Чтение онлайн

Его прошибло на холодный пот прямо как тогда. Он не может этого допустить! Лилиан умна, не по годам умна, и вполне способна обмануть любого мужчину без зазрений совести. Дурак обязательно ей поверит, как верит и тот, с которым она сейчас так прекрасно танцует.

— Как Ваши дела, отче?

Сандор резко повернул голову. Рядом остановился Виктор Блэр, тоже смотрящий на Лилиан. Спросил непринуждённо, но было что-то в его интонации, что заставило священника насторожиться.

— Превосходно, милорд. Господь добр ко мне в последнее время на радостные события. А вы?

— Господь добр и ко мне, — задумчиво кивнул лорд Блэр. — Скажите, как человек, который ведёт Лилиан к Богу, что Вы думаете о её зрелости? Общество постепенно начинает давить на меня, я принял решение постараться найти для неё достойного супруга, которого Лилиан одобрит. Что Вы скажете? Есть ли среди Ваших знакомых кто-то подобный?

— Смотря, что Вы имеете в виду под «достойным», — взял себя в руки Сандор, быстро перебирая за спиной чётки. — Я знаю богатых, простодушных, доблестных, честных людей. У всех людей, лорд Блэр, есть изъяны — такова наша суть, к великому сожалению. Идеален лишь Он, — тут Сандор возвёл взгляд к потолку, — а у человека, каким бы святым не казался на первый взгляд, всегда найдётся пара скелетов в шкафу. Вы ведь не сможете, при всём желании, выдать леди Блэр за Бога — нужно чем-то жертвовать.

— Ваша правда, — хмыкнул мужчина. — Я бы так же хотел настоятельно попросить Вас не поднимать тему о замужестве при беседах. Вы оказали на неё хорошее влияние, за что я должен быть безмерно благодарен.

«Лжец!»

— Все мы сомневаемся, милорд, — сухие губы Сандора тронула улыбка. — Я рад, что смог помочь, но работа моя ещё не окончена. Не имею права назвать тем, но леди всё ещё спорит со мной на некоторые. Это неправильно. Спорить с Богом — не правильно.

Виктор быстро взглянул на него, вдыхая через нос. В таких же серых, грозовых глазах, мелькнула молния — так священнику показалось. Вот от кого Лилиан унаследовала эту натуру, вот кто действительно воспитывал её без всякой светской чепухи. Юная леди сама ведь шипела Сандору в лицо эти слова!

Вот от кого нужно было её спасти. Непременно и как можно скорее. Только бы придумать способ.

— Как Вам покажется правильно, — сказал наконец лорд Блэр. — Я верю в Вас.

«Верить нужно не в меня».

— Милорд, постойте, — окликнул его Сандор, решивший нарушить во благо тайну Исповеди. Так нужно для её спасения. — Что означают слова — леди Блэр носит мужскую одежду и желает остричь волосы?

— Понтия не имею, — нахмурился Виктор. — Быть может — злые сплетни. У моей дочери много завистником.

— Спасибо, лорд Блэр. Да благословит Вас Господь.

Когда старый воин отошёл, Сандор вновь попытался найти взглядом Лилиан. Она мило беседовала всё с тем же юношей в чёрно-красном камзоле и вполне искренне смеялась.

Что ж, как бы юная леди не противилась своей натуре, природе и обычаям, в этой среде она была подобна рыбе в бескрайнем море.

Виктор солгал, а значит — ему есть что ещё скрывать. Со служителями должно быть всегда предельно честными не только на исповеди. Священник сейчас будто сложил два и два. Это он учит подобному Лилиан и всегда учил! Так сильно хотел наследника, что, когда на свет появилась дочь, решил не обращать на это внимание?! Сандор буквально закипал изнутри. Как можно так попирать заветы Божьи, в конце концов, так издеваться над ребёнком?! Всю жизнь священник уважал этого человека, а теперь, когда вскрылась страшная правда даже думать о нём не мог без желания сплюнуть.

Очередная проклятая душа, пытающаяся утянуть за собой другую: чистую, невинную, прекрасную... Теперь Сандор явственно видел, почему так безрезультатны были его слова. Девочка совершенно не слушала его. Только неосознанно откликалась и тут же закрывалась, понимая, что отец подобного не одобрит.

Он снова взглянул на Лилиан. В этот момент её собеседник отошёл, напоследок поцеловав ладонь. Священник заметил, как юноша улыбнулся ей и сдержался, чтобы не скривиться.

Слепец! Этот юный лорд даже не понимал, с какой ценностью только что кружился в вальсе и с какой тяжёлой судьбой только что столкнулся! Лили продолжала улыбаться даже после того, как партнёр покинул её и несколько секунд смотрела ему в след. Потом опять нырнула в толпу и присоединилась к гулу разговоров.

Сандор быстро нашёл хозяев приёма, поинтересовался их благополучием, остался доволен — он знал эту семью отдалённо и слышал только хорошее, что большая редкость.

Потом, желая казаться спокойным, покинул залу, пролетел по коридорам к выходу и приказал седлать лошадь. Ему безумно хотелось проехаться верхом, пусть даже в небе до сих пор клокотал гром, Сандор не боялся попасть под дождь. Пусть он окажется Благодатью и смоет с него все грехи, всю грязь, который священник почти физически ощущал. Настолько мерзко от окружающего мира и от себя самого ему никогда не было — только воспоминания о искреннем непонимании в серых глазах остужало пыл Сандора. Нет, мир не мог прогнить насквозь — пока в нём есть столь светлые души, пока Господь благословляет их подобным Сандору, пока сам Господь смотрит на Своих детей с Небес. Может однажды последние и рухнут, но боль, кровь, осколки обязательно обойдут достойных. Таких, как Лилиан, как её мать и прочих, чтящих Святую Веру больше, чем что-либо ещё на свете.

Священник не просил много — всего лишь спасения для одной души. Если Лили откроет глаза, оглянется и увидит, в каком кошмаре её растили всё это время, тут же осознает многие вещи. Например, что стоило слушать мать, а не отца. Последнего вовсе либо сдать в мужской монастырь, либо отправить туда, где проклятым самое место — в Ад.

Конь нёсся сквозь тёмный лес, подгоняемый своим наездником. Сандор пригнулся к шее, то и дело жмурился, а когда начался дождь, дёрнул поводья на себя.

Холодный ливень застал его в поле, не так уж и далеко от города. Тяжёлые капли стекали по лицу, подставленному под стихию, дрожали ресницы, если на веки попадала вода. Небо разрезала сильная вспышка, гром заставил нервничать коня, но Сандора это мало волновало. Он чувствовал, действительно чувствовал, как хаос постепенно в его голове выстраивается в упорядоченные действия.

Ревность, поразившая сегодня священника, попыталась быть отвергнутой, но разум принял её, как принимал Бога. Это Он послал Лилиан Сандору, Он захотел, чтобы Сандор помог ей. Это была Его воля и сейчас, в порывах ветра, в дроби капель о размытую дорогу, священник знал — вот она, Истина. Недаром глаза так напоминали ему бурю. Он должен стать един с ней в Спасении, осталось немного... Грязные люди ничего не сотворят с его Лилиан, она не замарает своего великолепного платья, никогда больше порочные губы не коснуться белоснежных, грациозных кистей рук.