Чтение онлайн

Я вздохнул и подошёл. А что ещё оставалось делать? Её рука протянула навигатор назад.

– Посиди со мной? А?

Пожав плечами, я присел. В конце концов, я ничего не терял. Но о чём говорить дальше – не имел ни малейшего представления. И как это мы могли весело щебетать всего час назад?

Она тоже молчала, через силу душа слёзы. С чего бы такая реакция? Что творится в её прекрасной головке?

– Ты, наверное, считаешь меня шлюхой, да? – наконец выдавила она.

Я чуть не свалился с лавочки. Интересный поворот сюжета!

– Развратной шлюхой, которая… с первым встречным?

– А кем бы ты себя считала на моём месте? – парировал я, переложив бремя ответа на неё саму.

– Я не такая! – В её тоне сквозила детская обида напроказившего ребёнка.

– Бэль, мне всё равно, какая ты, – спокойно заметил я. – Ты живёшь в одном мире, у тебя одни ценности. Я в другом – у меня, соответственно, другие. И не моё дело обвинять или читать нотации. Я не твой взрослый кузен.

– Мне показалось, я тебе нравлюсь… – Она опустила глаза в землю.

– Что это меняет?

Действительно, что это меняет, Шимановский?

– Ты мне тоже понравился. И я подумала, было бы здорово…

Я тяжело вздохнул. Мне не нравилась ситуация. Мне не нравилось её поведение, резкая смена генеральной линии. И главное, не нравилось, что я не могу понять, играет она или говорит серьёзно.

– Не оправдывайся, Бэль. Кто я такой, чтобы ты передо мной оправдывалась?

– Жаль. Ты такой добрый… И умный. Я думала, ты станешь мне другом, – заявила она, окончательно выбивая меня из колеи.

– Ты спишь со всеми друзьями? – съязвил я.

– Нет, я не сплю с друзьями, – обиженно вздохнула она. – У меня вообще нет друзей. Есть только те, кто хочет меня трахнуть, потому что я красивая, и те, кто хочет меня трахнуть, чтоб урвать себе что-то от моего положения. С подругами, кстати, то же самое – или завистницы, или тоже хотят что-то поиметь от дружбы.

– Сочувствую.

Мне стало её жалко. Самую малость. Действительно, быть богатым непросто, отсутствие друзей – это их крест. Деньги слишком мешают возникновению искренней дружбы, потому она слишком редко завязывается. Её мать и мачеха – редкое исключение из правил. Редчайшее.

– Знаешь, у меня тоже нет друзей, – начал я свою исповедь, чтобы немножко разрядить обстановку. – Есть один друг, но он – изобретатель, фанатик, не от мира сего по жизни. Строит модели броненосцев и крейсеров. И больше никого. Так что отсутствие друзей и положение в обществе… слабо связаны!

– Спасибо! – Она улыбнулась. – За поддержку. Ты будешь моим другом?

И что на это можно ответить?

Пауза, нужно взять паузу, чтобы всё неспешно обдумать. Слишком много резких поворотов за жалкие полчаса.

– Бэль, ты меня извини, но тебе не кажется, что нам надо куда-нибудь, где теплее? Ты вся мокрая, замёрзнешь и заболеешь. У меня такое чувство, что в парке держат температуру чуть холоднее, чем везде.

Она согласно кивнула:

– Это из-за природы. Здесь нет металлических и бетонных преград. Лучше теплообмен. Есть идеи, куда идти?

Я покачал головой.

– А у тебя?

После секундного раздумья её глаза загорелись.

– Ты любишь мороженое?

Хм… Да, внутри тепло. И мороженое в этом заведении продают отличное. Но я бы ни за что не пошёл сюда, тем более с девушкой.

– Бэль… Ты, конечно, извини, но порция мороженого здесь стоит половину маминой зарплаты, – заявил я, не спеша входить.

Да, я бедный. Да, плебей. Отсутствие финансов не принято светить перед девушками, особенно на первом свидании, наоборот, принято пускать пыль в глаза: дескать, я такой и растакой… Но сегодня привычные правила не работают.

– Брось, я угощаю! – походя, махнула она рукой и помчалась за дальний столик. – Зато у них очень вкусно.

В её жесте я не увидел надменности или иронии превосходства – дескать, ты ничтожество, и я тебя покупаю. Она даже не обратила на мои слова внимания. И это мне понравилось.

Официант прилежно проигнорировал тот факт, что у меня не слишком кредитоспособный вид, а с моей подружки ручьём стекает вода. Приторно-стандартно улыбаясь, подошёл, словно тень, и молчал в ожидании заказа, ничем не поинтересовавшись. Бэль аристократично, будто официант пустое место, обратилась в никуда:

– Три клубничных и три шоколадных.

Делала она это автоматически, въевшимся в кровь жестом, не задумываясь. Я бы так не смог, для меня официанты – люди. Потомственная аристократия, блин!

– А тебе чего? – Это уже мне.

Я закашлялся.

– Шесть порций?

А горлышко не заболит, красавица?

– То же самое. – Это официанту, прилежно записывающему на планшете. Нет, не заболит. Она даже не поняла причину моего удивления. – Только в одном экземпляре.

Мороженое оказалось божественным. Такого я раньше не ел и вряд ли в ближайшее время буду. Бэль, получая истинное наслаждение ценителя, активно принялась наяривать клубничное.

– Хуан, расскажи о себе? Я ведь тебя совсем не знаю. Про себя рассказала всё, но не знаю даже твою фамилию.

– Бэль, но ведь я тоже не знаю твою фамилию! – парировал я.

Она смущённо улыбнулась:

– Ой, и верно… – Затем, задумавшись, добавила: – А знаешь, общаться, не зная друг друга, даже интереснее. У меня раньше никогда такого не было. Обычно меня все знают и издалека узнают.

– Тебя трудно не узнать! – Я с восхищением оглядел её лицо и видимую часть фигуры, сделав акцент на волосах.

– Это точно… – зарделась она с заметным удовольствием. – Давай продолжим эту игру: ты не говоришь мне своё имя, я – своё. Ты как?