Победитель
Шрифт:
А вот этот упрек был высказан уже в адрес Кена Милтона – именно он настоял на том, чтобы послать к Вайсбургу корабли с ИскИнами, изготовленными на основе биологических объектов, способными, в отличие от кристаллических, в определенной степени на интуицию и догадку.
Слишком большие надежды возлагались на этот рейд! Однако, судя по финалу, интуиция ИскИнам ни в коей степени не помогла…
Нет, молодец, конечно, этот МакАртур! В неудаче при атаке Вайсбурга все кругом виноваты, кроме флотских. А где же должное умение и надлежащий опыт капитанов кораблей?
– Но еще большая беда состоит в том, – продолжал флаг-адмирал, – что один из линкоров, «Дуайт Эйзенхауэр», был в результате захвачен россами. По крайней мере, так утверждал росский император на похоронах великого князя Владимира и позже на пресс-конференции, которую он устроил в обоснование предстоящего ультиматума.
Дядюшка Тим, разумеется, знал об этом выступлении ублюдка.
Тем не менее Милтон позволил себе реплику:
– Эта информация, господа, кроме речей росского императора и представленных на пресс-конференции записей, которые вполне могут оказаться липовыми, агентурно не подтверждена. К сожалению, у нас теперь не осталось на Новом Кронштадте ни одного своего агента. Росское министерство имперской безопасности в последнее время просто лютует…
Флаг-адмирал на его реплику никак не отреагировал.
– Пару дней назад командованием флота была предпринята очередная попытка устранить Остромира. На сей раз два наших фрегата попытались атаковать корабль, на котором, по агентурным данным, должен был находиться росский император. – МакАртур только сейчас глянул на Милтона. – Судя по всему, и эта попытка провалилась. Ни один из фрегатов на связь больше не вышел и на базу не вернулся. Что там произошло, мы опять-таки не знаем.
В кабинете повисла гнетущая тишина.
Присутствующие переваривали неожиданную новость.
– Ну а здесь-то кто вам виноват, МакАртур? – сказал Милтон. – Уж эту-то, чисто военную операцию вы проводили исключительно сами, без вмешательства Офиса Добрых Дел! А результат – ничем не лучше!
Вершитель постучал стилом по столу:
– Попрошу пока без комментариев!
Однако во взгляде, брошенном им на Капитана, определенно присутствовали признаки благосклонности.
Милтон слишком хорошо знал своего правителя и слегка приободрился.
Мы еще посмотрим, мистер МакАртур, на кого тут падёт высочайшая кара!
– У вас имеются предположения, флаг-адмирал, что именно случилось с этими нашими фрегатами?
МакАртур снова развел руками:
– Поскольку они не вышли на связь и не вернулись на базу, вывод может быть только один и, к сожалению, совершенно неутешительный. Мы думаем, корабли погибли, Вершитель.
– Но каким образом они погибли? Не может ли быть иного варианта? Как с «Дуайтом Эйзенхайэром»…
– Либо их уничтожили россы, либо, при повреждениях в процессе боя, приводящих к потере хода, произошла самоликвидация. Я не верю, что капитаны фрегатов сдались в плен.
Бедросо побарабанил пальцами по столу.
– Это похвально, что вы верите своим людям, флаг-адмирал. Но каким образом фрегаты оказались уничтожены? На них ведь стояла самая последняя модель системы обеспечения безопасности! Эти-то корабли, в отличие от линкоров, действующих у Вайсбурга, россы, как я понимаю, даже обнаружить не были способны.
МакАртур пожал плечами:
– Значит, стали способны, Вершитель. Ни у меня, ни у моих специалистов нет других объяснений. Чудес не бывает.
Бедросо крякнул:
– Иными словами, обращенные, если согласиться с мнением флота, то мы потеряли единственное преимущество, имеющееся у наших боевых кораблей перед росскими. Этого нам только не хватало!.. Что ж, господа адмиралы. Отныне вам следует помнить об этом, когда вы будете составлять планы дальнейших боевых действий.
– Мы будем помнить, Вершитель. Хотя, если подумать, потерянное техническое преимущество вовсе не обрекает нас на неизбежное поражение. Исход любого космического боя между равными противниками решают, в первую очередь, опыт и слаженность работы экипажа. Вот когда у россов появится собственное техническое преимущество, тогда могут возникнуть неразрешимые проблемы.
– Да-да, флаг-адмирал! – с сарказмом сказал Бедросо. – У россов нет собственного технического преимущества над нами, однако они сумели успешно противостоять опыту и слаженности работы ваших экипажей. Аж как минимум четыре раза сумели, если не считать пропавшего в Халифате эсминца!
Похоже, среди всех присутствующих в первую очередь рисковал своей должностью именно МакАртур.
– Впрочем, ладно, хватит о наших потерях! Я полагаю, вы найдете виновных в случившихся неудачах, и они понесут должную ответственность за свои ошибки. – Бедросо встал, подошел к своему рабочему столу и взял в руки лист папира. – Сейчас нам с вами нужно решить, что мы ответим росскому ублюдку на его ультиматум.
И Вершитель принялся читать вслух, знакомя присутствующих с текстом присланного россами послания.
А когда закончил, по кабинету пошел недовольный гул.
Члены СиОрг, смекнув, что раздачи наказаний не будет, решились на проявление нужных дядюшке Тиму чувств.
– Это просто оскорбление мерканского народа, Вершитель! – рявкнул флаг-адмирал МакАртур и грохнул кулаком по столу.
Остальные высказались в том же духе.
– Ублюдок плюет нам в лицо, Ксену его побери!
– Пусть они этот ультиматум запихнут себе в задницу!
– Рано скунс завонял! Как бы без головы не остаться!
Вершитель с удовлетворением слушал.
Наконец возмущение обращенных сошло на нет.
– Правильно ли я понимаю, что нам следует с возмущением отвергнуть ультиматум, господа?
Последовал новый взрыв эмоций.
– Конечно, Вершитель!
– Абсолютно правильно!
– За такой ультиматум его автору надо яйца оторвать!
Бедросо еще некоторое время послушал представителей элиты Ордена. Потом поднял руку:
– В таком случае, господа, давайте-ка подумаем, откуда нам ждать удара. И какие меры следует предпринять, чтобы успешно отразить его? Что скажет командующий флотом?