Победитель

– Последние донесения, присланные нашей агентурой, Вершитель! – доложил Кен Милтон, едва преодолев порог кабинета и поздоровавшись.

Унылая физиономия Капитана не обещала главе Великого Мерканского Ордена ничего хорошего.

Бедросо с огромным трудом не выпустил на собственное лицо кривую ухмылку. И подумал вдруг, что такая мина способна ввести руководителя Офиса Добрых Дел в изрядный ступор.

Милтон с легкостью бы понял высочайшее раздражение. В крайнем случае – определенное недовольство, грозящее через пару реплик обернуться все тем же раздражением. Но кривая ухмылка…

С какой вдруг стати? Вершителю стало известно нечто такое, о чем мерканские секретные службы даже не догадываются? Или у правителя попросту появились некоторые проблемы с психикой?

Тим Бедросо вновь подавил желание ухмыльнуться.

Не дождетесь, Ксену вас побери со всеми вашими потрохами!..

– Слушаю, Капитан!

– Наши агенты докладывают, что договор о дружбе и взаимной помощи между россами и фрагербритцами будет подписан в самое ближайшее время. Не совсем ясно, каким образом велась предварительная подготовка к его заключению, но для средств массовой информации уже готовится официальное объявление, что император росский намерен обручиться с принцессой фрагербритской Розалиндой.

– Ясно. – Бедросо сумел-таки сохранить непроницаемую физиономию.

Информация оказалась – хуже не придумаешь!.. После того, как на Новом Эр-Риаде сменился правитель и был юридически оформлен союз между Росской империей и Новобагдадским халифатом, баланс военных сил в противостоянии россов и мерканцев круто изменился не в пользу Ордена. Договор же Нового Санкт-Петербурга с Вайсбургом и вовсе загоняет Великий Мерканский Орден на край пропасти, откуда деваться становится некуда.

Чуть-чуть радовало только одно: в последние месяцы на мертвый якорь встали активно ведущиеся прежде фрагербритско-бразильянские переговоры.

Видимо, католикам чрезвычайно не понравились активные танцы Отто Тринадцатого вокруг Остромира Первого…

– Какие меры противодействия нами предпринимаются? И что уже сделано? Если память мне не изменяет, вы докладывали, что к фрагербритцам летала наша старая знакомая. Занималась, так сказать, сватовством братца…

– Совершенно правильно, Вершитель! Завербованные нами противники росско-фрагербритского сближения уже тогда попытались поссорить Остромира с Отто Тринадцатым, организовав на Вайсбурге похищение принцессы Ольги, но планам их не было суждено осуществиться. Не удалось даже установить, что именно там произошло, но кто-то им помешал, и свахе удалось вырваться… Виновные уже наказаны, – быстро добавил Милтон, заметив, что на лицо правителя все-таки набежало недовольство. – Однако главная беда вот в чем… Орденская активная резидентура после предпринятого нашими сторонниками похищения немедленно подверглась со стороны фрагербритских спецслужб капитальному разгрому. К сожалению, потеряно много очень полезных людей. В результате нам пришлось раньше запланированного «разбудить» законсервированных агентов. Однако их возможности пока крайне ограничены, и потребуется определенное время, чтобы они оказались способны проводить активные подрывные действия.

– А времени-то у нас как раз и нет, – сказал Вершитель. – Что нового по другим направлениям?

Милтон поморщился:

– Новое есть. Только радости от него мало… Агентура с Бомбея сообщает, что в Бенгальской федерации возникла политическая партия, выступающая за немедленное присоединение к уже создаваемому тройственному союзу мусульман, православных и протестантов. Если, в случае силового конфликта, бенгалы выступят на стороне Остромира, ситуация сделается откровенно угрожающей. Объединенные людские ресурсы противника составят двести тридцать пять миллиардов человек и превысят население Ордена почти в восемь раз. Эти народы, увы, крайне плодовиты… И в этом случае, даже если нам вдруг удастся объединиться с Бразильянской конфедерацией, шансы на благополучный исход противостояния сделаются крайне малыми.

Руководитель Офиса Добрых Дел, как всегда, выбрал наиболее мягкую словесную формулировку. Сам бы Вершитель выразился иначе…

Случись война – а она рано или поздно обязательно начнется, – Орден непременно отправится в смертельные объятия Ксену!

Именно так!

– На какую-либо помощь от Синской империи надеяться совершенно бессмысленно, – продолжал Милтон. – Шэньян, как и во все времена, будет на своей собственной стороне и примется выжидать, рассчитывая позднее присоединиться к побеждающей стороне.

Тим Бедросо потер лысину.

Насчет синцев Милтон был совершенно прав: этот народ никогда не стремился воевать. В любых проблемных ситуациях синцы использовали тактику змеи – медленно и осторожно подползали к врагу и наносили в нужное мгновение смертельный ядовитый укус…

Этот народ не изменила даже кровь ниппонских самураев, влившаяся в жилы синцев на заре галактической юности!

Едва ли не впервые Вершитель пожалел, что не начал войну против бастарда сразу, как только провалилась операция с Великим князем Владимиром.

Понятно, разумеется, что исход прямого столкновения тогда был совершенно не однозначен. Но, по крайней мере, сейчас бы не требовалось ломать голову, как преодолеть грозящую гибелью ситуацию.

Либо сама ситуация оказалась бы абсолютно иной, либо попросту нечего стало бы ломать. Нет головы – нет и проблем, прости меня великодушно, святой Рон!

Но раз и первое и второе пока у нас имеется, надо искать решение. Выход ведь всегда есть!..

Ясно одно: шантажировать бастарда судьбой родственников бесполезно. Щенок возмужал, мышление у него, судя по всему, сделалось государственным. Правда, щенячество порой еще проявляется, иначе бы он не мотался время от времени по Галактике, пытаясь сделаться затычкой в каждой бочке.

Такая вроде бы имеется у россов пословица, весьма подходящая к недавнему поведению бастарда…

Как будто и нет у него многочисленных подданных, которым по службе положено заниматься тем, что он пытался совершить самостоятельно!

Однако и в этом отношении бастард меняется.

Самолично он к Отто Тринадцатому уже не полетел, послав на Вайсбург сестренку.

А ведь наверняка ему очень хотелось познакомиться с принцессами в домашней, так сказать, обстановке.

Ничто столь хорошо не раскрывает характер женщины, как нахождение ее в привычном быту. Лишь бы у мужчины оказался острый глаз и соответствующий жизненный опыт. А жизненный опыт у щенка определенно появился. Иначе бы он попросту не смог перетянуть Ольгу на свою сторону.