От я до я
Шрифт:
— Совершенно верно.
Она делает маленький глоток, а я замечаю, что кольца помолвочного нет на пальце. Того самого, которое так понравилось Марку Фридману.
— Кольцо в ремонте, — поясняет она, правильно прочитав мой взгляд. — Мне показалось, что камень может выпасть.
На языке вертится много вопросов, и будь здесь Янош, он бы не постеснялся их задать, но я, конечно же, промолчу.
— Я знаю, что вы с братом Андрияша видели нас в беседке на даче Бессмертного, — вдруг произносит Лада и спокойно смотрит мне прямо в глаза. — Наверное, мне надо объяснить.
— Нет, конечно, не надо. Это не мое дело, мы с Яношем там случайно оказались и никому ничего не скажем.
— Андрияш — моя первая любовь, мне было семнадцать, а ему — двадцать три. Я дочь алкоголиков, которая чудом избежала детского дома, без гроша за душой. А он сын научных светил с мировым именем, баловень судьбы, привыкший все получать с полпинка. Отношения были обречены с самого начала, но я не хотела в это верить целых три года.
— Почему? Я же видела, как он на вас смотрит.
— Андрияш сделал все, чтобы у нас ничего не получилось. Предательство и малодушие простить невозможно, как ни пытайся. Как пресловутая склеенная чашка. И что бы вы ни видели с Яношем в беседке, эта история закончена.
— Почему вы мне это рассказываете? Я же сказала, я никому…
— Не теряй время, Юля.
Слова Лады крутились в голове весь вечер, я даже спать ложилась, думая о том, что же такого натворил Андрияш, что Лада порвала с ним. Видно же, что ничего там не закончено, во всяком случае, в плане эмоций и взаимного притяжения. Кошмар, конечно, встречаться с одним, замуж за него выходить, а любить другого. И считать, что никогда не будешь с ним счастлив.
И еще. Лада ошиблась — мне ее предостережения ни к чему.
Утро начинается с эсэмэски от Ромы. Улыбаюсь экрану телефона и думаю о том, что все сегодня будет хорошо. Главное, часов в одиннадцать успеть сбежать в общагу.
В универе наконец-то закончился ремонт — по крайней мере, еще в начале недели об этом было официально объявлено, — и в коридорах стало посвободнее, до многих аудиторий можно теперь значительно быстрее добираться.
Разумовского на первой паре не обнаружила, впрочем, как и на второй и третьей. Отправила сообщение — ответ пришел только через час. Кажется, кто-то уже начал хорошо так отмечать. «У меня выходной, Хулия. Не забудь про вечеринку».
Забудешь тут. Полдня осаду держу. Будь рядом клоун, не знаю, что я сделала бы с именинником. К Солнцевой присоединились Гуля с Янкой, а Юсина вообще деньги предложила за то, чтобы я провела ее на вечеринку. Странно, что Разумовский не догадался продавать билеты на свой день рождения — с его-то предприимчивостью!
С огромным облегчением сбегаю на тренировку. Почти вся команда — близкие подруги Полины, так что им точно нет нужды у меня что-то выпрашивать. Прикидываю время: если все вовремя закончится, то успею в общагу, чтобы не только переодеться, но и волосы уложить. Так что пока все складывается очень хорошо.
Разминка проходит как обычно. Ее проводит Полина, тренер еще не подошла. Но Лученко свое дело знает прекрасно.
— Еще раз! Не филоним! В начале ноября игра. Мы обязаны ее выиграть! — Полина подбадривает нас, хотя, по мне, так никто и не ленится. Все стараются.
Короленко заходит в зал, когда девчонки отрабатывают подачи. Мячей на площадке много, один из них оказывается прямо под ногами. Откидываю его в сторону, поднимаю голову и чувствую сильный удар в лицо. На секунды ослепла, дышать не могу, ничего не вижу, кроме яркого сгустка боли. Что-то теплое капает мне на ладони.
— Юль? — Слышу рядом испуганный голос Инки. — Извини, я не хотела.
— В сторону все! Ты ей нос сломала, Новикова.
Голос Короленко бьет по ушам, но ко мне хоть зрение вернулось и дышать могу. Смотрю на свои ладони в крови, ощущаю жуткую боль. Вокруг суета, тренер что-то говорит, меня ведут с площадки… Вот и все. Праздновать свое двадцатилетие, Янош, ты будешь точно без меня.
Глава 27 Янош
— Кофе? В постель?
Тупо смотрю на поднос, потом на брюнетку. С чего это?
— С днем рождения! — Полина стоит передо мной в одной футболке, едва прикрывающей стройные бедра. — Сам же говорил, что до утра будем в баре. Но если хочешь, я уберу.
— Оставь. Мне приятно. На тебя просто не похоже.
— Раз в году могу и побаловать, но не расслабляйся, Янош. Следующий раз придется ждать год.
Ну это ты загнула! Какой год? Меня здесь не будет уже в феврале. Кстати, надо что-то делать со ставками — пари до лета. Теперь постараться не забыть и перетереть это вечером с Танюхой.
Пью кофе — надо же, явно постаралась хорошо его заварить. Ну что, двадцать лет. Ох… просто ох!
— Я опаздываю, Янош. Ты едешь?
Полина уже одетая появляется в спальне. Красивая, очень. Знает себе цену и договороспособная. Но пора заканчивать. Слишком задержался с ней. Да, пожалуй, после дня рождения. То есть еще сегодня и выходные.
— Так ты едешь? У меня дела. Не могу тебя ждать долго.
— Нет, универ переживет эту пятницу без меня.
Отвлекаюсь на мобильный — просматриваю поздравления. Надо же, сколько людей обо мне помнят. Оу! Олененок Бэмби ровно в полночь написала. Хорошо, хоть догадалась не звонить. Так, Солнцева… Интересно, а где Заноза?
— Тогда ключи на комоде в прихожей. Позвоню днем, подарок с меня вечером! — Лученко уже в коридоре. Я еле разбираю ее слова.
Ладно, потом. До вечера еще время есть.
Разбираю сообщения, переписываюсь с Бо. Да, на этот раз точно прокатит, надо будет ему еще подкинуть. Если бы Проф знал, на что уходят его бабки…
День рождения, значит… Не только кофе приготовила, но и завтрак на кухне оставила. Забавно… Точно надо прекращать. Скоро так и тапки у меня здесь появятся. Но тосты вкусные. И кухня уютная, вообще хорошая квартира, не женская. Как я понял, жилье то ли брата, то ли дяди Лученко, но здесь я его не видел.