Чтение онлайн

– И брак со мной укротит ее пыл.

Дядя ответил ему тяжелым, стальным взглядом.

– Ты усмиришь ее. А если нет… Женщины часто умирают в родах. Сделай так, чтобы она родила тебе сына, а после… Несмотря на ее силу и видимую власть, Лаверн никто. Безродная выскочка, которая в данный момент нужна короне. И корона благоволит ей – пока. Она получила титул и земли, Роланд, но это не сделало ее леди. В глазах многих лордов ваш брак будет смотреться жутким мезальянсом. Никто не осудит тебя за то, что ты женишься на ней ради продолжения рода. Ради того, чтобы огненная жила под землей питала нас и дальше. Но после, потеряв часть силы, Лаверн станет обузой, темным пятном на красном флаге твоего дома.

– И ты предлагаешь от нее избавиться. – Роланд кивнул, давая понять, что понял замысел Карла.

– Необязательно ее убивать, – усмехнулся дядя, – достаточно убедить мир, что она мертва. Касательно судьбы девчонки… Я знаю людей, которые с удовольствием приобретут столь интересную… зверушку.

– Продать ее?! – вспылил Роланд. – Да ты из ума выжил, если предлагаешь мне такое. Продать жену, леди Очага…

– Она не леди! – резко перебил его дядя. – И никогда не станет. Мало того, она неудобна. Лаверн мешает слишком многим влиятельным людям континента. Поверь, участь рабыни – лучшее, на что она может рассчитывать, доберись они до нее. В этом случае даже быстрая смерть не светит этой выскочке. Идет война, и ее поддержка выгодна короне, но подумай, понадобится ли Лаверн Эридору, когда наконец-то наступит мир? Станет ли король защищать ее? Запомни, Роланд, мудрец всегда просчитывает на несколько ходов вперед. Глава клана должен обладать мудростью.

Наверное, мудрость никак не хотела давать свои всходы в душе Роланда, потому как план Карла, относящийся к Лаверн, вызывал в молодом наследнике лишь ужас и отвращение. Особенно когда он снова увидел ее: спускающуюся с лошади, в неизменном черном дорожном костюме и черном же плаще, покрывающем узкие плечи, с распущенными волосами и щеками, раскрасневшимися от мороза. Встретившись глазами с Роландом, она открыто улыбнулась, и маг мысленно послал к черту и Карла, и все его предложения по обустройству его, Роланда, семейной жизни.

Не обращая внимания на шепот подданных и удивленные вздохи, он прошествовал к чародейке и поклонился.

– Рад приветствовать вас в Очаге, миледи.

– Рада наконец побывать на востоке.

К вечеру буря улеглась.

Замок преобразился. Во дворе вспыхнули костры, зажглись факелы на стенах, а проемы дверей украсили белыми и зелеными лентами. На пороги выставили крынки с молоком с добавлением красного вина, чтобы задобрить духов весны. В большом зале столы ломились от яств, в чаши разливали талую воду, с глотка которой было принято начинать пир. Замок гудел, будто улей диких пчел, на праздник съехались лорды всего восточного побережья: Патор Свонн из Южной башни с женой и юной дочерью на выданье, Ростер Джунн из Лиры с сыновьями и их женами, Игнар Бишоп из Вочтауэра с семьей и, конечно же, Карл с Брунгильдой, младенцем и двумя дочерями. Каждый лорд прибыл с большой свитой, состоящей как из магов низких родов, так и из людей, которые расположились в Очаге и его окрестностях.

Род Огненного змея готовился приветствовать весну.

В дальнем углу менестрели, надрывая глотки, пели веселые песни, прославляя огненную жилу клана, привечая первую весеннюю капель и духов тепла. Роланд с высокого помоста, на котором находились места для главы клана и его семьи, в приподнятом настроении наблюдал за подданными, изредка соскальзывая взглядом вправо, где за широким столом расположился приглашенный им Вольный клан Лаверн. Чародейка преобразилась, облачившись в роскошное платье цвета молодой листвы с лифом, отороченным белым мехом, и широкими длинными рукавами, спадающими до самой земли. Волосы Лаверн собрала высоко на макушке, открывая взгляду изящную шею и ключичные впадины, и Роланд заглядывался на них, подмечая игру теней и света.

