поля боя.
Но ничего у вас, господин контр-адмирал, снова не выйдет!
– Простите, Иван Петрович, я намерен наблюдать за ходом боя с мостика «Победоносца»! Главнокомандующий должен быть вместе со своим войском. – Он повысил голос. – И не сметь мне перечить!
Приднепровский несколько секунд изучал лицо императора. Потом чуть заметно пожал плечами:
– Слушаюсь, господин главнокомандующий!
Он свою задачу выполнил, а дальше хоть трава не расти.
Лада Василькова переводила недоуменный взгляд с императора на адмирала, но никто ей ничего объяснять не собирался.
– А теперь выстраиваемся в запланированный боевой порядок – и вперед! – сказал Приднепровский. – Главная наша цель – ближайшая орбитальная крепость.
Вскоре росские корабли организовали в пространстве сферу диаметром в пятнадцать тысяч километров, в центре которой оказались истребителеносец и десантные баржи, и ринулись в атаку.
Понеслись команды и доклады.
На видеопластах то и дело сменялись картинки.
Только на главном все еще висела бело-голубая планета.
– Офицер связи! Выведите меня на общий канал связи.
Кап-три тут же приволок Приднепровскому гарнитуру с микрофоном и наушником.
– Всем слушать меня! Тут первый! Начинаем согласно полученного вами плана. Вперед!
Глава пятьдесят вторая
Бело-голубой шар Нью-Вашингтона торчал на главном корабельном видеопласте недолго.
Со всех сторон посыпались доклады и отзывы:
– СРЦ завершила выбор начальных целей!
– Добро!
– Система обеспечения безопасности на нужном уровне.
– Добро!
– Энергетика – сто процентов максимальной мощности!
– Добро!
– Противник пошел на сближение, капитан!
После этого планета исчезла с главного видеопласта, сменившись изображением сектора, где неотвратимо должно было разыграться сражение.
А потом чуть в стороне вспыхнул видеокуб, в котором можно было наблюдать диспозицию в трех измерениях. Изумрудными звездочками изображались росские корабли, к этому моменту уже образовавшие сферу; красными – боевые единицы флота сайентологов. Возле изумрудных плавали голубые триконки с позывными. От «Беркут-1» до «Беркут-33». Возле красных – просто цифры.
Такие же видекубы были вывешены сейчас ИскИнами в центральных рубках всех кораблей эскадры.
Красные звездочки явно выстраивались в клин наподобие журавлиного.
То ли попросту не успели выполнить требуемый их учебными наставлениями маневр, то ли клин и был главным боевым порядком, разработанным мерканскими тактиками.
Впрочем, клин был не совсем клином. Истребителеносцы находились чуть сзади, под защитой «крыльев» этой гигантской птицы. Своего рода две лапы…
В ИскИновской реконструкции это выглядело красиво: красный наконечник стрелы, готовый вонзиться в зеленый воздушный шарик…
Ну нет шарику ни малейшего спасения – вот-вот лопнет, только брызнут в стороны изумрудного цвета ошметки…
И тут наконечник окутался целым роем мошек.
Ага, вот и истребителеносцы начали выполнять свою задачу.
– Что это? – спросила шепотом Лада Василькова.
– Атака вражеских истребителей, – также шепотом ответил Осетр.
Конечно, мерканцам и самим понятно, что множество истребителей погибнет. Но действиями своими эти верткие машины всяко отвлекут на себя немалые силы. Да и росские СРЦ неплохо перегрузят. А может, и повредят несколько кораблей противника. Как говорится, где наша не пропадала!..
В лоб истребители атаковать не стали, потянулись всем скопом левее, как раз к тому сектору сферы, где находился «Святой Георгий-Победоносец».
Ржавый болт им в котловины, неужели мерканцам известно, где именно находится росский император.
Да нет, случайность, конечно.
Приднепровский недовольно оглянулся на Осетра.
Будто хотел сказать: «Ну вот, я же вас предупреждал, ваше императорское величество, трам-тарарам и трам-тарарам!»
Хороший вояка, дьявол тебя побери! Кабы не перегружал себя заботами о безопасности императора!
Осетр улыбнулся ему, и адмирал отвернулся, снова принялся следить за разворачивающимся сражением.
Истребители приближались, и мерканский командующий, наверное, уже потирал руки в предвкушении урона, который они сумеют нанести россам.
– «Улитку» к бою! – скомандовал каперанг Свистунов капитану третьего ранга Боровикову, главному артиллеристу корабля. – Цель – сектор пятнадцать-двадцать четыре! Диаметр пятна наведения – две тысячи километров!
Вот и еще новый термин у флотских появился! Как в свое время «риманова готовность»…