Чтение онлайн

Примерно неделю тому назад у ворот его загородного дома, кстати говоря, как раз и проигранного в карты в ту злосчастную летнюю ночь, появилась огненно-рыжая, чертовски красивая путница, которая слезно просила пустить ее переночевать. Погода, и в самом деле, не располагала к путешествиям. Неожиданное потепление повлекло за собой холодный моросящий дождь со снегом и буквально ураганный ветер. Сначала ведьму пускать не хотели: барон, да и его супруга, недолюбливали непрошеных гостей. Баронесса вообще была категорически против, усмотрев в высокой статной красавице конкурентку, желающую покуситься на самое дорогое, что было в жизни уже немолодой дворянки – деньги мужа. Именно из-за этой непонятной придури жены барон, в общем-то, и пошел наперекор, решив, что нечего уступать непонятным бабьим капризам. Он приказал впустить странницу в дом, хотя и сам был не очень рад незваной гостье.

С самого начала стало совершенно ясно, что оставить эту молодую особу в доме было непростительной ошибкой. Она оказалась ведьмой, к тому же наглой и прожорливой. Полностью игнорируя недвусмысленные намеки барона, она мгновенно уничтожила все выставленное по традиции на стол угощение, а в довершение всего нехорошо глянула на дворянина желтым глазом с вертикальным зрачком и низким голосом произнесла:

– Не нравится мне что-то аура твоя, голубчик. Отливает она непонятным фиолетово-зеленым светом. А долгов неоплаченных, родный, за тобой, часом, не числится?

– Ну, э… а… – растерялся барон, уже почуявший неладное. На высоком с залысинами лбу появилась нехорошая испарина, ладони стали липкими и мужчина украдкой вытер их о край накрахмаленной скатерти, стараясь, чтобы этого жеста не заметила жена, пристально следящая за разговором.

– Вот что я тебе скажу, – забормотала ведьма, погружаясь в подобие транса и закатив к потолку свои и без того страшные глаза. – Не буду сейчас в душу твою лезть и про жизнь расспрашивать, скажу только одно. Проча на тебе большая, злой нелюдь ее навел. Но и твоя вина в этом есть. Висит над твоей головой багровое марево неоплаченного долга. – И, сменив тон с заунывно-устрашающего на обычный, ведьма спросила: – Скажи-ка мне, в последнее время ты не заметил, что с тобой происходят неприятности чаще, чем раньше? Болезни старые не обострились?

Нижняя губа барона затряслась, и в его седеющей голове стали проноситься мелкие и более-менее крупные неприятности. И вдруг стало казаться, что последние полгода и в самом деле вся его жизнь состоит из одних сплошных неудач. Жена узнала о тайной связи с хорошенькой влекриантской актриской и устроила грандиозный скандал. Не более недели назад загорелась сараюха, в которой жил вечно пьяный, часто засыпавший с сигаретой конюх, а давеча сам барон аж целых три раза стукнулся одним и тем же пальцем на левой ноге о злополучную ступеньку лестницы. Во всем этом виделся тайный смысл, о котором толковала ведьма, и мужчине поплохело. Еще хуже стало после того, как порядком напуганный барон начал размышлять о своем здоровье, которое в последнее время стало очень часто напоминать о давно ушедшей молодости. И сердце то и дело побаливало, особенно по утрам после хорошо проведенного вечера в компании и красивых женщин, за вином и картами. И опять же, давешний палец полночи напоминал о себе. Правильно оценив выражения лица «клиента», ведьма сладеньким голоском продолжила:

– Так вот, мой родненький, это все цветочки, ягодки будут впереди. Тьма над твоей головой сгущается. Тебе срочно надо долг отдать, иначе…

– А как же я его того… – вырвалось у барона и он, испуганно покосившись на пребывавшую в неведении жену, быстро закрыл рот и умоляюще посмотрел на ведьму. Та оказалась в этом вопросе понятливой и, резко сменив тон, пробормотала, прикрывая рот ладошкой:

– Что-то я утомилась, пора бы и спать ложиться. А ты, касатик, подумай над моими словами. Если есть на тебе какая вина, сними с души грех, а если нет, тогда… попей капли какие-нибудь сердечные, глядишь, марево-то и исчезнет. Гуляй больше на свежем воздухе, да веди здоровый образ жизни. Ведь известно, что все беды и болезни наши исключительно от нервов, да от излишней еды. – Ведьма последний раз бросила полный отвращения взгляд на уставленный разносолами стол и удалилась к себе в комнату.