По правую руку от чародейки с неизменным каменным лицом сидел Кэлвин, периодически пробуя пищу и коротко кивая: мол, не отравлено. Роланд вспомнил слова Карла о том, что у Лаверн много врагов, и счел это действие действительно необходимым. Мария сегодня была одета в разы скромнее, будто не желая оттенять красоту госпожи. Роланд отметил высокого и широкого мужчину с густой черной бородой и огромными ручищами, жадно пьющего вино и, не стесняясь, отламывающего мясо пальцами, по которым стекал жир и сок. Девушку с суровым лицом, исписанным черными узорами, одетую в мужской наряд, смуглого и жилистого парня с раскосыми глазами, внешность которого явно выдавала южную кровь. Парочку близнецов с волосами пшеничного цвета, громко смеющихся и плотоядно поглядывающих на разносящих еду служанок. Худого, облаченного в черные бесформенные одежды старца с головой, полностью лишенной волос. Его лицо было испещрено глубокими морщинами, а руки покрывали болотного цвета пятна – последствия зеленой лихорадки. Немногие зараженные этой страшной болезнью выживали, а большинство выживших лишались разума, потому старик и смотрелся диковинно и странно, особенно если учесть, что следы болезни он не прятал под длинными рукавами и перчатками.

Компания Лаверн выглядела разношерстно и дико, и Роланд мысленно согласился с дядей, что его выбор невесты действительно не поймут. Однако чего стоит происхождение, когда огненная жила умирает? Осудит ли кто-нибудь кровь мальчика, который возродит ее? Это не совсем то, о чем они договорились, но ведь Лаверн может и передумать. Если Роланд убедит ее… Как бы там ни было, она женщина. Женщины любят власть, а он – один из влиятельнейших людей государства. К тому же таким образом Роланд сможет уберечь ее от участи, уготованной Карлом.

После окончания пира праздник плавно переместился во двор, где юные девушки, взявшись за руки, водили хороводы вокруг костров, состоявшиеся пары плясали под задорные мелодии придворных музыкантов, а в небе расцветали бутоны огненных цветов, выпущенных умелыми руками Иттара Джунна – среднего сына наместника Лиры.

Источник медленно ворочался под землей, откликаясь на магию, и у Роланда потеплело на душе. Он поймал взгляд Лаверн, окруженной огненными искрами, и подумал, что ей пойдет быть леди Норберт. Пламя в ее глазах отплясывало первобытный танец, и Роланд, наконец, решился.

– Вы устроили очень красивый праздник, – похвалила его чародейка, когда он приблизился. – Во всяком случае, Мария выглядит безумно счастливой, а я давно не видела такой широкой улыбки на ее лице.

Она указала на костер, у которого, взяв за руки Лиру и юную Дару Бишоп, веселилась магичка.

– Рад, что вам пришлось по душе празднование Млекфейта в Очаге, миледи, – улыбнулся Роланд в ответ. – Я бы хотел пригласить вас на прогулку по зимнему саду, если вы, конечно, не против.

Кэлвин дернулся, но Лаверн остановила его жестом и кивнула.

– Почту за честь, милорд.

Вскоре они скрылись от шума и суеты под кронами заснеженных деревьев. Лаверн задумчиво молчала, ее меховые сапожки неслышно ступали по расчищенной тропинке, огибающей высокие каменные колонны, увитые виноградной лозой. Длинный плащ цвета ночного неба с вышитой серебряными нитками молнией – гербом Вольного клана – мягко стелился шлейфом. Сад, погруженный в тишину, прятал их с Роландом от посторонних глаз. Сверху безразлично взирал огрызок молодой луны.

– Я рад, что мы можем наконец поговорить вдали от любопытных глаз, – нарушил молчание Роланд и, поймав удивленный взгляд спутницы, пояснил: – В прошлую нашу встречу мы так и не обсудили сроки. И детали.