Чтение онлайн

— Это, кажется, визитная карточка командира Сюя?!

— Так зачем же ты все-таки пришел сюда? — уже почти миролюбивым тоном спросил главарь.

От острого взгляда У Чжи не ускользали малейшие оттенки в настроении главаря; он внимательно следил за выражением его лица и вскоре почувствовал, что попал не к кому-нибудь, а к знаменитому бандитскому атаману Цинь Бяо. Воспользовавшись этим, У Чжи быстро сказал:

— Сюй дал мне свою визитную карточку, с тем чтобы я навестил главаря Шэньсийского отряда Цинь Бяо.

— А ты знаком с Цинь Бяо?

— Нет!

— Откуда ты знаешь командира Сюя?

— Мы с ним друзья, давние друзья.

— Да-а… Так в конце концов что же ты здесь делаешь?

— По приказу командующего Ли я инспектирую этот район и заодно думаю навестить некоторых своих друзей.

— Так вот знай, что я и есть тот самый Цинь Бяо, о котором ты сейчас говорил, — громко рассмеялся атаман, подошел к У Чжи и сам развязал его. — Что же ты сразу об этом не сказал? Чуть было по ошибке не расстреляли нашего друга!

Цинь Бяо усадил его за стол, приказал подать чай и крикнул на толстяка, который все еще продолжал рыться в корзине.

— Не трогай вещи нашего гостя и верни ему пистолет!

Так за какую-то минуту У Чжи из «преступника» превратился в почетного гостя. Цинь Бяо рассказал ему, что район этот очень бедный и одежду и пищу для себя они добывают в основном грабежом.

У Чжи с наслаждением пил чай и размышлял: «Даже хорошо, что политрук Чэнь не дал мне проводника. Они бы его тут раздели и укокошили».

— Пойдем, — оторвал У Чжи от раздумий голос Цинь Бяо, — надо пожрать чего-нибудь. Тут у меня есть своя пещера, идем покажу!

— Разве тут еще есть пещеры?

— Да!

Они вышли из большой пещеры, и Цинь Бяо повел гостя вверх по склону. Вскоре У Чжи рассмотрел еще одну дыру в соседней горе — хозяин привел его в так называемую Небесную пещеру. Название свое она получила потому, что вход ее был расположен на высоте и до него добраться можно было только по нескольким лестницам. По одной вы добирались до сделанной из толстых досок площадки, а уже оттуда, по другой лестнице, можно было попасть в пещеру. Вход в нее закладывался толстыми бревнами, в них были прорублены бойницы. Над входом нависала скала.

Внутри пещера делилась на две части — внешнюю и внутреннюю. В первой хранилось «продовольствие» и «обмундирование» — мясо, тунговое масло, свиное сало, три свиные туши. Все это было награблено бандитами у окрестного населения. Здесь же лежала куча дров, чтобы в нужный момент можно было все сжечь.

Во второй части пещеры со стены капля за каплей, словно слеза за слезой, стекала вода. Рядом виднелось темное отверстие лаза. Цинь Бяо объяснил, что по этому лазу можно пробраться в пещеры Луцзяндун, не вылезая наружу, другое же его ответвление ведет к водопаду.

В этой пещере стояли две лежанки, стол. Они застали здесь мальчика лет пятнадцати-шестнадцати, которому Цинь Бяо велел называть гостя «дядей». Втроем они сели за стол и принялись за еду — пампушки из белой муки, жареное мясо, солонину, добытую в радиусе десяти ли отсюда. После обеда Цинь Бяо разоткровенничался и рассказал У Чжи всю свою жизнь.

У себя на родине Цинь Бяо был сначала погонщиком ослов, потом занялся разбоем, совершил убийство и вынужден был бежать из деревни. Вскоре он стал ближайшим помощником главаря крупной банды Ло Янь-хоя, орудовавшего на севере провинции Сычуань, и командиром его «ударного отряда». Но через некоторое время командующий Сычуаньской армией под предлогом «переформирования» тайно приказал уничтожить банду Ло Янь-хоя, а самого его убить. После этого Цинь Бяо с оставшимися бандитами пристал к Сюй Яо-мину. По его словам, Сюй Яо-мин — старый бандит. Но он скользкий мужик, стакнулся с командованием Сычуаньской армии и даже получил у них чин командира полка! С тех пор он забыл о своих старых друзьях, и только ближайшие его помощники формально получили чины командиров батальонов его полка, но сам Сюй Яо-мин даже не пускал их к себе на глаза. Одним из таких командиров батальонов стал и Цинь Бяо.

У Чжи внимательно слушал Цинь Бяо, анализируя сложившуюся обстановку:

«Эти два типа не столько друзья, сколько соперники! Их противоречия не случайны, и нужно только, как советовал товарищ Ван, правильно использовать их. В советский район отсюда ведут два пути, один из них под контролем Сюй Яо-мина, другой — Цинь Бяо. Если бы они действовали заодно, мне бы туда не пробраться…» Он решил несколько изменить свое поведение.

— С Сюй Яо-мином меня познакомил один мой приятель, который его хорошо знает. О Сюй Яо-мине у меня сложилось хорошее мнение, но не буду скрывать: за то немногое время, что я провел с братом Цинь Бяо, я понял, что брат Цинь Бяо более способный человек, чем он. У тебя в отряде высокая дисциплина, в пещерах — полная организованность и порядок. Без лести скажу тебе: брат Цинь Бяо — талантливый командир!

Льстивые слова У Чжи подействовали на простоватого Цинь Бяо; он был на седьмом небе от этих похвал, вороватые глазки его забегали во все стороны, и он, брызгаясь слюной, начал хвастаться:

— Брат У не ошибся. Конечно, я Сюй Яо-мина за пояс заткну! Даром что я простой мужик, а в бою мои молодцы меня никогда не подведут. Все мы в отряде братья, нет у нас ни высших, ни низших, всю добычу делим между собой поровну. А Сюй Яо-мин грабит и убивает всех без разбору — настоящий головорез, да и положиться на своих ребят, говоря между нами, он целиком не может…

«Оба они друг друга стоят! Но раз уж я попал в руки этого Цинь Бяо, то мне надо как-то выпутываться. Выбраться незаметно из пещеры невозможно. Да и путь очень опасный, если везде их люди. К тому же мне и возвращаться, по-видимому, придется этой дорогой. Нужно обезопасить для себя этот путь. Остается единственный выход — влезть к нему в доверие».

К ужину Цинь Бяо достал бутылку маисовой водки. У Чжи пил очень редко и поэтому после первой же рюмки раскраснелся. Чтобы не пить больше, он притворился пьяным, стал нести околесицу, однако все время следил за собой, чтобы не проговориться.

Перед сном Цинь Бяо отослал прислуживавшего им мальчика во внешнюю пещеру, а У Чжи предложил располагаться в его пещере.

«Он, кажется, больше прикидывается таким доверчивым, чем это есть на самом деле. Ему ничего не стоит укокошить исподтишка даже самого лучшего друга, — подумал У Чжи. — Как бы узнать его истинные намерения?»

— Брат Цинь, раз я у тебя в гостях, то мне незачем держать пистолет при себе. Пусть он будет у тебя!

— Нет, нет! Еще чего выдумал! И не заикайся больше об этом — у нас, «бродячих людей», отдать кому-нибудь свой пистолет — это позор. Сунь его под подушку!