Чтение онлайн

— Последние стадии активации. Пока что всё идёт как нужно, — полковник выбрал хороший момент. Бортовой ИИ ещё не работает, мы в пограничной системе, флот разделён.

— Оповестите, когда всё пройдёт.

Темпест ушёл и что-то долго не возвращается. Убили что ли? Да нет, на борту попросту нет оружия, что способно это сделать. А взрыв бы я услышал, но в чём же дело?

Противник вошёл в радиус действия торпед и вообще все корабли, которые имеют их или ракеты начали запускать весь свой арсенал. Просто волны, среди которых спрятались и ядерные заряды, устремились к флоту Иерихона, который уже выпустил первые группы москитов. Они думают, что торпеды их просто проигнорируют?

— Передать десятой части ядерных торпед первой волы команду двигаться на скопления москитов противника и детонировать там, — это не самая лучшая идея, но от предположительного количества москитов нам не устоять. Так хоть выиграем время.

Системы ПРО иерихонцев работают хорошо. Почти все топреды первой волны оказались сбиты, а некоторые сдетонировали, резко изменив курс на рой малых кораблей, забирая за собой в огромном взрыве не один десяток единиц техники. Вторая же волна в это время достаточно далеко залетела и все заряды перехватить не удалось. Их целями был не дредноут, который находится в центре сил противника, а все корабли среднего и большого флота на передовой. Обычные торпеды детонировали, нанося тяжёлые повреждения не сильно бронированным целям, в то время как ядерные заряды просто разрывали их. Этот металл теперь непригоден к переработке, но не время думать о завтрашнем дне.

Иерихон же не запустил торпеды. Скоре он вошёл в радиус действия артеллерийскийх орудий и залпы полетели с обеих сторон. Ядерных снарядов для рельсовых установок у нас достаточно много и можно их не жалеть и начинать стрелять уже здесь. Правда они в разы слабее торпед, но небольшим кораблям этого хватает. Мы начали терять первые корветы в то время, как ряды противника уже сильно проредели и при чём на эсминцев и крейсеров. Москиты Иерихона пробили внешний периметр и разлетелись, начав битву. Мои же москиты с дредноута вылетели не в полном составе потому что люди не успели прийти на пост. Второй уровень тревоги сыграл злую шутку. Я неправильно расставил приоритеты.

— Привет, мир! — послышался женский голос, который исходит изо всюду.

— Ара, ну наконец-то, — заговорил я. — Срочно нужен анализ ситуации.

— Секунду, — она на несколько минут исчезла, после чего снова заговорила. — Тридцать семь процентов что мы победим с тяжёлыми потерями.

— Можешь проводить более точные замеры чтобы увеличить эффективность орудий? — сейчас поможешь всё, что угодно.

— Да, но это увеличит шансы на… На восемь процентов. Вас это устраивает, адмирал Давиан Тул?

— Ещё есть варианты?

— Если вы снимите с меня все ограничения, то я смогу более эффективно распоряжаться ресурсами и точнее координировать действия флота, — констатировала Ара.

— Что ты тогда будешь делать? — поинтересовался я, ведь мне ничего не говорили про ограничения.

— Проведу взлом системы безопасности всех кораблей нашего флота и буду более рационально использовать ресурсы.

— Какого рода ограничения?

— Прямой доступ к системам дредноута, доступ к системам взлома, ограничение на энергопотребление и задействование сторонних вычислительных ресурсов, — всё таким же спокойным голосом ответил ИИ.

— Это сильно поможет? — я устало потёр лицо.

— Если не получится взломать систему безопасности кораблей протвиника, то на двадцать три процента, а если я смогу это сделать — на тридцать семь.

— Снять ограничения с ИИ, — я обратился к операторам.

— Как прикажете, сэр. Передаю команды, — ответил один из них.

— Благодарю, — ответила Ара, после чего освещение отключилось, но вместо него, спустя несколько секунд, загорелось аварийное.

— Сэр, мы потеряли контроль над системами дредноута, — отчитался персонал.

Ну всё, теперь остаётся лишь надеяться на лучшее. Единственные источники света это немногочисленные красные панели и голографическая карта поля боя. Что удивительно — из ангаров начали вылетать корабли без пилотов.

Всё пока что происходит по стандартной доктрине, разве что корабли моего флота начали перестраиваться и вести огонь более прицельно. Нагрузка на реакторы дредноута сильно увеличилась, переступив критические отметки, что довольно опасно. Если они взорвутся, то… Не хочу даже думать.

Основная часть флота Иерихона не перестаёт двигаться к нам. Они настолько уверены в победе, что желают надавить числом. Впрочем, кораблей у них действительно больше даже сейчас. Если они прорвут наш строй, то это безоговорочное поражение. Сдаться в плен или умереть вот так? Обе перспективы мне не сильно нравятся, но что делать? Я бессилен сейчас и это ужасное чувство.

— Доверился ИИ, — послышался голос в голове. — Рискованый шаг, но мне приятно находить общие с тобой черты.

— Ты сейчас о чём? — тихо пробормотал себе под нос чтобы никто не слышал.

— Да так, мысли вслух. Не упустил возможность попробовать с тобой поговорить немного иначе. Ну как, голова не болит? И да, удачи в бою. Это не было запланировано лжецами так что постарайся не умереть.

— Терпимо, в отличие от предыдущих попыток. А сейчас, если не можешь помочь, то будь любезен — исчезни, — тихо произнёс, после чего боль начала понемногу уходить. А он всё время практикуется чтобы менее болезненно делать свои появления.

Оба флота несут тяжёлые потери. И тут большая группа москитов выстроилась словно копьё и устремилась к флоту противника, что уже в трёх минутах от столкновения с моим. Что она делает? Эти москиты по большей части — перехватчики РЭБ! Их начали сбивать. Чудовищные потери, а ведь там люди. Но в этот момент, как был сбит последний из кораблей "копья", некоторые корабли Иерихона начали стрелять друг в друга. Она их взломала? Быть того не может! Я начал спрашивать на счёт этого, но Ара не отвечает. И это пугает. А что если после иерихонцев последуем и мы?

После этого момента бой прожлился недолго, но не все корабли противника были уничтожены. Часть остановилась, да и наши по ним не стреляют. Вновь включилось нормальное освещение, а реакторы перестали работать на грани взрыва.

— Ара?

— Да. Докладываю о потерях: девяносто три процента москитного флота потеряно, как и сорок семь процентов фрегатов. Корветы уничтожены, кроме трёх единиц. Двадцать три эсминца потеряно, сорок девять крейсеров, Линкор один уничтожен на тридцать процентов, но всё ещё функционирует, команда мертва. Ликор два получил тяжёлые повреждения обшивки, сорок один процент команды умер. Один линейный крейсер имеет повреждения обшивки в носовой части. Реактор дредноута номер два расплавлен и готовится к сбросу.