Чтение онлайн

Горбунов угрюмо промолчал. Появление столичного дознавателя не просто портило его планы — грозило порушить на корню всю его жизнь.

Пока Иван раздумывал, сдать пакостного соседа или после самому разобраться, дознаватель сотворил другой пасс. Теперь сияние возникло вокруг Горбунова. Только не волк был изображен, а вскинувший голову с роскошными рогами олень.

Дознаватель повернулся к Терентьеву:

— Вы знаете этого человека?

— Да. Он мне назвался помещиком Горбуновым Василием Семёновичем. Насколько я знаю, на его землях расположена местная аномалия.

— Так-так, — нахмурился Колюкин.

Остро, пронзительно взглянул на Горбунова:

— По какому такому праву человек Оленевых владеет землёй в княжестве Волковых?

Снял с пояса какую-то короткую дубинку и, направив её на Горбунова, скомандовал:

— Меч наземь!

Тот, видимо, хорошо понимавший и своё положение, и возможности дубинки, побледнел и без разговоров разжал пальцы. Клинок шлёпнул о влажную землю.

— Взять под стражу! — велел дознаватель.

Откуда ни возьмись, нарисовались два дюжих мужичка из младших чинов. Надо полагать, тоже столичного приказа.

Покуда два молодца паковали помещика Горбунова, в момент растерявшего весь гонор, Колюкин повернулся к Ивану:

— Это его рук дело?

— Его и слуги.

Терентьев кивнул на пришпиленного к двери дома человека.

Колюкин быстро подошел к покойнику, осмотрел, вынул из кобуры магический пистоль. Покрутил оружие в руках, небрежно бросил на труп.

— Заберёте? — с надеждой поинтересовался Иван.

— Вот ещё — брезгливо махнул рукой столичный сыщик, — сами где-нибудь прикопайте. А что до ущерба — Горбунов ответит. Как положено по закону, в пятикратном размере. Завтра пришлю человека, он составит опись убытков и передаст в казначейство. Там, конечно, те ещё волокитчики, но за месяц управятся. Ваше дело у самого князя на контроле, он замылить компенсацию не позволит.

Иван лишь головой покачал на это известие. Его жизненный опыт свидетельствовал, что внимание высокого начальства никогда не приносило простым людям ничего хорошего. Колюкин истолковал это по-своему:

— Вы не подумайте, князь у нас человек дельный, ради пустого интереса или глупой шутки человека трогать не станет. Раз внимание на вас обратил, стало быть, перспективы увидел. Он уж если делает что-то, всегда с дальним прицелом.

— Это-то меня и беспокоит, — вздохнул Терентьев. — Боюсь, что его цели с моими не сойдутся. Минуй нас пуще всех печалей и княжий гнев, и княжая любовь.

На это Колюкин хохотнул, но комментировать не стал. Не успел. На дальнем краю пасеки громко, басовито, взлаял Байкал и, предупредив хозяина, понесся к нему. Подбежал, встал рядом и, оскалившись, злобно зарычал.

— А ведь Аномалия как раз в той стороне, господин Терентьев, — заметил сыщик. — У вас уже были визиты монстров с того края?

— Дважды. Но не сюда, подальше в лес.

— Господин Колюкин! — донёсся умоляющий голос Горбунова. — Дозвольте поучаствовать в бою с монстрами! Не хочу так пропасть. Уж если суждено сдохнуть, так в с оружием в руках!

— Все-таки монстры? — повернулся к нему дознаватель.

— Монстры, господин Колюкин!

— Как приманиваешь?

Голос княжьего сыщика посуровел, стал жестким и колючим, в полном соответствии с фамилией.

— Все скажу, ничего не утаю! Не дай лишь кормом для монстров сгинуть.

Тут на дальнем краю пасеки выметнулась из леса стая волков, числом не меньше дюжины. Вдвое крупнее обычных, чёрной масти, они сходу, словно бы привычно, принялись брать людей в кольцо.

— Господин Колюкин, — молил Горбунов, — явите милость, допустите малое снисхождение.

Тот, глянув мельком на монстров, кивнул своим скорохватам. Те сняли с помещика наручники и принялись готовиться к бою. Отцепили с поясов дубинки навроде той, что имелась у дознавателя, и встали так, чтобы и волков доставать, и за Горбуновым присматривать.

Пока дознаватель вёл беседу с арестованным, Иван сунул в карман магический пистоль, подобрал и осмотрел арбалет. Плечи, конечно, пострадали от удара меча, но на один выстрел должно было хватить. Терентьев наложил болт на тетиву и убрал оружие в сторону. Сперва — магия.

Егерь прицелился из пистолета. То есть, попытался прицелиться, потому что никакого прицела на пистоле не было. Просто круглый длинный ствол, оканчивающийся над рукоятью казёнником. Так что он просто выбрал того волка, что несся прямо на него, и даванул спуск. Отдачи не было. Просто синяя молния метнулась вперёд, ударила изменённого зверя в грудь, и всё. Лишь брызнули во все стороны ледяные осколки.

Волки приближались. Двадцать метров — небольшая, по сути, дистанция. Тренькнула тетива, отправляя в полёт стальную стрелку. Хрупнуло надсечённое плечо. Всё, этому оружию больше не стрелять. Стрелка попала монстру в глаз. Волк словно споткнулся на бегу, перекувыркнулся через голову и остался лежать.

Терентьев поудобнее перехватил свой лом и принялся ждать.

Тем временем работники Разбойного приказа наставили свои дубинки на подбегающих волков и почти что разом пальнули. Из жезлов, как и из пистолета, выскочили молнии. Но не ледяные, а вполне себе электрические. Каждая из них нашла свою жертву, и пораженные волки задергались в конвульсиях, сдирая когтями с земли жухлую траву. И на пятерых людей осталось семь чудовищ. Быстрых, бронированных, прекрасно вооруженных когтями и зубами.

Первый волк добежал до Терентьева и прыгнул. Иван двумя руками ухватил своё оружие и махнул. Зверь, сбитый ударом с ног, с визгом покатился по земле с перебитым позвоночником. Замер, ненавидяще глядя на людей, будучи в состоянии лишь открывать и закрывать пасть.

Горбунов удачно рубанул первого волка, одним ударом снеся ему голову, но другой тут же прыгнул ему на плечи, сбил с ног. Колюкин помочь не мог, отмахивался дубинкой от своего противника. Дубинка оказалась непростой. При каждом ударе она выдавала электрический разряд, поражающий тварь. Волк дёргался, на пару секунд замедлялся, но этого времени хватало дознавателю, чтобы нанести следующий удар.