Чтение онлайн

– Возится с детьми. Дядя, если у нас такой запас продуктов, может, пригласим к себе Крайтонов? Будет не так скучно, и вообще...

– Посмотрим, – сказал Грант. – Скорее всего, ты останешься здесь. Внуки могут жить в убежище, а ты должна учиться. Нужно удержать за собой комнату, а продуктами я обеспечу.

– Зачем вы её принесли? – спросил второй пилот, с недоумением уставившийся на рулон бережно смотанной плёнки.

– Ну как же... – смешался Бенсон. – Полезная вещь, она сильно нас выручила...

– Мало того что сами грязные, так ещё тянут в самолёт всякую дрянь! – вполголоса сказал штурман бортинженеру. – Ты проверил их дозиметром?

– Всё нормально, Артур, – ответил тот. – Не знаю, какую они схватили дозу, но нам не будет от них вреда.

– Это все? – спросил подбежавший командир. – Мало, но мы не можем ждать! Лейтенант, что ваши люди возятся, как беременные тараканы! Подгоните их, если не хотите остаться здесь! Что это у них?

– Плёнка... – ответил Дэвид. – Видите ли...

– Я вижу, что это плёнка! – рассердился майор. – Объясните, почему ваши люди так в неё вцепились! И почему вы в костюмах радиационной защиты? Вам нужна помощь психолога?

– Форма пришла в негодность! – сказал лейтенант, который вдруг вместо растерянности почувствовал злость. – А плёнка нас выручала, когда шли дожди. И незачем на нас орать! Эти парни выполнили свой долг, а о них забыли! Если бы не подачки французов, мы умерли бы от голода!

– О вас никто не забыл, – ответил ему штурман вместо опешившего командира, – но не было возможности помочь. Вы не знаете о том, что творится дома. Прилетите – сами увидите.

Суд закончился, и отцу вынесли приговор. Девять лет колонии строгого режима, которые с его согласия заменили тремя годами работы ликвидатора последствий ядерных взрывов. Как она узнала, сейчас такое предлагали многим осуждённым. Те, у кого были большие сроки, чаще всего соглашались.

До суда они жили вместе в гостинице, но практически не общались. Отцу надели специальный браслет, который гарантировал от того, что он пустится в бега. По её мнению, это было лишним. Для того чтобы бежать и где-нибудь начать жизнь сначала, у её отца не хватило бы храбрости и крепости характера. Как только его осудили, Лене сказали, что её отправят во Владимир. Там построен новый детский дом, в котором придётся жить, пока отец будет отрабатывать наказание. Сопровождения не было, ей разрешили забрать свои вещи и одну посадили в такси.

Когда машина приземлилась, двери открылись и девочка с сумкой в руках направилась в административный корпус.

В детском доме оказалось не так плохо, как она думала. Поселили в большой комнате, в которой было всё, что нужно для жизни. И кормили не намного хуже, чем Лена привыкла питаться дома. Она пока жила одна и не нашла, чем занять свободное время, поэтому много гуляла в парке. Скоро начнутся занятия и зарядят осенние дожди, и так уже не погуляешь. Об отце и прошлой жизни старалась не думать. Какой прок от таких мыслей? С тех пор как два года назад умерла мама, в её жизни не было ничего хорошего. Брат улетел жить в Германию и не беспокоил даже по комму, а отец... Он не жалел для дочери денег, вот на общение с ней вечно не хватало времени, а может, не было желания общаться. Ей нравился мальчишка на год старше, но у него была своя любовь. И с подругами не сложилось. Общалась с двумя девчонками из своего класса, но это были не дружеские отношения. Они наверняка узнали, о её неприятностях, и ни одна так и не позвонила. Ну и чёрт с ними! Три года – это не вся жизнь, а детский дом не колония, которую подлостью заработал отец. У неё приятная внешность, крепкое здоровье и умная голова, а детский дом – это не клеймо, хотя многие думают иначе. И без денег она не останется, даже если отец загнётся на своём ликвидаторстве. После похищения машины прохладное отношение к нему сменилось неприязнью. Она усилилась, когда на суде сказали, что последствием их бегства стала смерть двух молодых мужчин.

Девочка тряхнула головой, отгоняя неприятные мысли.

– Что ты трясёшь головой, как лошадь? – ехидно спросил мальчишеский голос.

Обернувшись, Лена увидела симпатичного мальчишку своего возраста в форме воспитанника.

– Не твоё дело, – с неприязнью отозвалась она. – Что хочу, то и делаю!

– Ты мне понравилась, – признался он. – Пошёл следом и увидел твои дёрганья. Это не последствия контузии?

– Ты какой-то дурной, – сказала Лена. – Кто же так ухаживает за девочками? Ты бы ещё дёрнул за волосы!

– Тебе это понравится? – делано удивился он. – Сейчас дёрну!

– Я тебе так дёрну! – девочка размахнулась, собираясь стукнуть нахала, но тот отскочил.

– Меня зовут Аксель Бах, – представился мальчик уже без улыбки. – Извини, не хотел тебя рассердить. Вычитал в одной книге, что при знакомстве с женщинами нужно больше шутить. Кто же знал, что у тебя такая реакция на шутки. Наверное, это из-за смерти родителей. Здесь все из-за этого невесёлые.

– А почему ты весёлый? – спросила Лена. – И зовут тебя как-то странно. Откуда ты сюда попал?

– Я из Бельгии. А не такой грустный потому, что лишился родителей два года назад. Здесь только несколько дней. Пока живу один и совершенно нечем заняться. После того как записали в голову русский язык, смотрел ваши кинофильмы, но сейчас надоело.

– Я не собираюсь тебя развлекать, – предупредила она.

– Давай развлеку я! – с готовностью предложил Аксель. – Хочешь, расскажу о том, как добирались в Россию? У нас были такие приключения!

«Неужели это случайность? – думала слушавшая рассказ Лена. – Хорошо, что он сидел в другой машине и не разглядел меня! Вот был бы позор! И как теперь с ним дружить?»

– Он ещё долго не соберёт Думу, – сказал один из сидевших в комнате мужчин.

Все пятеро были родственниками, но крепче родства их связывали общие интересы.

– К нему сейчас трудно подобраться, – добавил другой. – Ахмат, что говорят твои люди?

– Что тебя интересует, Закир? – спросил тот, кого назвали Ахматом. – Нынешнее положение дел или его намерения?

– Меня интересует всё.

– Люди из его окружения уверены в том, что принятые меры отменят очень нескоро. Вот по их ужесточению нет единого мнения. Большинство считает, что он ещё не определился. Но охрану усилили, а это говорит о страхе.

– Это говорит о его уме, – не согласился третий и самый пожилой. – Война была неизбежной, как и наш ответ. Кто бы её ни начал, мы в любом случае многое потеряли бы, а он своими мерами удержал от развала экономику. Лично я не собираюсь сводить какие-то счёты. Мне интересно, что он собирается делать дальше! Если в отношении нас не будут принимать жёстких мер, я тоже не стал бы конфликтовать с властью. Сейчас это может плохо кончиться.

– С этим человеком трудно быть в чём-то уверенным, уважаемый Дамир, – сказал Ахмат. – Я тоже считаю, что мы при любом исходе войны не обошлись бы без потерь, но война закончилась, а ограничения остались! И я не уверен в том, что он на этом остановится. Лучше всё-таки не рисковать. Его есть кем заменить, нужно лишь найти такой способ, чтобы не пострадать самим.