Чтение онлайн

Далее следует описание чуда с несгоревшим Евангелием и заканчивается всё следующими словами: «Сие же видевше Руси удивишася, чюдящеся силе Христове, и вси крестишася». Судя по всему, эта выписка сделана из какого-то иностранного источника. Ибо русский составитель не стал бы говорить о себе: «племена-же, называемые Русью» и т. д. Несомненно, что в этой легенде использована другая, о которой мы уже говорили, именно о крещении моравов, но всё отнесено не к имп. Михаилу, а к Василию.

Константин Багрянородный в биографии своего деда Василия Македонца пишет, что крещение Руси состоялось при его деде и патриархе Игнатии. Таким образом, мы имеем два исторических свидетельства о первом крещении Руси: одно — патриарха Фотия, что Русь крестилась при имп. Михаиле 3-м и в его патриаршество; другое — Константина Порфирородного, что крещение состоялось при имп. Василии Македонце и патриархе Игнатии. Можно думать, что оба источника правы, но речь идёт о двух разных группах руссов: придунайские руссы крестились около 866 года, киевские же — приблизительно в 876-м.

Патриарх Игнатий был на патриаршестве дважды: с 846 г. по 857-й, когда его сменил Фотий (857–867), и с 867 г. Очевидно, крещение Аскольда совершилось после неудачного похода 874 г. При заключении мира Василию Македонцу удалось убедить Аскольда принять христианство. Крещение не могло быть после последнего года патриаршества Игнатия (878 г.). Следовательно, могло быть лишь в промежутке 875–878 гг. Мы примем 876 г. Во-первых, как нечто среднее между указанными сроками. А во-вторых, в легенде о крещении Руси при Василии Македонце указан 884 г., т. е. год, когда Игнатия на патриаршестве уже, наверное, не было. Однако, принимая возможность ошибки из-за разницы в болгарском и византийском летосчислениях и вычтя 8 лет, мы получаем как раз 876 г., удовлетворяющий всем историческим обстоятельствам.

Надо думать, что принятие христианства Аскольдом было скорее всего его личным делом, народом не поддержанным. Это значительный шаг к ускорению христианства на Руси. Но решающего значения, равно как и крещение св. Ольги позже, всё же не имел. Это были лишь предварительные шаги к принятию христианства. Этим, по-видимому, и объясняется молчание русской летописи. Она не принимала всерьёз переход в христианство некоторых князей и их вельмож. Этот шаг носил частный, личный характер и толщи народа совершенно не затрагивал. Однако отголоски того, что народ относился к этому недоброжелательно, всё же до нас дошли.

Мы полагаем, что приведённое нами выше объяснение двух первичных крещений Руси внесёт большую ясность в положение вопроса и что могут явиться дополнительные факты и соображения, которые позволят окончательно решить задачу. Напомним, что мы разбирали этот вопрос не специально, а лишь попутно. И как бы он ни был решён, остаётся одно несомненным: Русь была задолго до 860 г.

Мы привели далеко не все факты, имеющиеся в нашем распоряжении касательно доолеговской Руси. Некоторые из них ещё недостаточно изучены, иные нуждаются в лучшей документировке или более точной хронологии, отдельные нам не удалось ещё раздобыть в оригинале из-за огромной редкости, наконец, многое осталось нам попросту неизвестным, ибо подбором таких фактов мы занялись сравнительно недавно.

Из приведённого, однако, ясно, что доолеговская история Руси не миф, что её давно уже следовало бы написать, лишь проклятие неба — норманская теория удерживала от её написания.

Мы оказываемся далеко не «Иванами, не помнящими родства», а народом, корни которого уходят, по крайней мере, к началу нашей эры, и есть надежда, что и эта грань будет перейдена, надо только искать.

Если аутентичность «Влесовой книги» будет доказана, то корни истории Руси углубятся приблизительно до 650 г. до н. э. Но для этого надо ещё много и многим поработать.

В заключение считаем полезным приложить краткую схему, позволяющую более наглядно представить себе хронологию доолеговской Руси.

Левый столбец таблицы:

Русь (Киевская Русь)

Кий (Щек и Хорев) — по-видимому, V век.

Лебедян, по данным «Влесовой книги», этот и два следующих князя княжили один за другим после Кия 50 лет в сумме.

Верем

Сережень

Аскольд и Дир (? — 890), им оборвалась династия Кия, если верить «Истории Киева», бывшей в руках Шграленберга.

Рюрик.

Олег, норвежец, брат жены Рюрика Ефанды, правил за малолетством Игоря [3] .

Правый столбец таблицы:

Словения (Новгородская Русь)

Владимир Древнейший (V–VI вв.); по данным Иоакимовской летописи, тут было 8 поколений князей.

Буривой, прадед Рюрика, VIII в.

Гостомысл, дед Рюрика, нач. IX в.

Умила, дочь Гостомысла, мать Рюрика, замужем за Годлавом, князем полабских славян.

Рюрик (он же Ререк) с братьями Синеусом и Трувором, сыновьями Годлава и Умилы, чистокровные славяне, в Новгородской Руси — с 870 г.

Игорь, сын Рюрика от норвежской княжны Ефанды (912–945).

Мы рассмотрели проблему варягов и выяснили, что Древняя Русь — это результат творчества славянского духа. Ничем германцам Русь не обязана. Выяснили мы также, что история Руси гораздо древнее 860 г. и что руги, ещё упомянутые Тацитом в конце I века н. э., назывались также русинами; иначе говоря, были «руссами». Таким образом, история Руси отодвигается на запад в своих истоках; по крайней мере — до начала н. э. в глубь времён. Становится очевидным, что знать и понимать Русь можно только на фоне истории всего славянства. Русь — лишь одна из ветвей славянства, история которой показывает постепенное движение на восток. Известная нам история Руси фиксирует какой-то момент этого движения. Но это не значит, что само движение началось в этот фиксированный момент, т. е. в IX в.

Наоборот, имеются исторические и археологические данные, что Русь пришла на среднее течение Днепра ещё гораздо раньше (по-видимому, в первые столетия н. э.) и притом с запада. Она является отрогом славянства на востоке Европы. Значит, вопрос об истоках Руси упирается в вопрос об истоках славянства. О них мы знаем достоверно очень мало. Высказано было много теорий, но ни одна не получила всеобщего признания, поэтому остаётся один правильный путь: самостоятельно подойти, если не к решению, то, по меньшей мере, к разъяснению вопроса, узнать степень нашего незнания и понять, на что надо устремить свои силы.