«Обожралась, видимо», – зло подумал барон, недовольно покосившись на стол. Слова ведьмы произвели на него впечатление, неоплаченный долг тяготил, но отдавать не хотелось, да и некому было. Поэтому барон сначала решил прислушаться ко второму совету ведьмы и послал за каплями.

Наутро, едва рассвело, нежеланная гостья отправилась в путь, а ее предсказание начало сбываться, давая барону понять, что одними сердечными каплями тут не обойдешься. Неприятности посыпались на поместье одна за другой. Во-первых, в доме, бывшем оплотом домашнего тепла и уюта, вдруг откуда ни возьмись появился призрак красивой молодой девушки. А это могло означать одно – где-то на территории поместья имелся труп, о котором до сих пор никто не знал. Ни слуги, ни хозяева не могли даже предположить, откуда, и, самое главное, зачем здесь появилось это привидение. Призрачная девушка ничего не просила и не требовала, только тихой тенью летала за бароном и укоризненно глядела ему в глаза, раздражая как самого хозяина поместья, так и его начинающую подозревать неладное супругу. Между слугами стал шепотом передаваться слух о том, что девушка – это тайная любовница барона, утопившаяся в местном озере от несчастной любви. Правда, верилось в них мало даже самим слугам, потому что она, во-первых, была эльфийкой, а во-вторых, невероятно красивой. Такие не станут топиться от несчастной любви, тем более, к их барону.

«Происки темных сил», – бубнила себе под нос баронесса, бочком пробираясь по ставшим неуютными коридорам родного дома, а барон качал головой, вспоминая не очень радужные предсказания рыжей ведьмы. Но это было еще не самое страшное, настоящие беды начали происходить за стенами дома. У крестьян стал пропадать скот, и, как утверждали пострадавшие, виной тому было огромное розовое чудовище, отдаленно напоминающее перекормленного гхырха. Иногда чудовище появлялось не одно, а в сопровождении серебристого представителя семейства кошачьих. Самым примечательным было то, что звери действовали словно сообща, преследуя им одним известную цель. Они как ураган проносились по пастбищам, уничтожая гораздо больше скота, нежели могли сожрать. Разрывая в клочья племенных быков и коней, телят, приготовленных на продажу, овец, звери потребляли в пищу лишь самые нежнейшие куски мяса, приводя все остальное в состояние полной непригодности для человека. Даже шкуры раздирали так, что от них не оставалось ни одного крупного клочка. Разозленные крестьяне несколько раз собирались вместе, пытаясь изловить и уничтожить странных, держащихся всегда вместе зверей, но даже не смогли подобраться к ним и как следует разглядеть. Умные и жестокие твари издалека чуяли людей и успевали скрыться.

Сам барон ругался, нервничал, но не мог ничего сделать. Он, конечно, усилил охрану своих земель, но и это ничего не изменило. Его немногочисленный, привыкший к спокойной жизни гарнизон оказался еще менее подготовлен к чрезвычайной ситуации, нежели мирные крестьяне. Последние хотя бы защищали нажитое п'oтом имущество, а военным было на все наплевать, кроме собственной драгоценной шкуры. Солдаты делали вид, что ничего необычного не происходит, и не меняли своего жизненного уклада: в обычном порядке выходили на дежурства подальше от полей и исправно подавали рапорты о том, что опасных объектов не обнаружено. Барон злился и грозился всех разогнать, но реальных действий не предпринимал, да и что он мог сделать? Не лезть же на старости лет на коня самому?

– Ну, я же говорила, что мой план обязательно подействует! – самодовольно улыбнулась Оля.

– Действовать-то он действует, но имеется небольшая несостыковочка. – Стикур отхлебнул из кружки мутное варево, за неимением лучшего именуемое чаем, и обратился непосредственно к Оле, не обращая внимания на сидящих рядом друзей. Своими неординарными и по-настоящему ценными идеями, а также живым умом, она доказала, что может наравне со Стиком заниматься организацией дальнейших действий их группы. Еще бы мух в таком огромном количестве не поглощала, и ей вообще цены бы не было.

– Что не в порядке с моим планом? – ревниво покосилась на герцога девушка. – У меня никаких несостыковок быть не должно, все продумано до мелочей.

– Все, да не все, – улыбнулся Стикур, обнажая ровные белые зубы. Улыбка получилась немного хищная, и Ольге это невероятно понравилось, даже разговор отошел на второй план. Девушка с интересом разглядывала правильной формы нос и интересный изгиб губ Стика, выпав на время из действительности. – Оля, ты меня слушаешь? – окликнул ее герцог, не подозревавший, о чем именно размышляет девушка, но заметивший, что она отвлеклась.