Чтение онлайн

Света представила себе карту Лигурийского побережья. Где-то рядом должны быть всемирно известные курорты, проходить традиционные музыкальные фестивали, регаты, выставки цветов, авторалли. И тут ее осенило. Она вспомнила: однажды в журнале прочитала о некой Хальте, человеке очень богатом и большом оригинале, чуждающемся светской жизни, связей, широких знакомств. Однако вскользь замечалось, что Хальт связан с политическими кругами, примыкает к реакционным. "У него старомодные убеждения", - мягко характеризовал этот момент журналист и продолжил: "Герр Хальт страстный коллекционер, но он собирает не традиционные художественные коллекции, а океанские сувениры - раковины, кораллы, притом только редкой формы и расцветки. Недавняя сенсация на мировой бирже, связанная с появлением золота инков, приписывается именно Хальту, хотя трудно предположить, что собиратель морских даров отказался бы от личного владения подобными реликвиями".

– Скажи, твой Хальт не просит тебя добывать для него разные морские диковины?
– спросила Света Мерзавца.

– Если я нахожу что-то интересное, дарю ему. Должен же и он иметь какую-то радость в жизни!

– Радость? Куда больше твоего! Да ты знаешь, сколько у него радостей? Он богач, капиталист, политикан, о нем даже светская хроника сплетничает. А ты знаешь, куда делись украшения из сокровищницы вице-короля Перу?

– Я не намерен раскрывать тебе государственные тайны!

– Ой, не могу! Хоть бы хранил тайны своего рейха и тихо радовался! А то - проходимца! Он выбросил золото инков, изумруды королевы Изабеллы на биржу, да так, что и фунт и доллар закачались.

– Хальт не мог так лгать...

– Все, что ты передал ему, он оставил в своих сейфах, а не в сейфах последователей твоего Гитлера. Не веришь?

Мерзавец мрачно усмехнулся:

– Не знаю, зачем тебе нужно поссорить меня с моим самым верным другом. Доказательств у тебя все равно нет.

– Я найду доказательства, что Хальт продавал тебя все эти годы. Он просто надувал тебя. Но для этого мне необходимо выйти отсюда.
– Света сочла, что тот журнальчик она найдет в любой библиотеке.

Она и не предполагала, что попала в самую болевую точку Вернера Зауриха. Еще после первой встречи с Хальтом в кафе на мысе Антиб у Зауриха возникли сомнения: а тот ли Хальт, за кого себя выдает? Конечно, были все предпосылки доверять ему, но почему Заурих искал и нашел Хальта, а не наоборот? Теперь Вернер сожалел, что не попытался проверить Хальта уже тогда. Письмо бывшего гросс-адмирала Деница отвело все подозрения.

Заурих никогда не предполагал, что Хальт может оставить себе деньги партии. И выглядел-то он всегда помятым. "А если она найдет все же доказательства его измены?
– мучительно ныло в мозгу.
– Но как отпустить ее? Она уйдет, обратится в полицию. Пусть следом за ней пойдет Хальт! Узнав о цели, он, чего доброго, убьет ее. Потом скажет, что она пыталась бежать".

В итоге Зауриху удалось разобраться в своих ощущениях. "Что я хочу? Что мне нужно?
– спросил он себя и ответил: - Я должен быть уверен в Хальте, и я должен иметь Анну рядом, я должен убирать всякого, кто сидел в подводной скорлупе, видел меня оттуда, значит..." Он опять уверился, что сама судьба покровительствует ему и дает все возможности жить так и творить то, как и что ему предназначено. Он хмуро сказал Светлане:

– Я отпустил бы тебя за доказательствами, Анна, будь я уверен, что ты не уйдешь навсегда. Мне нужен заложник. Сейчас в Риме твой муж.
– Светлана вздрогнула. "Значит, не настолько он сумасшедший. Но что он хочет от Володи? Убить его? Как капитана, как Вивари? Не для этого ли он прогуливался по санаторному пляжу?
– догадка ошеломила.
– Нет, это не несчастная жертва эксперимента фашистов. Это деятельный, активный враг".

– Тогда сам ищи доказательства давней измены Хальта. Я хотела помочь тебе...

Заурих растерялся: если она хоть в чем-то права, Хальт будет продолжать свой обман!

На следующий день Заурих сам вернулся к этому разговору:

– Я отпущу тебя не дальше ближайшей деревни, там есть телефон, телеграф и почта. Но твой муж останется здесь заложником. Неужели ты не хочешь использовать шанс с ним увидеться? Даже если он не придет, то хоть будет знать, что ты жива. Позаботься о его спокойствии, не так же ты черства...

Светлана испугалась листа бумаги. Что написать? "Володя, тебя хотят убить, беги отсюда как можно дальше!", "Володя, я жива, но вряд ли мы когда-нибудь снова будем вместе!", "Володя, сообщи в полицию, что меня украл человек со свастикой" - такие письма вряд ли попадут в руки штурмана Баранова.

Она решила подыграть Мерзавцу:

– Диктуй, я боюсь написать лишнее.

Впрочем, рассуждала она, неважно, что прочитает муж в ее записке, главное - он получит записку от нее. Конечно, Володя обязательно сообразит, что одному на встречу отправляться нельзя. Он найдет, кого предупредить. С ним будут люди. Может появиться шанс на спасение!

... Мерзавец сказал, что она может подняться на поверхность. Он велел ей надеть гидрокостюм и акваланг. Обманывал он ее, все у него есть. Она спрашивала о муже, но Мерзавец, уходя от ответа, неопределенно заметил, что за ней будут следить. На суше Заурих провел Светлану через запущенный фруктовый сад с роскошными розариями, открыл калитку и посоветовал возвращаться быстрее.

Она и не предполагала, что вернется с такой добычей!

... Журнал со статьей о Хальте, газету со статьей Кирилла Жукова и портретом самого Мерзавца, а также вечернюю рекламную с короткой заметкой: "Коллекционер-миллионер Хальт известен своими экстравагантными чудачествами. Вчера он отбыл в составе туристской группы в путешествие по кавказским курортам России. Хальт намеревается посетить..."

– А теперь, - сказала Светлана, насладившись впечатлением, которое произвела на Зауриха ее информация, - я хочу видеть моего мужа. И вообще, она грозно посмотрела в водянистые глаза Мерзавца, - жизнь моего мужа стоит того, что я принесла. Хальт продал тебя с руками...
– она усмехнулась, - и с плавниками! Твой Хальт!

Заурих бессмысленно уставился на свою фотографию в газете. Не поднимая головы, пробежал глазами две странички в светском журнальчике, дважды перечитал сообщение о внезапном отъезде Хальта.

– Твой муж там, - показал рукой на внутреннюю дверь, - а я пока отлучусь. Мне надо... Потом я сам, как Водан... Сам!
– Его выцветшие глаза неестественно засверкали.
– Пока не вернусь, с вами ничего не случится... Можете наслаждаться, - он мял в руках газету с яростью и остервенением. Потом... Я его найду.