Отец моего парня. Его одержимость – я!
Шрифт:
"Это невозможно. Оля мертва. Я видел это. Я видел её. Это невозможно.Да и…сейчас ей было бы сорок два"
И всё-таки, когда я смотрю на Дарью, внутри меня всё переворачивается. Как будто Оля вернулась. Как будто она стоит передо мной. Снова смотрит этими глазами. Снова пытается что-то сказать.
Но это не Оля.
Это её тень. Её призрак.
И почему-то этот призрак смотрел на меня так, будто уже знает, чем это закончится. Я видел, как она смотрела на Егора. Не так, как на меня. Нет. На него она смотрела мягко, как девчонка, которая впервые влюбилась. Её глаза светились, когда она слышала его голос.
Но когда она посмотрела на меня…
В её взгляде не было ни радости, ни тепла. Там была пустота. Она смотрела на меня так, как будто чувствовала угрозу. Как будто я уже начал её ломать, хотя ни слова ей не сказал.
И эта её слабость… Эта хрупкость…такая до боли знакомая.
Это не любовь. Это не желание. Это грёбаное безумие, которое просыпается в тебе и вытаскивает всё, что ты пытался похоронить. Я встал. Резко. Кресло отъехало назад, стукнувшись о стену.
– Чёрт, – выдохнул я, проводя рукой по лицу.
Мой взгляд упал на стакан виски. Я хотел схватить его, разбить об стену. Но вместо этого я просто стоял. Пустой.
"Нет. Ты не пойдёшь этим путём, Северов."
Я говорил это себе, но голос звучал глухо, как будто это не я, а кто-то другой пытается меня остановить.
"Это девчонка. Она ничего не знает. Она ничего не значит. Забудь."
Но я не мог.
Каждый раз, закрывая глаза, я снова видел её. Её лицо. Её волосы. Её проклятые глаза, которые словно спрашивали: "А что ты теперь сделаешь?"
Чёрт.
– Узнай всё про неё, девчонка Егора – сказал я в трубку. Мой голос звучал тихо, но холодно. Как лёд. – Дарья. Мне нужно всё: документы, прошлое, контакты. Чем живёт, где учится, чем дышит. Всё.
Я повесил трубку и уставился в пустую стену.
"Это не просто девчонка, Северов. Это что-то большее. Что-то, что сломает тебя. Ты знаешь это."
И всё равно я не мог остановиться. Я взял стакан со стола. Сделал глоток. Жидкость обожгла горло, но я этого почти не почувствовал.
Стакан опустел, а внутри меня всё так же горел огонь.
***
– Пап, чего хотел?
Голос Егора резко выдернул меня из мыслей.
Я поднял голову.
Он стоял в дверях, всё тот же. Спокойный, расслабленный. Как будто весь мир у его ног. Таким я его воспитал. Но сейчас он раздражал меня просто своим видом. Его наглая уверенность бесила.
– Садись, – бросил я, чуть кивая на стул напротив.
Егор нахмурился, но всё же подошёл и сел.
– Что за тон? – усмехнулся он. – Ты как будто сейчас судить меня собрался.
– Садись, – повторил я холодно.
Он закатил глаза, но подчинился. Это хорошо.
– Ну, давай. В чём я провинился? – с вызовом спросил он, откинувшись на спинку стула.
Я откинулся на кресло, глядя на него.
– Твоя девушка. Дарья. Расскажи мне о ней.
– Что?
Егор вскинул брови, глядя на меня так, будто я сказал что-то не из этого мира.
– А с чего это вдруг тебя интересует моя девушка?
– Я спросил, – жёстко ответил я. Мой голос был ровным, но в нём чувствовалась сталь. – Кто она? Фамилия? Чем занимается?
Егор усмехнулся.
– Ты серьёзно? Ты меня на допрос вызвал?
– Отвечай, – отрезал я.
Он несколько секунд смотрел на меня, а потом всё же начал говорить.
– Дарья Трофимова. Учится на педагогическом. Работает няней в детском саду. Что ещё ты хочешь знать? Какой цвет её зубной щётки?
Я не реагировал. Просто смотрел на него. Он понял, что я не шучу.
– Мы познакомились случайно, – продолжил он с раздражением. – В универе. Она сидела на ступеньках, читала какую-то книжку. Было холодно, она вся такая… – он замялся, будто подбирал слова, – …не от мира сего.
Эти слова ударили меня.
Я слышал их раньше. Слышал двадцать лет назад. "Не от мира сего." Именно так я думал об Оле, когда впервые увидел её.
Я сжал зубы.
– И что? – бросил я. – Ты решил, что она тебе подходит?
Егор напрягся.
– А что не так? Почему она тебе не нравится?
– Она не из нашего круга, Егор. Она чужая. Простая. Ты понимаешь, что рано или поздно это закончится ничем?
Он нахмурился, резко подался вперёд.
– Ты даже её не знаешь! С чего ты взял, что она не подходит?
– Я вижу, – тихо, но жёстко сказал я. Мой голос был как нож. Холодный, безапелляционный. – Это не та девушка, которая сможет быть с тобой.
Егор засмеялся.
Но смех был резким, почти издевательским.
– Господи, ты сейчас звучишь, как этот хрен из старого советского фильма. "Не ровня тебе." Может, ещё к ней домой поедешь, чтобы сам всё проверить? Так у нее нет дома она в общаге живет. Не всем повезло родиться ребенком мэра.
Я проигнорировал его сарказм.
– Ты спишь с ней? – резко спросил я.
Егор мгновенно нахмурился. Его лицо потемнело.
– А это, папа, уже не твоё дело.
– Моё, – отрезал я, подаваясь вперёд. – Если у вас там серьезно, ты должен понимать, с кем связываешься.