Пламя теплится
Шрифт:
Внезапно впереди послышался хлопок. Он звучал немного в стороне от набережной. По всей видимости, на одной из ответвляющихся улиц. Кэр постарался сосредоточиться лишь на этом звуке. В непрекращающемся гуле легко было ошибиться, приняв за хлопок падение камня или попросту ослышаться. Но он не ослышался. Вскоре хлопок повторился.
– Там кто-то стреляет! – выкрикнул эрсати, указывая на ближайший перекресток.
Грайверов становилось все больше. Первые одиночные тени словно размножились. Они лезли ото всюду: из развалин домов, канализационных люков, развороченных прямо посреди дороги глубоких рытвин, теснились и переругивались у воды, не в силах забраться по стене. Большей частью они были за спиной, следуя на приличном отдалении. Вынырнувшие перед беглецами одиночки отпрыгивали в сторону – скалясь и шипя.
– Боятся! – радостно осклабился Кларк и, ненадолго перейдя на шаг, выстрелил. Мимо. Разразившись проклятиями, бросился догонять остальных.
– Боятся, пока не почувствовали силу. Потом их будет не остановить, – крикнул ему Кэр, с опаской оглядываясь.
Действительно, твари, которые уже могли бы настичь беглецов, чего-то выжидали.
– Там у кого-то есть оружие. Это лишний шанс и для нас, – попытался пояснить эрсати.
– Самим бы унести ноги! – бросил Кларк. – Еще в спасители набиваться…
– Некогда спорить. Я туда, – отозвался Кэр и начал отклоняться в сторону. – Самим не уйти. Догонят!
Он и сам толком не знал, почему хлопки вызвали в нем надежду, а времени на объяснения и самокопание не было. То, что они не смогут уйти самостоятельно, эрсати понял еще, когда Гракх заметил первую тварь. О грайверах говорили разное, но всегда сходились в одном: до поры трусливые создания, собравшись в стаю и доведя себя до исступления, не останавливались ни перед чем. А поодиночке они не селились.
Грайверы отреагировали на движение Кэра. Большая их часть последовала за ним. С серым отливом тела пластались в длинных прыжках, мелькали в проемах зданий, низко стелились по земле. Город ожил, обратившись из мертвого, недвижимого существа в скопление обезумевших голодных тварей. За любителями мертвечины тянулся стойкий запах разложения. Несмотря на широкую улицу и легкий ветер, он расползался во все стороны, обгоняя своих носителей, превращая проспект в подобие заполненной разлагающимися трупами выгребной ямы.
– Что б тебя! – рявкнул Гракх, делая сразу три выстрела. Яркие пятна разлетелись веером, обдавая ближайших преследователей убийственным жаром. Грайверы, попытавшиеся отрезать Кэра от остальной группы, бросились в рассыпную. Основная часть стаи еще не подоспела.
Эрсати не оборачивался на спутников. Краем глаза следя за тварями, начал прижиматься к правой стороне проспекта. Он судорожно прикидывал – успеет ли выбраться на нужную улицу раньше, чем будет атакован? А в том, что трупоеды бросятся именно на него, сомнений не возникало. Одинокая фигура – лакомая добыча.
Чертыхаясь, на чем свет стоит, зарккан рванулся вслед за Кэром.
– Что б ты сдох! – выкрикнул он, удачным выстрелом лишив особо ретивого грайвера головы. Костлявое тело даже в обезглавленном состоянии еще какое-то время продолжало передвигаться – шатаясь из стороны в сторону, неверно переставляя конечности. В конце концов, оно все же упало, но еще долго дергалось, словно под ударами электрического тока.
Кларк лишь фыркнул и продолжил бег, не меняя направления. Эрик немного замешкался и присоединился к нему.
Ани сидела на жестком полу, обхватив руками колени. Вокруг нее было много незнакомых людей. Они – то уходили, то возвращались, что-то говорили, но на нее не обращали никакого внимания. Из них всех она помнила только одного: того, кого называли старостой. Он не был похож на их родного старосту, а ужасный шрам пугал и без того напуганную девочку еще сильнее.
Она больше не плакала. Слезы кончились, но внутри было пусто. Ани чувствовала себя одинокой и покинутой. Не понимая, что происходит, она все же надеялась, что дверь откроется и там появится Дезире – красивая и здоровая, как раньше. А вместе с ней придет Хилки. Он снова будет разговаривать с хорьком, но это ведь ничего. Главное, чтобы был жив. И все остальные. Даже вредный Кэр или грубый Гракх. Ани хотела видеть их всех, даже если они снова станут нехорошо шутить.
Время шло, а никто из них так и не появлялся.
– А с ней, что будем делать? – услышала Ани голос.
Отчего-то тон, каким были сказаны слова, ей очень не понравился. Она подняла голову. Почти все взгляды были обращены на нее. Девочка съежилась, стараясь сделаться маленькой и незаметной.
– Разве есть варианты? – это говорил староста.
– Ребенок все-таки, – незнакомая женщина присела рядом с Ани, провела рукой по ее волосам. – Жалко…
– А своих тебе не жалко?
– Все мои остались в той ночи, когда вы все сошли с ума! – огрызнулась женщина.
– Мы? – удивленный мужской голос. – А ты? Сама же первая и бросилась на свою Сару. Или еще раз напомнить?
– Нет, – женщина резко поднялась, руки ее дрожали. – Я… можно я ее заберу себе? Она же еще маленькая. Что им с нее? На один зуб… А я…
– Хватит! – оборвал ее староста. – Это не обсуждается. Мы все знаем, что это необходимо сделать. Нам всем неприятно, но выбора нет. Либо мы следуем договору, либо займем их место. Ты хочешь занять их место? Хочешь?!
– Нет, – женщина спрятала лицо в ладони. Послышались всхлипы. – Но они же ничего про нее не знают. Мы ничего не скажем.
– Это риск. Ненужный риск. Ты еще молода, у тебя будут свои дети. Успокойся.
– Это все неправильно…
Ани смотрела, как отходит плачущая женщина. Смотрела и понимала, что ни Дезире, ни Хилки, ни даже противный Кэр – больше не придут.
– Кэр, чтоб ты сдох! Что ты делаешь?! – во всю глотку орал Гракх. Он старался не отстать от эрсати, но сил не хватало.