Чтение онлайн

– Если вы не верите, что Подкаменника убил именно я, то я прямо сейчас отправлюсь и убью вам еще одного темного мага! Я не позволю своре спившийся выродков сомневаться в моей доблести! – кричал рыцарь.

Джессвел нахмурился. Капеллан, раздражительный возрастной мужчина, поймал осуждающий взгляд парня. Прямо сейчас некий паладин Сельи грозился отправиться в Тундру и убить какого-нибудь ничего не подозревающего мага просто в доказательство своего мастерства. Джессвел еще не отошел от своих впечатлений, а тут такие кровожадные заявления. Да, Кислотник доставил форту проблем, но это был просто глупый молодой отщепенец, который был виноват лишь в излишней самоуверенности. Джессвел совсем не гордился этой «добычей». Он даже опасался, что призрак мага будет преследовать его до самой смерти. Припоминая, после близкого знакомства с Крэйвелом, какие неприятности могли доставить призраки, Джессвел боялся подобного помешательства, причем мнимые призраки оказывается были куда опаснее настоящих, которых не трудно было отправить обратно в эфир.

Джессвел осуждал коллегу. Мериться количеством убитых темных магов – это определенно не то, чем должен заниматься паладин.

– Сэр Рафель, – обратился капеллан к скандалисту. – Позвольте отправить вместе с вами нашего молодого. Поучите его, поделитесь мудростью, а главное, получите в распоряжение свидетеля своих подвигов.

Капеллан указал на Джессвела.

– А? – опешил парень. – Я просто доложить зашел... – залепетал он, это был слишком неожиданный для него поворот событий.

Пока Рафель оценивающе осматривал Джессвела, Капеллан взглядом попросил Джессвела подыграть ему. Тот не вполне понимал, что происходит, но дал свое молчаливое согласие на эту игру.

– А если молодой не переживет этот поход, спрос с меня будет? – настороженно поинтересовался Рефель.

– Нет, но если он выживет, для вас это будет отдельной почестью, – заверил капеллан.

Рафель явно был заинтересован, но пребывал в сомнении. Капеллан знал, что хвастун врет, такой уж он лживый человек, а Рафель понимал, что капеллан видит его насквозь. На самом деле темных магов он ни разу не убивал, просто бравировал перед младшими коллегами и прихожанами.

Рафель пообещал подумать и принять решение к утру. Джессвела же капеллан отвел в свой личный кабинет.

– И зачем это было? – без лишних формальностей спросил Джессвел, не скрывая своего скепсиса.

– Достал он меня, брешит, как дышит, а пользы никакой, только воздух переводит, – честно ответил капеллан. – Позорное пятно в истории ордена. В последнее время их стало слишком много. Не хочу тебя обидеть, малыш, я знаю, что ты из добровольцев, но впускать в монастыри всякое отребье определенно было ошибкой.

Да, Рафель тоже был безродным добровольцем. Джессвел понурился, молча признавая, что ему все же обидно это слышать.

– Ну-ну, выше нос, – поспешил подбодрить его капеллан. – Ты на их фоне настоящее сокровище. Просто ради одного такого бриллианта мы не можем себе позволить набивать монастыри дерьмом.

– Я не хочу никуда ехать с этим пустозвоном. И вообще, мне кажется, он попытается меня убить, – признался Джессвел.

Он знал этого паладина, ни для кого в Парахрасте не было секретом, что от Рафеля можно ожидать любой подлости. Если бы этому прохвосту взбрело в голову убить своего компаньона, чтобы тот не рассказал всем вокруг о его трусости, никакие принципы и моральные нормы не остановили бы его.

– Не убьет, если умрет раньше, – сказал капеллан.

Джессвел не мог поверить, что слышит это. Он начал догадываться, чего капеллан от него хочет, но пока отказывался допускать эту мысль. Он устал и слишком много времени провел в Тундре, еще и первая казнь...

– Джесси, я ни о чем тебя не прошу. Но если Рафель не вернется из похода, весь орден вздохнет с облегчением, – подтвердил капеллан его страшную догадку.

Джессвел сел на стул и обхватил голову руками. Все было так понятно и легко, пока он путешествовал в компании Крэйвела и остальных. Пусть они и состояли в дружбе с некоторыми ренегатам и темными магами, но эта дружба была заслуженной, и ничья жизнь не была ими отнята напрасно. Сейчас же все встало с ног на голову.

– Не этого я ожидал от славной паладинской службы, – сокрушенно простонал Джессвел.

– Всякое бывает, малыш, чистить ряды собственного ордена от всякого мусора – тоже важная работа. В общем, до утра у тебя есть время подумать, я пойму, если ты откажешься. Ну и конечно, ты должен понимать, что будет лучше для всех, если этот разговор останется между нами. А теперь докладывай.

Дар речи вернулся к Джессвелу не сразу. Капеллан даже предложил парню выпить, тот не стал отказываться. По Джессвелу было видно, что у него тяжело на душе, и ему есть, что рассказать.

Доклад весьма впечатлил капеллана. Он немедленно принялся писать экстренное послание, которое было необходимо отправить в столицу. Этим займутся жрецы, а пока он счел необходимым побеседовать с молодым паладином, чтобы тот ненароком не слетел с катушек.

Джессвел поделился с капелланом своими переживаниями по поводу убийства Кислотника, рассказал и о страхе обзавестись личным призраком, и даже поныл о том, какой недружелюбной была к нему столица, из-за чего, собственно, он и прибыл в Парахраст. Но в конце концов разговор все равно вернулся к теме убитого мага.

– Это было не сложно, почему вы раньше с ним не разобрались? – спросил Джессвел, уже порядком захмелев.

– Толку то! Со всеми не разберешься. Одного убьешь, другой придет. Мы тут на посту стоим, чтобы они там сидели в своей Тундре и не вякали, – не церемонясь ответил капеллан.

Джессвел в очередной раз поразился тому, насколько другими были люди в Парахрасте. Припомнив столичных ханжей и снобов, которые были не менее противными, но по-другому, Джессвел подумал о том, сколь уникален его родной город. Маленький, дружелюбный, домашний. Мало ему было печалей, теперь на него свалилась еще и тоска по дому.

– Я хочу помолиться, – неожиданно даже для самого себя заявил Джессвел.

Капеллан посмотрел на него с некоторым удивлением, но отговаривать не стал. Джессвел не знал, насколько приемлемо молиться пьяным, в кодексе об этом ничего не было сказано. Но если уж считалось приемлемым убивать своих по наводке капеллана, то пьяная молитва и вовсе не могла считаться за проступок. Его выбор пал на молитву о прощении. Это было странно, просить прощения у Сельи в то время, как виноватым он себя чувствовал перед Кислотником. Но ничего более подходящего Джессвел не нашел. Возможно, плохо искал, он не был подкован в словоблудии, к которому относил и молитвы. Но сейчас, к своему удивлению, он в этом нуждался.