Чтение онлайн

– Тебе надо лечь спать. У тебя действительно был тяжелый день и тяжелая неделя. Я кинула и продолжила:

– И месяц… и год тоже отвратительный, да и вообще эта моя жизнь какая-то неудачная. Можно мне другую? А выбрать можно? Или ассортимента нет? Он тяжело вздохнул и присев на край кровати спросил:

– Чем я тебе могу помочь? Ну, кроме этого…

– Ты запарил меня, своим «Чем я могу помочь»! И даже этим ты не помог бы. На утро я представляю, как бы мне противно было… - я откинула голову, прислонив ее к стене, и слезы уже ленивее потекли по щекам. Разглядывая свет за окном от фонаря, я сказала: - Я просто не понимаю. Ничего не понимаю. Что вообще происходит и со мной и с другими? Почему, такие как ты, выживают. Героями становятся. Танки взрывают… А такие как мой парень, Стас, гибнут ни за что. Просто потому, что не вовремя не в том месте оказался? Или Хадис. Ты его не знаешь. Тоже мальчик… он хоть и солдат был, но не такой как вы. Добрее, наивнее… Ваши его расстреляли.

Я краем глаза видела, как он пожал плечами. Потом он тоже посмотрел в окно и ответил:

– Василий говорил, что в гражданской войне выживают и побеждают только подонки. Он предлагал нам всем не заблуждаться на наш счет. Он всю эту войну называл соревнованием, кто окажется большим подонком и при этом будет казаться белее и пушистее. Я нервно хихикнула. Ведь так оно и было по сути.

– Ты достойный ученик Василия.
– Сказала я и, высунув руку из-под одеяла, хлопнула его по плечу. Он, улыбнувшись, посмотрел на меня и сказал:

– Спасибо, я знаю.

Он сказал это так обыденно и естественно, что я невольно ответно улыбнулась ему.

– Я пойду?
– спросил он.

– Нет.
– Сказала я.
– Посиди здесь. Я быстро усну. Только свет выключи. Я просто хочу разучиться тебя бояться.

– Да я сам тебя боюсь.
– Признался он и, выключив свет, вернулся опять на край кровати.

Улыбаясь этому откровению я легла на живот поудобнее завернувшись в одеяло и подложив руку под подушку.

– Спокойно ночи.
– Сказала я, зевая, и он пожелал мне того же.

Утром я попыталась трезво оценить, что было ночью и стыдливо краснея, обещала себе, что завязываю с крепкими коктейлями. Раз и навсегда завязываю… А в понедельник первые слова, что я сказала Артему, были:

– Все что тебе доложили охранники Петра неправда! Ничего не было.

Неделя началась с дикого и безудержного хохота моего начальника. Да и вообще я давно поняла, как неделя начнется так она и пройдет. Начав с хохота, мы до следующих выходных только и делали, что старались меньше загружаться проблемами и больше относится к ним философски или с юмором.

Один из примеров такого отношения, это когда кончилось топливо для внедорожников, а Артему надо было ехать лично осматривать новую инициативу мэра - восстановление стадиона, мы туда просто пошли все пешком. Ну, правильно, здоровый образ жизни начинается не со стадиона, а с пеших прогулок. Пока шли, меня, так смешили рассуждения Серебряного, Артема и незнакомого мне офицера, что я чуть не загибалась. На меня косились, но что я могла поделать? Одно предложение ввести по утрам обязательные пробежки для сотрудников комендатуры, когда я представила Петра, бегущего с охраной вызвало у меня нездоровое хихиканье. Я не замедлила поделиться образной картиной. Смеялись все и развивали тему, что если еще и нового мэра заставить бегать по утра, то вся его охрана из глядящих, как раз на квартал растянется.

К концу недели топливо, наконец-то, подвезли откуда-то и о здоровом образе жизни благополучно забыли.

Тогда же в конце недели решили устроить прощальный пикник уезжавшим дальше на юг Екатерине и Альберту. Было уже довольно тепло и решили провести его за городом, с жаренным маринованным мясом и обильной выпивкой. Мясо было большой проблемой. Но мы же проблем не боимся. Послали гонцов по деревням и, пользуясь, так сказать, служебным положением добыли настоящего здорового почти с центнер порося. Ух, намучились мы его на кухне гостиничного ресторана разделывать. Но, победив, были довольны. Людей из комендатуры намечалось много.

Очень мне понравилась ситуация на кухне ресторана куда поучаствовать в процессе спустилась и сама Екатерина. Я вместе с мальчиками глядящими чистила мягкий чуть ли не позапрошлогодний картофель, а она смотрела на это дикое представление. Четыре человека вокруг одного ведра и решила поучаствовать. Ей дали нож в руки и как-то забыли. Я только через минут десять увидела, что она все с той же картофелиной воюет. Я улыбнулась и спросила, не влюбилась ли Катя еще в кого, что так задумчиво ножом работает. На что она меня буквально удивила:

– Не смешно. Я картошку второй раз в жизни чищу. Да уж не смешно. Но в голос засмеялись все.

– Мне проще образец взять, отнести Альке, он подберет удобное для синтеза сырье и выдаст вам на гора тоннами этого картофеля уложенного в аккуратные кубики, шарики, или пирамидки…

Мы ничего не поняли, но то как она это сказала и как, не победив картофелину вернула мне инструмент и картошку-героиню заставило нас еще долго смеяться и вспоминать. Катя, как оказалась, была абсолютно домашним ребенком в детстве. Уже куря на лестнице она, чистя чуть запачканные ногти, говорила со смущенным возмущением:

– Я с детства готовилась заниматься наукой, а не домашним хозяйством.

– А чем ты Альберта своего кормишь?
– Спрашивала я смеясь.
– Книжками?

– Ой, не спрашивай. Чаще он меня кормит.
– Сказала она отмахиваясь. Я смеялась, и хотя и сочувствовала ей, но в чем-то и немного завидовала.

В выходной день на трех внедорожниках, на двух БМП и на пяти легковушках комендатура города посписочно убыла пить водку и есть мясо. Все были при оружии и я боялась, что напившись эти вояки начнут пальбу, но Артем хитро подмигнул мне на мои опасения и сказал:

– Все люди проверенные. За оружием по этому делу не тянуться. Я ему поверила на слово.

Пикник, если бы пили вино, а не водку удался бы вообще на «отлично», а так я оценила его на «хорошо с плюсом». Конечно, мясо было отличным, конечно сваренный с сушеной зеленью картофель тоже умяли весь, конечно водка пилась с размахом и закусывалась солеными огурцами и грибами неизвестно где раскопанными Серебряным. Серебряного кстати за соленые грибочки торжественно признали Золотым, и дружно выпили за это сомнительное повышение. Но водка для меня была чересчур. Как и для других женщин кстати. Да и мужики после довольно долгих возлияний, стали как-то постепенно кучковаться по интересам. А Альберт и Артем вообще бросив нас, пошли на берег реки. И хоть и старались нас развлекать Петр с Серебряным, я не выдержала и пошла искать своего начальника.